2 марта
Федор Тирон. Маремьяна Кикимора
Проводы Масленой.
Вот и пришла весна, дневничок!
Дождалиси!
Давеча знакомая сова пролетала с посланией в клюве – мол, зиме веснец!
Да мы уж и сами поняли, что веснец!
Пошли по снегу проталинки, ожила земелюшка, зашевелиласи в предвкушении тепла!
Я на радостях дажи в поэтическую настроению впал – придумал про Матрёшку частушки.
Захочешь – нашепчу их тебе на страничку, чтобы Матрёшка не прознала.
Они, энто, как сказать... не совсем приличные... Обзывательные чутка.
Вчераси девчаты чучелко Масляной ладили, чтобы нынче на костре сжечь его вместе с заботами-болячками-да пакостью всякой!
Я по энтому поводу гусли старые раздобыл, собираюси побренчать немного - перед всеми блеснуть талантой.
Хотел те самые частушки исполнить, но что-то боязно, Матрёшка ведь на руку тяжела.
Устроит еще кулачный бой, а я шубейку берегу!
Ценная штука моя шубейка!
Придётси для народу «гоголёчик» сбацать, он весёлый, заводной.
«Мы Масленицу состречали, мы Масленицу состречали,
люли-люли, состречали, гоголёк, гоголёчик!
На горушки не бывали, сыром гору набивали.
Наши горушки катливы, наши девушки игривы, молодушки веселыя;
стары бабы воркотливы: ены на печке сидять, на нас воркотять.
Вы, бабушки, не ворчите! Дайте Масленицу нам прогулять, с ребятами поиграть, с ребятами, со холостыми не женатыми, люли-люли, не женатыми, — гоголек, гоголечик!» (с.)
Вот уж попляшет народ!
Вся деревня соберетси на действо.
Проводим Масляную, а после пирогом угостимси.
Баба Онечка обещаласи составить его из блинков.
Каждый прослоить особой начиночкой – и мясце туда добавить, и рыбки, и грибочков. И маслицем щедро промазать. Чтобы хорошо пошло!
По энтому поводу дажи спор затеялси у девчат - сцепилиси Матрёшка с Варваркой языками.
Обсуждали форму энтого самого торта.
Матрёшка за классику жанры выступала. Признатьси, дневничок, не понял я – что за жанра такая? К какому боку её присобачивать?
Но Варварка – кремень! Стеной стояла за разнообразию форм!
По её задумке в каждый блинок нужна своя начиночка. Положить её, непременно маслица добавить, трубочкой блинок вернуть и в сковороду. Когда их полная форма наберётси – сметанной подливой залить (баба Онечка, правда, сказала, что яично-молочная получше будет), навроде крема. И в печь, совсем на чуток, чтобы малостю прогрелиси.
Я прям слюной изошёлси, слушая их споры!
Ну и предложил самую лучшую решению – пусть Варварка делает по-своему, а Матрёшка – по энтой, по классике шпарит!
Два блинных торта ведь лучши чем один?
Прав я, дневничок?
То-то!
Проводим Масленую как полагаетси!
Настроение - огонь!
Тольки вот кика сегодня закуксиласи. Сидела под печью, вздыхала.
Все потому, что проводы Масленой на Маремьяну выпали.
Прабаба сказывала – принято было в ранешние времена в энтот день кикимор гонять. Вот кика и смухордиласи. Дак я её успокоил – тебе-то какая печалька от того?
Баба Онечка своих в обиду не даст!
Без тебя – дом и не дом вовси, а так, строения. Так что не хныч.
А когда ленточку в подарок ей положил - кика совсем успокоиласи, повеселела.
Тут уж суседка громыхнул снизу - изобиделси, что про него забыли.
Пришлоси ему табачку спустить в подполье. Чтобы настроению поднять.
Про табачок-то, Варварка такое в книгах вычитала – смех да и тольки.
Пыталаси нас с Семёном устрашить, чтобы от пагубной привычки отвадить.
Поведала, что табачок вредоносная растения с плохой крармой!
А вырос он спервоначалу из трушицы поверженного молнией чёрта!
Мы с дедом глаза повылупляли, киваем, вроде как солгашаемси.
Пускай думает – что напужала.
Нам не жалко.
Ладно, побегу, дневничок.
Мне еще репетицицю провести надо, чтобы гусли не подвели.
Ты, это, прости ежели чем изобидел.
Нынче у всех прощению испрашиваю.
Принято так.
Так что прости, не вини.
И я тебя прощаю.
А как жи!
Бывай, не скучай.
Свидимси!