Лена приехала к дому сестры промозглым ноябрьским вечером. Дождь барабанил по крыше такси, когда водитель выгружал её чемодан. Ключи от квартиры Кати неприятно холодили ладонь. Три недели прошло с тех пор, как сестра перестала выходить на связь. Три недели кромешного ада, бесконечных звонков в полицию и отчаянных попыток найти хоть какую-то зацепку.
«Взрослый человек имеет право исчезнуть», — так ей сказал равнодушный капитан полиции, когда она в пятый раз пришла в отделение. Но Катя бы никогда так не поступила. Не с ней. Не сейчас, когда они наконец-то начали по-настоящему сближаться после стольких лет отчуждения.
Подъезд встретил её гулким эхом шагов и запахом сырости. Лена поднялась на четвёртый этаж пешком — лифт, как обычно, не работал. У двери квартиры Кати она замешкалась. Где-то в глубине души теплилась абсурдная надежда, что сейчас дверь распахнётся, и на пороге появится сестра с привычной улыбкой: «Ленка, ты чего без звонка?»
Щёлкнул замок. В пустой квартире пахло застоявшимся воздухом и почему-то корицей — Катя всегда любила печь булочки по воскресеньям. Лена включила свет и огляделась. Всё выглядело абсолютно обычно: прихожая с аккуратно расставленными туфлями сестры, гостиная с книжными полками до потолка, кухня с немытой чашкой на столе. Как будто хозяйка просто вышла на минутку и вот-вот вернётся.
— Катя? — позвала Лена, сама не зная зачем. Тишина была ей ответом.
Бросив чемодан у входа, она прошла на кухню и налила воды из-под крана. Руки дрожали. «Соберись, — приказала она себе. — Ты же за этим сюда и приехала. Разобраться, что произошло».
В первый вечер Лена просто бродила по квартире, пытаясь почувствовать присутствие сестры. Она вдыхала запах её духов, оставшийся на подушке, перебирала книги, которые Катя недавно читала, разглядывала фотографии на стенах. Им обеим всегда говорили, что они похожи как две капли воды, но Лена никогда этого не видела. Может, внешне — да, те же каштановые волосы, те же зелёные глаза. Но Катя всегда была яркой, открытой, смелой. Лена — её бледной тенью.
Уже засыпая в сестринской постели, она услышала какой-то звук со стороны балкона. Что-то вроде тихого шороха. Лена резко села, вглядываясь в темноту. Ничего. Показалось.
Утро выдалось ясным, солнечные лучи пробивались сквозь неплотно задёрнутые шторы. Лена заварила себе крепкий кофе и устроилась за ноутбуком сестры. Пароль она знала — день рождения их мамы, Катя никогда не отличалась оригинальностью в таких вещах.
Почти два часа она методично просматривала электронную почту, соцсети, историю браузера. Ничего необычного. Последнее сообщение в мессенджере было отправлено в день исчезновения какой-то подруге с работы: «Увидимся завтра на планёрке!» Никаких намёков на отъезд, никаких странных контактов.
Звонок в дверь заставил её вздрогнуть. На пороге стоял мужчина лет тридцати пяти, высокий, с растрёпанными русыми волосами и щетиной. Он улыбался, но глаза оставались настороженными.
— Привет, а Катя дома? — спросил он, заглядывая через плечо Лены в квартиру.
— Нет, — ответила она, невольно загораживая проход. — Я её сестра, Лена. А вы...?
— Олег, сосед, — он протянул руку. Ладонь была сухой и тёплой. — Живу напротив. А где Катя? Давно её не видел.
Что-то в его тоне, в том, как он слишком пристально смотрел на неё, заставило Лену насторожиться.
— Уехала по работе, — соврала она, сама не зная почему. — Попросила меня пожить тут, цветы поливать.
— Надолго?
— Не знаю точно. А что?
Олег пожал плечами.
— Да так, просто. Мы иногда кофе вместе пьём. Если что-нибудь понадобится — стучитесь, я обычно дома.
Когда дверь за ним закрылась, Лена почувствовала, как по спине пробежал холодок. Что-то было не так с этим соседом. Что-то в его взгляде...
Вечером она услышала, как он возится у себя в квартире. Стены в доме были тонкие, и она отчётливо различала шаги, звук передвигаемой мебели, а потом — тихий разговор. Олег говорил с кем-то, но слов было не разобрать. Лена прижалась ухом к стене, но поймала только обрывки фраз: «...не знаю, сколько она...», «...нужно быть осторожнее...»
Следующие несколько дней превратились в настоящую детективную работу. Лена методично обыскивала квартиру, просматривала каждый документ, каждую записку. Она нашла ежедневник Кати и погрузилась в изучение её жизни за последние месяцы. Встречи, звонки, заметки о работе... И — что странно — несколько упоминаний соседа. «Олег предложил починить кран», «Кофе с соседом», и последняя запись, датированная за два дня до исчезновения: «Олег что-то знает. Поговорить?»
Что знает? О чём?
Каждый раз, когда они сталкивались в подъезде, Олег был безупречно вежлив, спрашивал, не нужна ли помощь, не объявилась ли Катя. Но за этой вежливостью Лена чувствовала что-то ещё — напряжение, беспокойство. Однажды она заметила, как он наблюдает за ней из своего окна, когда она возвращалась с продуктами.
На седьмой день своего пребывания в квартире сестры Лена решилась. Она постучала в дверь напротив, сжимая в руке бутылку вина.
— Привет, — сказала она, когда Олег открыл. — Подумала, может, выпьем вместе. Одной как-то тоскливо.
Его квартира оказалась неожиданно уютной для холостяка. Книжные полки, картины на стенах, ухоженные растения на подоконниках. И ни одной фотографии. Они устроились на кухне. Лена исподтишка разглядывала Олега, пытаясь понять, что в нём тревожило её. Обычный мужчина, даже симпатичный, с тихим голосом и привычкой теребить мочку уха, когда задумывался.
— Давно вы с Катей знакомы? — спросила она после второго бокала.
— Года полтора. С тех пор, как я сюда переехал.
— И часто общались?
— Ну, как соседи, — он пожал плечами. — Иногда кофе, иногда помогал ей с компьютером или что-то по дому починить. Катя очень... открытый человек.
— Да, она такая, — Лена улыбнулась, отметив, как он напрягся, когда она заговорила о сестре. — А она не говорила, что собирается куда-то уехать?
Олег покачал головой.
— Нет. На самом деле, я удивился, когда увидел тебя. Катя никогда не упоминала, что её сестра приедет.
Вино развязало ему язык, и он рассказывал о каких-то соседских мелочах, о том, как они с Катей однажды застряли в лифте, о том, какая она классная... Лена слушала, а сама незаметно рассматривала квартиру. И тут её взгляд зацепился за что-то на верхней полке шкафа. Маленькая деревянная шкатулка с перламутровыми вставками. Точно такая же была у Кати — подарок от бабушки, она хранила в ней серёжки.
Сердце забилось чаще. Совпадение? Или...?
— Красивая шкатулка, — как бы между прочим заметила она.
Олег проследил за её взглядом и внезапно побледнел.
— А, это... старая вещь.
— Можно посмотреть?
— Там ничего интересного, — он резко встал. — Уже поздно. Может, в другой раз?
Когда Лена вернулась в квартиру сестры, руки у неё тряслись. Страх и уверенность боролись внутри. Она точно знала, что это была шкатулка Кати. И реакция Олега... Он что-то скрывал. Но что?
Ночью она не могла заснуть, прислушиваясь к звукам из соседней квартиры. И снова — тихий разговор. С кем он говорит? Живёт же один. Или нет?
Утром, дождавшись, когда Олег уйдёт на работу, Лена позвонила в полицию. Молодой лейтенант внимательно выслушал её сбивчивый рассказ о шкатулке, о странном поведении соседа, о записи в ежедневнике.
— Мы проверим, — пообещал он. — Но сами понимаете, одной шкатулки мало для ордера на обыск.
Когда он ушёл, Лена почувствовала себя опустошённой. Неужели она преувеличивает? Может, это действительно просто похожая шкатулка?
Вечером в дверь снова позвонили. На пороге стоял Олег с пакетом продуктов.
— Привет, — сказал он с неловкой улыбкой. — Решил зайти, извиниться за вчерашнее. Я купил продуктов, думал, может, поужинаем вместе? Я неплохо готовлю пасту.
Что-то в его глазах заставило Лену поёжиться. Но она улыбнулась и открыла дверь шире.
— Конечно. Проходи.
Она пропустила его на кухню, а сама на секунду задержалась в прихожей, доставая телефон. Быстро набрала сообщение лейтенанту: «Он у меня в квартире. Пожалуйста, приезжайте!»
Когда она вошла на кухню, Олег уже разбирал продукты. В руках у него был большой кухонный нож — он доставал его из ящика.
— Знаешь, — сказал он, не поворачиваясь, — ты очень похожа на Катю. Те же глаза, тот же голос.
— Нам все так говорят, — Лена старалась, чтобы голос звучал спокойно.
— Она тоже была слишком любопытной, — продолжил Олег, словно не слыша её. — Всё время задавала вопросы. Всё время что-то подозревала.
Он обернулся, и Лена увидела его глаза — пустые, холодные. В руке он всё ещё держал нож.
— Где моя сестра? — тихо спросила она.
Олег улыбнулся.
— Знаешь, что самое забавное? Она тоже так спрашивала. В точности этими же словами. «Где моя сестра?» Только она имела в виду не тебя.
Лена почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Что...?
— У меня тоже была сестра, — голос Олега стал мечтательным. — Очень похожая на твою Катю. Такая же красивая, такая же яркая. Только она умерла три года назад. А потом я встретил Катю, и она была так похожа... Я думал, это знак. Думал, мы могли бы...
Он сделал шаг к ней. Лена попятилась.
— Но она всё испортила своими вопросами! — внезапно выкрикнул он. — «Что случилось с твоей сестрой, Олег? Почему ты не хочешь о ней говорить? Почему в полиции сказали, что у тебя никогда не было сестры?»
В этот момент в дверь громко постучали.
— Полиция! Откройте!
Лена никогда не думала, что эти слова могут звучать так сладко.
Через месяц после ареста Олега водолазы нашли тело Кати в озере за городом. Как оказалось, у «соседа» было богатое прошлое — другое имя, психиатрическая клиника, из которой он сбежал, другие женщины, которые исчезали после знакомства с ним.
На похоронах сестры Лена стояла, сжимая в руке маленькую деревянную шкатулку с перламутровыми вставками. Полиция вернула её как вещественное доказательство. Внутри по-прежнему лежали Катины серёжки. И фотография — они две, в детстве, держатся за руки и улыбаются.
«Прости, что не приехала раньше», — прошептала Лена, глядя на закрытый гроб. И в первый раз за долгое время ей показалось, что она слышит голос сестры: «Но ты всё-таки приехала, Ленка. И это главное».