Валентина, словно тень, скользила по улицам города. Центральный проспект – вот её предел. Дальше ходить страшно. Ещё шаг, и, кажется, муж выскочит из-за угла, схватит, потащит домой.
– Только бы не нашёл, – шептала она, сжимая в руке маленькую сумку с документами.
Денег – ни копейки. Давно уже Павел решил, что она – его вещь, собственность, с которой можно делать всё, что вздумается. Запереть дома? Легко. Не пускать на улицу? Запросто. Руку поднять? А почему бы и нет? Царь и служанка, не иначе.
Поначалу она пыталась сопротивляться, огрызалась, но с каждым разом её протесты становились тише, слабее. Павел воспитывал её кулаками, самоутверждался. К родителям бежать и мысли не было. Пыталась ведь уже, жаловалась. А они…
– Ты что, с ума сошла? Павел – стена каменная! Развестись вздумала? А нам с отцом на улицу? Забыла, кто этот дом купил?
На робкое «У вас же квартира есть…», лишь отмахнулись:
– Ерунда! Муж учит – значит, за дело. Сама виновата, подумай, что не так делаешь!
Вытолкали за дверь, Павлу позвонили. Ох, и досталось же ей тогда… Неделю синяки сходили. Тогда-то и решила: сбегу. Во что бы то ни стало.
И вот, момент настал. Павел уехал на два дня, а она, собрав самое необходимое, выскользнула из дома, пока охрана с прислугой вино на кухне распивали. Понятно, что хватились, Павлу позвонили, но её уже не было.
***
Надо спешить, искать убежище. Усталость валила с ног, хотелось просто сесть, отдохнуть. Огляделась – лавочка! Она направилась туда.
— Девушка, всё в порядке?
Валя вздрогнула, подняла глаза. Мужчина, лет сорока.
— Да… всё хорошо, – улыбнулась она, но улыбка вышла кривая, жалкая.
— Вы выглядите… грустной.
Незнакомец присел рядом, и она, не выдержав, расплакалась. Выплеснула всё, как на духу. Мужчина слушал, хмурился, а потом сказал:
— Знаете, тут недалеко коттеджный посёлок. Богатые люди живут. Работники им всегда нужны. Сходите, поспрашивайте.
И она пошла. Через час уже стояла на пороге дома, где требовалась горничная с проживанием. Женщина лет шестидесяти, энергичная, посмотрела на неё, будто оценивая товар, и сказала:
— Валька, я всё рассказала, решай. У меня времени нет, чтобы тут прохлаждаться. Дел невпроворот! Комнату дам, жить сможешь.
— Хорошо, я согласна, — выдохнула Валя.
Дом – огромный, а Валя убирает его с радостью, готовит для Нины Петровны тоже с удовольствием. Хозяйка – душа-человек, лишнего не требует, за что от Вали ей низкий поклон.
Правда, есть кое-что, что Валентине как кость в горле, вернее, кое-кто. Племянник Нины Петровны и его жена. Те ещё гости. Наведываются частенько, и, как поняла Валя, плотно и надёжно сидят у тёти на шее. Не её, конечно, дело, но смотреть, как они тянут деньги из доброй женщины, сил нет. Нина Петровна – одна-одинёшенька, кроме Андрюшеньки и Наташеньки, никого у неё не осталось.
***
Валя натирала хрусталь, как вдруг:
— Валентина!
Она аж подпрыгнула, чуть бокал не уронила. Это Наташенька, жена племянника, заявилась.
— Мы тут уже полчаса, а ты чай ещё не сварганила!
Валя плечами пожала:
— Так вы ж не просили.
Наталья ногой топнула:
— Просить мы должны? Бегом на полусогнутых! И чтоб всё готово было! Не забывайся, ты тут – прислуга. А не нравится – на улицу мигом!
Валя, скрипя зубами, бокал на место поставила и на кухню пошла. Внутри всё кипит, хочется этой выскочке врезать, но Валентина сдержалась. Верила, что Нина Петровна её не сдаст, но рисковать – себе дороже. Мимо кабинета хозяйки шла, слышит – разговор на повышенных тонах:
— Андрей, я ж тебя в прошлый раз предупредила, денег больше не дам!
— Тёть, в смысле не дашь?! Ты что, не слышала, что я сказал?! У меня долг – во! Голову снесут, если не отдам!
— Андрей, сколько раз я тебя просила не играть?! Сколько раз просила на работу устроиться?!
— Я на работу?! Да когда Дамбровские на чужих работали?! Никогда!
– Это точно! Дамбровские всегда сами на себя! Но заметь, они работали! А ты за два года отцовское состояние пустил по ветру! Не собираюсь я твои карточные долги оплачивать! И знаешь, Андрюш, прошу тебя, перестань позорить отцовское имя! Мне тут звонили, рассказывали, что ты у его друга денег в долг просил! Нехорошо это!
Слышно было, как Андрей вскочил:
— Кругом стукачи и наушники! И что мне теперь делать?!
— А это уж сам решай! Ты взрослый человек, с образованием, как-нибудь разберёшься!
Валя, как мышка, прошмыгнула на кухню и за чай взялась.
— Наташа!
Валя на дверь косится. Андрей на жену рыкнул, и они на выход двинулись.
— Как, даже чаю не попьёте? — с ехидством буркнула Валя.
Гулко хлопнула дверь. А Нина Петровна, которая тоже в вестибюль вышла, попросила:
— Валечка, дай мне валерьянки.
Она подошла к шкафчику, мигом лекарство приготовила, принесла Нине Петровне.
— Присядь, посиди со мной.
Валя села, а Нина Петровна говорит:
— Не понимаю, в кого такой Андрюша? Брат у меня был человек серьёзный, у него всегда всё в порядке было. А этот… Брат с женой погибли, когда Андрею двенадцать было, я его сразу к себе забрала. Иначе и быть не могло. Всё для него делала, лучшее образование дала, хоть он и упирался. Но, знаешь, никакое образование не поможет, если в голове ветер гуляет.
Валя молча слушала Нину Петровну. Та рассказывала, что Андрюша в последнее время картами увлёкся, по-крупному, и всё проигрывает. Нина Петровна помогала, говорила, мол, последний раз, а он, видать, смекнул, что таких «последних» – пруд пруди. И решила она, что единственный способ племяннику помочь – денег не давать. Что и сделала. Плохо ей было, душа болела, но понимала – иначе никак.
***
Не прошло и недели, как Андрюша с женой опять на пороге. Тихий-смирный, извинился перед тётей, клялся, что с картами завязал, новую жизнь начинает. Нина Петровна прямо расцвела, не знала, куда кровинушку усадить. В гостиную, кофе пить.
Валя посуду моет, а краем уха слушает.
— Тёть, у тебя ж скоро день рождения!
— Ой, Андрюш, да какой там, отмечать не буду.
— Почему это? – удивился племянник.
— Да возраст уже такой, что и вспоминать про дни рождения не хочется. Как будто их и не было.
— Ну, тогда мы с Наташей приедем, посидим, поболтаем.
Нина Петровна оживилась:
— А это идея! Давно вот так не собирались, чтобы повод был. А Валюша нам чего-нибудь вкусненького приготовит!
Валя улыбнулась.
***
Праздник должен был быть через неделю. Андрюша заезжал ещё пару раз, прямо идеальный племянник. А Валя на него косилась, неспокойно ей было. Не хотелось, чтобы Нина Петровна из-за него переживала. Хотя, может, и правда люди меняются? Валя таких ещё не встречала.
Утром Нина Петровна по дому порхала, вся сияла:
— Знаешь, Валюш, мне сегодня будто не 73, а 50! Да-да, именно 50, и ещё столько всего впереди! Дай бог, и у Андрюши всё наладится. Заметила, как он изменился?
— Конечно, Нина Петровна, это очень хорошо.
— Ну, показывай, чем сегодня порадуешь!
Валя ещё стол не до конца накрыла, как племянник с женой приехали. Цветы подарили, статуэтку. Андрюша тёте целую историю про подарок рассказал, она аж в ладоши захлопала.
В середине обеда Андрюша на кухню прошёл, за ним Наталья. Пирожные какие-то на стол положил.
— Валь, на тарелки выложи, пожалуйста.
Наталья на Валю посмотрела и вдруг по-французски заговорила. Уверена была, что какая-то домработница и языка-то не знает.
— Андрей, смотри, не перепутай, я отравила те, что с зелёными цветочками. Зелёный – тётин любимый цвет.
— Ты с ума сошла при посторонних это обсуждать?
— Ой, Андрюш, да ладно тебе! Откуда ей знать?
Он жену к себе прижал.
— Ну, скоро мы богатыми станем. На море хочется! И серёжки те тоже!
Они вышли, а Валя стояла, как громом пораженная. Конечно, она и виду не подала, что французский знает отлично, но услышанное – это ж просто… Она на пирожные смотрит, потом – раз! – к ним, выкинуть, а тут…
— Валентина, ты что там копаешься, как сонная муха? Давай я сама пирожные разложу, а ты чай-то хоть налить сможешь? За что тебе тётушка деньги платит?
Валя отвернулась, в голове – кавардак, что делать-то? Когда она чай принесла, Наташка уже пирожное на тарелку Нины Петровны положила, с зелёным цветочком, конечно, и щебечет, как соловей.
Валя чай гостям разлила, к Нине Петровне подошла, наклонилась и шепчет:
— Ни в коем случае пирожное не ешьте.
Нина Петровна на неё – глаза по пять копеек, побледнела. Видно, что-то в Валином взгляде её напугало.
— Ой, что-то голова разболелась, пойду прилягу.
Андрюша подскочил:
— Ой, такое вкусное и даже не попробовала! Валюш, убери в холодильник, ладно? Хоть доктор и не разрешает много сладкого, но мы ему не скажем.
Андрюша на тётю смотрит, как баран на новые ворота, а Наташка его за рукав тянет:
— Ну, ты чего? Пошли, тёте отдохнуть надо. Потом попробует, когда отдохнет.
И шепчет:
— Даже лучше, что без нас.
Как только гости за порог, Нина Петровна из комнаты – пулей:
— Валя, объяснись!
Валентина вздохнула:
— Они вас отравить хотели.
— Валя, это ж бред какой-то!
И она всё рассказала, что на кухне услышала. Нина Петровна валерьянку выпила, потом кому-то позвонила. Через полчаса дом полицией наводнили. Андрюшу с Наташкой – в кутузку. Нина Петровна, после всего, как-то быстро сникла. Будто родную мать похоронила. Всё своё добро Валентине завещала.
***
Полгода прошло. В дверь трезвонили так, что аж стены дрожали.
— Валентина, к вам родители пришли!
Валя вздохнула, понимала, что рано или поздно найдут.
— Валечка, неплохо ты тут устроилась! – Мать прошла, как хозяйка, посреди комнаты встала.
— Здравствуй, мама.
— Это всё твой муж, гад, виноват!
— Он мне не муж.
— Твой муж нас из дома выгнал, а ты тут в хоромах живёшь и даже не вспоминаешь!
— Что-то я не заметила, чтобы вы сильно обо мне беспокоились.
Мать даже не запыхалась:
— Не тебе указывать, как нам жить! Мы из-за тебя всё потеряли! Ты обязана…
Валя её перебила, встала:
— Хватит! Вы потеряли то, что вам за меня дали. У вас есть где жить, вы молодые, здоровые, так что идите работайте и живите, как хотите!
— То есть ты тут, как сыр в масле, а мы – пахать? – Мать усмехнулась.
Валя тоже усмехнулась:
— Времена меняются. Когда я так жила, что сдохнуть хотелось, вам до меня дела не было. Вам деньги нужны были. Всё, кроме меня. А теперь попробуем наоборот. Уходите, и пусть мне будет стыдно.
Она не собиралась деньги просто так тратить, решила свою давнюю мечту осуществить. Сначала она за садовником, как хвостик ходила, всё подмечала, всему училась, как за огромным садом ухаживать. Потом на курсы ландшафтного дизайна записалась, чтоб дело своё знать. Ну, а потом своё дельце открыла, прямо в посёлке, где жила. А там, как говорится, сарафанное радио – лучшая реклама.
И так вышло, что одним из клиентов будущий муж и оказался. И как бы Валя ни хотела от родителей отгородиться, всё ж не смогла – на выписку из роддома с первенцем их позвала.
✅ Уважаемые подписчики и подписчицы! Я купила ещё один канал на всякий случай, Дзен штука непредсказуемая. Буду так же публиковать там рассказы, под псевдонимом.
Если вам нравятся мои произведения, переходите и подписывайтесь.
Приятного чтения и спасибо за внимание. Люблю вас всех. ❤️