В одном из предыдущих постов (https://dzen.ru/a/Z8V1DU8b8iEwZA4c) мы писали о том, как КНР на протяжении нескольких десятилетий фактически игнорировала тему Второй японско-китайской войны и была настроена на улучшение отношений с Японией, особенно в 1970-х и 1980-х гг. в условиях совместного противостояния с СССР.
Разворот в сторону большего внимания к событиям войны начался со второй половины 1980-х гг. Идеологический вакуум после маоизма решили заполнять китайским национализмом, особенно после событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 г. Общий враг в виде Советского Союза исчез, а усиление Китая, напротив, привело к политической конфронтации с США и Японией. За несколько десятилетий память об японо-китайской войне не только превратилась в одну из ключевых проблем для двухсторонних отношений, но и стала важным элементом для конструирования национальной идентичности внутри самого Китая. Си Цзиньпин, который пришёл к власти в 2012/13 гг., не только продолжил эту политику, но и внёс значимые коррективы с целью её усиления.
Во-первых, были пересмотрены хронологические рамки конфликта, который в КНР официально именуют «Войной сопротивления японской агрессии». В России, как и на Западе, традиционно отсчитывают её начало с инцидента на мосту Марко Поло 7 июля 1937 г. Долгое время эта хронология была принята и в Китае, где могли писать о «Восьмилетней войне». Однако с 2017 г. Министерство образования постановило впредь писать о «Четырнадцатилетней войне» с 1931 по 1945 гг. Таким образом, начало конфликта стали отсчитывать с захвата Японией Маньчжурии и создания там марионеточного сепаратистского государства Маньчжоу-Го, а июль 1937 г. теперь считают датой начала полномасштабного вторжения в ходе войны, которая к тому моменту шла уже шесть лет.
Также началось активное продвижение термина «Мировая антифашистская война» как китайского аналога устоявшемуся на Западе термину «Вторая мировая война».
Во-вторых, усилился акцент на числе жертв, понесённых Китаем. Первые послевоенные оценки Гоминьдана указывали более чем на 10 млн. убитых и раненых. При Мао коммунисты стали говорить о 10 млн. только погибших, а в 1980-х гг. это число было скорректировано вдвое до 20 млн., включая умерших не только от боевых действий, но и от голода, болезней и стихийных бедствий. В 1990-х гг. впервые была упомянута цифра в 35 млн. «убитых и раненых», которую с 2010-х гг. активно подняли на щит, причём иногда последнее слово «раненых» опускается.
В-третьих, 3 сентября 2015 г. впервые в истории на площади Тяньаньмэнь. До этого военные парады проводились только в юбилейные годовщины 1 октября в честь основания КНР. Впрочем, до ежегодных парадов дело пока не дошло.
Наконец, в-четвёртых, если тема «Войны сопротивления японской агрессии» прочно заняла своё место в китайском кинематографе ещё до Си Цзиньпина, то с 2020-х гг. стали выходить фильмы, посвящённые уже «Войне сопротивления американской агрессии и оказанию помощи корейскому народу» в 1950 – 1953 гг. Об одном из них – дилогии «Битва при Чосинском водохранилище» я уже писал. В общем, Китай усиливает борьбу против США и на внутреннем культурном фронте.