Каждое утро Арина просыпалась по звонку будильника в шесть тридцать. Быстрый душ, кофе, сборы. Разбудить Софию, накормить завтраком, проследить, чтобы не забыла тетрадки и учебники, отвести в школу. Потом на работу, где ждали цифры, отчёты и вечно недовольное начальство. Вечером — магазин, готовка, проверка уроков, стирка. И так по кругу, день за днём.
«Не об этом я мечтала», — иногда думала Арина. Но она научилась находить мелкие радости в жизни вроде чашки хорошего кофе или свободного вечера, когда свекровь забирала дочку и можно было потратить на себя несколько часов.
Как-то лучшая подруга, глядя, как Арина одновременно проверяет домашнее задание Софии и стряпает обед, изумилась:
— Как ты всё успеваешь? Ты что, робот?
Арина только пожимала плечами:
— А что делать? Не сдаваться же.
Арине были по плечу любые задачи, кроме одной: объяснить дочери, почему они живут не так хорошо, как ее одноклассники. София регулярно рассказывала:
— Кате новый айфон купили… А Антон с родителями в Таиланд съездили… А Маша говорит, у них коттедж за городом есть, и они там летом живут!
За этими рассказами стоял немой вопрос: почему у нас не так?
И каждый раз Арина терпеливо объясняла:
— У всех разные возможности, зайка. У кого-то родители больше зарабатывают, у кого-то меньше. Это не значит, что они лучше или что мы хуже. Просто так сложилось.
Но сколько бы она ни объясняла, София всё равно расстраивалась. Особенно из-за этого старенького кнопочного телефона, который достался ей по наследству от мамы. В школе над ней начали посмеиваться, и хотя девочка храбрилась, Арина видела, как больно ей было.
И вот тогда-то, за пару недель до дня рождения дочери, и случился тот самый разговор с Иваном. Он забрал Софию на выходные, а когда привёз обратно, поманил Арину на кухню.
— Слушай, — начал он, переминаясь с ноги на ногу, — я тут подумал... София же скоро именинница. Одиннадцать — это уже почти взрослая девушка. Может, купим ей нормальный телефон? Смартфон?
Арина тогда удивлённо подняла брови:
— Я уже полгода об этом думаю. Но это дорого, Вань. Хороший телефон тысяч пятнадцать стоит минимум.
Иван махнул рукой:
— Да я возьму на себя. В конце концов, что я, не могу дочери нормальный подарок сделать? — он улыбнулся своей фирменной улыбкой, от которой когда-то у Арины сносило голову.
— В её день рождения заеду, заберу вас, и вместе поедем выбирать. Пусть сама выберет, какой ей нравится.
София, конечно, услышала этот разговор — она всегда умудрялась оказываться поблизости, когда речь шла о чём-то интересном. И, разумеется, загорелась идеей.
Следующие две недели она только и говорила, что о новом телефоне. Даже каталоги в интернете изучала, сравнивая модели.
— Мам, смотри, вот этот классный! И камера хорошая! А вот этот с большим экраном, на нём удобно видео смотреть!
Арина улыбалась и кивала, хотя внутри скребли кошки. Она слишком хорошо знала бывшего мужа. И боялась, что обещание так и останется обещанием.
Но София была в таком восторге, так ждала этого дня рождения, что Арина не решилась сказать ей о своих сомнениях. Вместо этого она подспудно готовилась к худшему: откладывала понемногу, прикидывала, какой кредит сможет потянуть, если Иван не приедет.
И вот наступил день рождения Софии. Утром они с дочерью нарядились, накрыли на стол. София даже пригласила пару подружек на чай с тортом. Иван должен был приехать в два часа дня.
С утра он прислал сообщение: «С днем рождения, принцесса! Жди, скоро буду с сюрпризом!» София светилась от счастья. Подружки разошлись около часа, и дочь уселась у окна, ждать отца.
И вот тут-то всё и началось...
***
Елена Викторовна стояла на пороге квартиры, поджав тонкие губы. Ее глаза метали молнии, а руки сжимались в кулаки. Арина вздохнула и отошла, пропуская свекровь.
— Проходите, — сказала она устало. — Только София еще не вернулась из школы.
Хозяйка дома постаралась не обращать на это внимания и дружелюбно предложила чаю. Елена Викторовна не дала ей договорить и сурово произнесла:
— Не нужен мне твой чай, давай к делу. Зачем ты выпрашиваешь у Ивана деньги?
Арина замерла, не донеся чашку до стола.
— Что, прости?
— Не прикидывайся! — свекровь ударила ладонью по столу. — Иван просил меня дать ему деньги для тебя. Сказал, что ты требуешь какую-то крупную сумму сверх алиментов, якобы на телефон для Софии. Шантажируешь его, что запретишь видеться с дочерью!
Арина поймала себя на том, что вытаращилась на свекровь самым комичным образом.
— Тут ошибка какая-то, Елена Викторовна, — возмутилась она. — Это Иван просил у меня пятьдесят тысяч. Сказал, что у него какие-то проблемы.
Свекровь презрительно скривила губы.
— Что за чушь! Иван хорошо зарабатывает. Зачем ему занимать у тебя?
— Вот и мне интересно, — Арина подняла взгляд. — Только он не просто "умолял". Он выглядел реально напуганным. Сказал, что "в беде" — простите за выражение. И его жена звонила мне раньше, сказала, что он пропал на два дня, не ночевал дома. Она собиралась в полицию заявлять.
Лицо Елены Викторовны дрогнуло, но она быстро взяла себя в руки.
— Ерунда какая-то. Он был у меня позавчера, просил деньги. Сказал, что ты угрожаешь ему, что нужно купить телефон Софии...
— Телефон уже куплен, — перебила Арина. — Мной. В кредит. Потому что ваш сын не явился на день рождения собственной дочери, хотя обещал.
В этот момент хлопнула входная дверь, по коридору простучали шаги Софии, и девочка заглянула на кухню.
— Бабушка! — обрадовалась она.
Как бы ни злилась Елена Викторовна на Арину, при виде внучки не смогла сдержать доброй улыбки.
— Здравствуй, Софийка. Да, заехала навестить, — она протянула руки, и девочка бросилась к ней обниматься.
— Как здорово! А хочешь посмотреть, какой телефон мне мама купила? — София вытащила из кармана смартфон. — Мы в салон связи ходили, и я сама выбирала!
— Телефон? — Елена Викторовна бросила острый взгляд на Арину. — А разве папа не должен был тебе его купить? На день рождения?
Лицо Софии мгновенно помрачнело, и она опустила глаза.
— Папа не приехал, — тихо сказала она. — Вообще. Мы его ждали два часа, а он так и не пришел. Даже не позвонил, — она шмыгнула носом. — А потом вчера вечером он приходил, но даже "с днем рождения" не сказал... — девочка запнулась и посмотрела на мать. — И ушел сразу, даже со мной не поговорил.
Елена Викторовна побледнела. Ее рука машинально поднялась к груди, где под дорогой блузкой висел золотой крестик.
— Не может быть, — прошептала она. — Он же... он же говорил, что купил тебе телефон...
София мотнула головой:
— Неа. Мама купила, — она протянула руку и нежно погладила Арину по плечу. — И он крутой! С камерой, и памяти много, теперь Вика из класса перестанет дразниться...
Арина видела, как лицо свекрови меняется от гнева к замешательству, от замешательства к недоверию, и наконец, к осознанию. Елена Викторовна поднялась и, не глядя на Арину, произнесла подчеркнуто сухим тоном:
— София, милая, мне нужно поговорить с твоей мамой наедине. Ты не могла бы пойти в свою комнату?
София вопросительно взглянула на Арину, которая кивнула:
— Иди, солнышко. Уроки сделай пока.
Когда девочка вышла, Елена Викторовна тяжело опустилась на стул.
— Сколько? — спросила она напряженным голосом.
— Что "сколько"?
— Сколько он у тебя просил?
— Пятьдесят тысяч, — ответила Арина. — Сказал, что ему нужно переждать пару дней.
Свекровь медленно покачала головой.
— У меня он просил двести. Сказал, что тебе срочно нужно, что ты угрожаешь ему. А до этого... — она запнулась, — до этого я продала свои серьги. Антикварные, от бабушки. За сто двадцать тысяч. Тоже ему отдала.
Арина ощутила, как по спине пробежал холодок. Дважды двести плюс сто двадцать — это пятьсот двадцать тысяч. На что Ивану могла понадобиться такая сумма?
— Вы знаете, — осторожно начала Арина, — его жена, Настя... Она сказала, что видела на его телефоне приложения букмекерских контор. Для ставок.
Елена Викторовна резко подняла голову.
Арина кивнула.
— Боюсь, что да. И если мое предположение верно, то он задолжал гораздо больше, чем смог собрать.
На кухне повисла тяжелая тишина, прерываемая только тиканьем настенных часов. Наконец Елена Викторовна прикрыла глаза ладонью.
— Я должна с ним поговорить.
— Удачи с этим, — хмыкнула Арина. — Его телефон выключен уже три дня. И дома его тоже нет, по словам Насти.
— Я найду его, — решительно заявила свекровь. Она поднялась, одернула блузку и направилась к выходу. У самых дверей обернулась: — Я... прошу прощения. За то, что наговорила.
Арина только пожала плечами:
— Не в первый раз.
***
После ухода свекрови Арина почувствовала странную пустоту внутри.
События последних дней выматывали ее все сильнее, а впереди, судя по всему, ждали еще более серьезные потрясения.
Она помогла Софии с домашним заданием, приготовила ужин, и весь вечер старалась вести себя как обычно. Но мысли об Иване не давали покоя.
Поздно вечером, уложив дочь спать, Арина снова взяла телефон и позвонила Насте.
— Привет, — сказала она, услышав усталый голос на том конце. — Есть новости?
— Никаких, — ответила Настя. — Я уже с ума схожу. Васенька капризничает, температурит, а я тут одна...
— Елена Викторовна к нам приходила сегодня, — сказала Арина.
— Свекровь? И что ей нужно было?
Арина вкратце пересказала разговор с матерью Ивана.
— Так он у нее тоже деньги клянчил, — глухо сказала Настя. — Я так и знала. Он последнее время постоянно занимал у кого-то... У друзей, у коллег. Я случайно услышала его разговор по телефону неделю назад.
— И много задолжал?
— Не знаю точно. Но когда я спросила напрямую, он закатил скандал. Орал, что я ему не доверяю, что лезу не в свое дело.
Арина вздохнула. Как же знакомо...
— Слушай, Настя... Ты его телефон проверяла? Ну, историю браузера, сообщения?
На том конце провода повисла тишина.
— Нет, — наконец ответила Настя. — Его телефон всегда с ним. Даже в душ берет. И пароль стоит.
— А с вашего общего счета деньги не пропадали?
— Проверю, — голос Насти дрогнул. — Думаешь... игры?
— Очень похоже на то.
— О боже, — простонала Настя. — Что мне делать? Мне даже поговорить с ним не удается, он же пропал...
— Если появится или позвонит, скажи, что у вас серьезный разговор. И не давай больше денег. Ни копейки.
Арина повесила трубку и снова почувствовала эту странную пустоту внутри. Несмотря на все обиды и разочарования, Иван все еще оставался отцом ее дочери. И его проблемы, так или иначе, становились их проблемами тоже.
* * *
Развязка наступила на следующий день. Около шести вечера в дверь позвонили. Арина открыла — на пороге стояла Елена Викторовна, но совсем не такая, как вчера. Осунувшаяся, с покрасневшими глазами и трясущимися руками.
— Можно? — спросила она тихо.
Арина молча пропустила ее в квартиру. Свекровь прошла на кухню и без сил опустилась на стул.
— Я нашла его, — сказала она бесцветным голосом. — В какой-то съемной комнате в Южном районе. Еле выяснила адрес через его друга.
Арина налила воды и подала свекрови:
— И?
— Он... — Елена Викторовна сделала глоток, — он в ужасном состоянии. Весь дерганый, глаза бегают. Сначала не хотел говорить, но я надавила. И он признался, — она подняла взгляд на Арину. — Ты была права. Ставки, казино... Он задолжал какой-то конторе больше миллиона.
Арина ахнула:
— Миллион?!
— Миллион триста, если быть точной, — Елена Викторовна стиснула руки так. — Начал с мелочи, потом проиграл, решил отыграться, взял кредит... А когда понял, что тонет, стал занимать у всех, до кого мог дотянуться.
В ее голосе звучало такое отчаяние, что Арина, несмотря на все годы взаимных обид и претензий, ощутила к ней неожиданное сочувствие.
— А эти люди... они реально опасны?
Елена Викторовна кивнула:
— Он сказал, что ему угрожали. Поэтому и прятался.
— И что теперь? — спросила Арина.
— Я... — свекровь тяжело сглотнула. — Я продаю машину. Николай подарил на сорокалетие, — она невесело усмехнулась. — Сегодня нашла покупателя. Отдам деньги Ивану, пусть расплатится. На что осталось хватит.
— А если не хватит? — тихо спросила Арина. — Если он снова начнет играть?
Елена Викторовна подняла на нее измученный взгляд:
— Я не знаю, Арина. Правда не знаю.
В этот момент в коридоре раздался звук открывающейся двери — София вернулась с занятий кружка.
— Мам, я дома! — крикнула она, а потом заглянула на кухню и удивленно моргнула: — Бабушка? Ты опять к нам?
Елена Викторовна выдавила улыбку:
— Да, солнышко. Решила повидаться.
София подошла ближе и вдруг обеспокоенно нахмурилась:
— Бабушка, ты плакала? У тебя глаза красные.
Свекровь беспомощно взглянула на Арину. Та поднялась и положила руку на плечо дочери:
— Зайка, сходи пока в свою комнату, ладно? Мы с бабушкой разговариваем. Я позову, когда закончим.
София явно хотела спросить что-то еще, но, поймав серьезный взгляд матери, только кивнула и вышла.
— Спасибо, — пробормотала Елена Викторовна. — Я не хочу, чтобы она видела меня такой.
Арина снова села напротив:
— А Настя? Он с ней говорил?
— Нет, — покачала головой свекровь. — Боится. Говорит, она его не простит.
Арина хмыкнула — уж она-то знала, как легко Иван перекладывал ответственность на других.
— Но он же понимает, что нужно вернуться домой? У него жена и маленький ребенок. Они не могут быть в подвешенном состоянии.
Елена Викторовна кивнула:
— Я сказала ему то же самое. Он обещал позвонить ей, как только я привезу деньги.
— И вы верите его обещаниям? — Арина не смогла сдержать сарказма.
Свекровь подняла на нее усталый взгляд:
— А что мне остается?
Арина промолчала. Как мать она отлично понимала Елену Викторовну. «Неважно, сколько лет твоему ребенку и что он натворил, мама обязана помочь», — подумала она.
Елена Викторовна осталась поужинать, и за столом они втроем вели ничего не значащие разговоры ради Софии. Свекровь расспрашивала внучку о школе, о новом телефоне, о друзьях. Девочка охотно болтала, радуясь вниманию бабушки.
Когда София отправилась спать, Елена Викторовна собралась уходить.
— Я завтра отдам ему деньги, — сказала она, натягивая пальто. — И прослежу, чтобы он расплатился со всеми. А потом... мы с Николаем поговорим с ним. Серьезно поговорим.
Арина лишь кивнула. Она не слишком верила, что даже самый серьезный разговор может что-то изменить 👉🏼продолжение