Многополярный мир имеет экономическую основу. Фрагментация мировой экономики, затеянная новой администрацией президента США Дональда Трампа – это не «что-то нехорошее» само по себе. Вопрос в методах реализации. То, что некоторые называют «переделом мира», «неоимпериализмом» и всё в таком духе. Политическая надстройка – это как всегда набрасывание определенной субстанции на вентилятор. Как говорится, «не так страшен Трамп, как его надстройка».
В материале «Почему мир трещит по швам?» мы обозначили ключевые глубинные противоречия текущей модели глобализации, основываясь на объективной социально-экономической динамике, так сказать, базисе. Теперь давайте попробуем «сыграть за команду Трампа», так как именно она будет инициатором большинства грядущих изменений. Остальные будут в основном реагировать.
Фрагментация мировой экономики – благо или зло?
Начнём с самой модели. В концептуальной основе потенциальных кластеров глобальной экономики лежит теория оптимальных валютных зон Роберта Манделля, выдвинутая им в 1961 году на базе разработок экономистов – основателей международной макроэкономики еще в 40–50-е годы.
Экономический смысл модели в упрощенном виде можно интерпретировать так: национальные экономики – не являются самодостаточными экономическими системами. Более оптимально создавать региональные интеграционные объединения, достаточные по объёму экономики, ресурсным и другим составляющим, с единой валютой. В таких экономических системах могут быть достигнуты цели внутреннего (низкая инфляция и полная занятость) и внешнего равновесия (устойчивый платёжный баланс).
Концепция позволяет оценить целесообразность экономической интеграции стран, а её дальнейшее развитие – практически реализовать последовательное объединение национальных рынков по трекам свободного движения товаров, услуг, капитала и рабочей силы с итоговым объединением финансовых рынков и систем, введением единой валюты, централизацией функций кредитно-денежной и фискальной политики. Важно понимать, что финансовая интеграция и единая валюта становятся объективно востребованы по мере роста взаимного товарооборота и инвестиций.
На дынный момент наиболее продвинутым региональным интеграционным объединением является Евросоюз. Пока в нём не полностью реализована финансовая интеграция при избыточной политической. Однако ключевой проблемой ЕС является несамодостаточность по ресурсной составляющей. Сейчас это его главная беда. Гипотетически Евросоюз мог включить в себя страны Северной Африки и СНГ (части), но в этом случае Россия неизбежно становилась бы геополитическим и экономическим центром объединения, что недопустимо для западных элит, прежде всего, США. Поэтому «не сложилось».
Фактически, мир пошёл по пути формирования таких макрокластеров. По сути, речь идет о том, что на смену национальным экономикам придут более оптимальные экономические системы – региональные интеграционные объединения с единым рынком и валютой. Долгосрочный тренд на глобализацию никуда не исчезает, просто поменяются экономические игроки, которые будут «интересно» взаимодействовать между собой.
Дональд Трамп – «путь война»
Безусловно президенту США придётся в первую очередь сразиться с продолжателями дела ультраглобализма. Однако эти «разборки» оставим на откуп любителям политического анализа и «сторонникам теории заговора». У последних «украдём» идею о том, что за Трампом всё же стоит наиболее влиятельная часть владельцев и управляющих крупного капитала. Уж слишком много косвенных факторов указывает на это. По мере необратимости фрагментации мировой экономики и других сопровождающих её процессов можно ожидать, что сопротивление остатков «элитной оппозиции» постепенно пойдёт на спад.
Базовая постанова: «Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда»
«Всё дело в экономике, идиот!»
– знаменитый слоган победной предвыборной компании Билла Клинтона.
В американском истеблишменте в разных интерпретациях есть такой непреложный тезис: «если политик не понимает, что главное – экономика, он – идиот». Это удивительным образом совпадает и с учением Маркса о материальном базисе, согласно которому производственные (социально-экономические) отношения определяют надстройку, то есть все остальные общественные (социальные) отношения, включая политические. Поэтому оттолкнемся от экономической логики.
Как мы уже писали в своих материалах, в последние десятилетия развивалась экономическая модель, при которой США и Запад становились финансовым и технологическим центром, а производство переезжало на периферию. При этом основная добавленная стоимость перераспределялось в пользу центра как плата за капитал, технологии и бренды, а так же за счёт непропорциональных таможенных тарифов в рамках ВТО. По мере наращивания экспорта капитала периферия разрослась до таких размеров, что превзошла глобальный центр по объему экономики и ёмкости рынка. Если в 1991 году на страны Большой Сёмерки приходилось 70% ёмкости мирового рынка, а на весь Запад – около 80%, то сейчас это соотношение изменилось в пользу периферии примерно 60 на 40%.
От ёмкости рынка зависят ключевые факторы развития – окупаемость технологий, масштаб и конкурентоспособность компаний, прирост капитала, потенциал национальных экономик, их специализация и позиционирование на глобальной рыночной поляне и мн. др. Кто контролирует рынок, тот и вводит свою валюту. Судьба доллара важна, но в текущем раскладе она вторична.
Перераспределение основной доли мирового рынка в пользу развивающихся стран обуславливает угрозу альтернативных интеграционных объединений, превращение Запада в глобальную экономическую и технологическую периферию. Например, на «БРИКС-плюс» уже приходится около 45% мирового ВВП по ППС. Дальнейшее развитие глобализации в текущей модели ведёт к доминированию Китая и Глобального Юга. Систему надо ломать и перестраивать.
Будет ли «АУКУС плюс»?
Ёмкость рынка США даже сейчас составляет около четверти от мирового. Однако вариант, что они отстроятся таможенными барьерами и закроются в своём внутреннем рынке, представляется маловероятным. Затеянные Трампом торговые войны – это, так сказать, для выравнивания стартовых условий и торгового баланса «с кем надо». При этом для «большого рывка» США нужно не просто вернуть промышленное производство в страну, но и подготовить базу для экономики нового технологического уклада. В частности, по-взрослому качнуть энергетику, модернизировать старенькую инфраструктуру, прежде всего, связи и сделать много других добрых и полезных дел. Для всего этого счастья нужен слабый доллар, но это отдельная история, которую мы осветили в материале «Что будет с долларом? Вскрываем «хитрый механизм с гремлинами».
По мере того, как США будут восстанавливать конкурентоспособность внутреннего производства и промышленную базу, наиболее логичным видится создание ими своей макрозоны – условного «АУКУС плюс». Пока АУКУС – это военный блок США, Великобритании и Австралии против Китая. Однако уже многие факторы и тенденции указывают на то, что их элиты нацелились на создание крупного экономического союза в Западном полушарии и Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР). Например, США не отгородились таможенными тарифами от солнечной Австралии. Есть планы по созданию там крупной производственно площадки нового уклада (роботизированного производства) на основе дешевой и чистой энергии Солнца.
Какие страны и в каком порядке могут войти в это объединение вопрос вариативный. Помимо попыток «аннексировать» Канаду с её энергетикой и Гренландию с её ресурсами, очевидно, что в первую очередь США будут стараться включить в свою зону государства Юго-Восточной Азии (ЮВА), чтобы одновременно ослабить Китай и заменить «Чимерику» (симбиоз экономик США и КНР) на США – ЮВА. Принципиально важной задачей видится создание экономического объединения с наибольшей в мире ёмкостью рынка и передовым технологическим уровнем. В дальнейшем, создав такой самый мощный и привлекательный макрокрастер мировой экономики, в него могут быть вовлечены и другие страны и регионы мира от Латинской Америки до Японии и остатков Евросоюза. При этом возможны интеграции разного уровня от полного объединения национальных рынков до создания зон свободной торговли (ЗСТ) с разными участниками.
Острая борьба развернётся за Индию, которая хоть и является одним из основоположников БРИКС и потенциальных центров большой евразийской интеграции, демонстрирует стремление «сотрудничать со всеми».
В середине февраля США с двухдневным визитом посетил премьер-министр Индии Нарендра Моди. Он встретился в Вашингтоне с президентом США Дональдом Трампом, директором национальной разведки Тулси Габбард, советником по национальной безопасности Майком Уолтцем и главой департамента эффективности государственного управления (DOGE) Илоном Маском.
По итогам саммита американской стороной был анонсирован ряд важных планов:
- Доведение торгового оборота между США и Индией до $500 млрд к 2030 году (показатель 2024 года – $129,2 млрд) с наращиванием американского нефтегазового экспорта и сотрудничества в области вооружений и военных технологий.
- Создание «одного из величайших торговых маршрутов во всей истории», который пройдёт от Индии до Израиля, Италии и далее до Соединенных Штатов, соединяя партнеров портами, железными дорогами и подводными кабелями.
- Активизация развития платформы QUAD – четырёхстороннего диалога по безопасности в Индо-Тихоокеанском регионе между Австралией, Индией, США и Японией, оформленного ещё в 2007 году.
В долгосрочной перспективе Индия станет самым ёмким национальным рынком в мире. Если элитам США удастся включить её в свою большую интеграцию, это может обеспечить «контрольный пакет» ёмкости мирового рынка.
Как «сделать Америку снова великой»? Основные треки экономического и геополитического противостояния
Для успешного построение своей лютой макрозоны или более масштабного объединения США (западным элитам) мало только созидать, нужно еще активно бороться с конкурирующими интеграционными проектами.
1. Урезонить Китай
США – крупнейший торговый партнер Китая и импортер китайских товаров. В 2024 году экспорт КНР в США составил $524,66 млрд. Американский экспорт в Китай – лишь $163,62 млрд. В первую очередь США будут выравнивать этот торговый дефицит, сокращая импорт из Поднебесной. Они уже ввели новые 10-процентные пошлины на все китайские товары.
Торговый дефицит США с ЕС в 2024 году составил $235,6 млрд, а ЕС с Китаем – $291 млрд (по данным за 2023 год). Американцам нужно перекрыть этот «насос». Для этого они постараются привлечь европейцев в качестве союзников в торговой войне с Китаем. В ЕС энергетический кризис и экономика на грани рецессии. Вполне возможно, что США постараются договориться с Россией и на какой-то период открыть для Европы российский газовый вентиль. Не случайно американские инвесторы проявляют столь живой интерес к газотранспортным системам в Восточной Европе (Северным потокам и ГТС Украины).
Так же ряд экспертов полагает, что США попытаются поставить под контроль торговый трафик Китая с Европой в районе Ближнего Востока и Восточного Средиземноморья. И наконец, уже озвучена грядущая переброска основных военных и материальных ресурсов в АТР. Вполне очевидны и цели такой передислокации: поставить под контроль торговые пути в проливах между Тихим и Индийским океанами, поджать Китай в Восточно-Китайском море, одновременно отсекая от островной Юго-Восточной Азии и выходов в Тихий океан.
2. Разобрать ЕС
Сейчас наиболее очевидный тренд – желание новой администрации США дезинтеграции ЕС с разорением брюссельского улья, в котором засели «неправильные пчёлы». Попытка одновременно убить сразу двух зайцев – додавить ультраглобалистскую оппозицию и иметь дело с национальными государствами Европы. Уже прослеживаются и экономические рычаги распада:
- импорт товаров из ЕС в США будет обложен 25-процентными пошлинами (предположительно с апреля), с отдельными странами могут быть подписаны индивидуальные торговые соглашения;
- контроль поставок ресурсов.
3. Дезинтегрировать Евразию
Ёмкость рынка Евразии даже без Европы уже превышает половину от мирового. Экономическая интеграция «Мирового Острова» – главный геополитический вызов для США с угрозой превращения в технологическую и экономическую периферию.
Очевидно желание команды Трампа отдалить Россию от Китая. При этом важно понимать, что для РФ затеянная фрагментация мировой экономики – это благо. Наша страна «не очень вписалась в глобальный рыночек». Сейчас среднесрочная стратегическая цель – оттоптать «рыночную поляну» СНГ. Развитие ЕАЭС – это и наш билет в высшую мировую экономическую лигу, и непременное условие для реализации более долгосрочной стратагемы Большая Евразия. Экспортоориентированный Китай, наоборот, превратился в главного бенефициара текущей модели глобализации. Насколько плотно Россия и Китай будут и дальше «стоять спина к спине» в новой реальности – вопрос далеко не однозначный. «Умная обезьяна» вполне вероятно предпочтёт активное наблюдение за дракой тигров в долине.
Однако главный удар в среднесрочной перспективе может быть нанесен по Ирану, прежде всего, посредством его экономического ослабления и внутриполитической дестабилизации, не исключая и провоцирование военного конфликта в регионе. Иран – основной транспортный коридор и хаб из Северной Евразии в Индию, Персидский залив и Индийский океан.
Так или иначе, после того, как США «разрулят» более срочные проблемы они наверняка займутся стратегической – дезинтеграцией евразийского пространства. А там очередь может опять дойти и до постсоветского пространства.
4. Разобщить «БРИКС-плюс»
Противоречия между странами Запада и остального мира лежат, прежде всего, в плоскости несправедливых условий международной торговли. БРИКС пока грозит западным элитам лишь своим потенциалом – созданием альтернативной глобальной системы со своими МВФ, Всемирным банком и ВТО.
Однако уровень экономического развития действующих и потенциальных участников БРИКС настолько разный, что говорить об объединении с глубокой экономической интеграцией пока не представляется возможным. Наиболее реалистичный сценарий – формирование географических макрозон с возможной интеграцией между собой на уровне зон свободной торговли (то есть частичного снижения таможенных тарифов).
При этом США ничто не мешает как подписывать ЗСТ с любыми макрозонами, так и «выдергивать лакомые куски» из других действующих или потенциальных объединений. Если уж они на Индию покусились, что уж говорить о какой-нибудь Италии или другой небольшой стране. «Мягкой силы» у них для этого предостаточно: от доступа к технологиям и ресурсам до открытия или закрытия своего рынка (рынка своего объединения).
Заключение
Стратегия США (элит, стоящих за Трампом) в общем и целом прослеживается – создание своего интеграционного объединения с наибольшей ёмкостью рынка, ресурсной самодостаточностью и передовым технологическим уровнем. Насколько далеко они зайдут в своей «лютости» в части созидательной интеграции и борьбы с конкурирующими проектами – вопрос вариаций. Думается, что далеко. По крайней мере, тот факт, что они с порога взялись за Индию говорит обо всей грандиозности замыслов.
Проблема пока еще гегемона в невозможности реализовать всё и сразу. Нужно концентрировать ресурсы и решать задачи последовательно. А это время, которое другие субъекты смогут использовать для выстраивания контригры. Чем дольше они будут задерживаться на каждом из этапов, тем этого времени будет больше. Обнадёживает и то, что на этот раз они собираются начать далеко не с России...