“Они хранили в жизни мирной
Привычки милой старины;
У них на масленице жирной
Водились русские блины.”
Александр Пушкин, “Евгений Онегин”:
Масленица — это не просто неделя, а настоящий бунт желудка против Великого поста. Этот праздник — как последняя отчаянная попытка зимы сказать: “Эй, подождите, я ещё не закончила!” На Руси Масленица всегда была тем временем, когда даже самые строгие аскеты начинали мечтать о блинах и водке, как заключённые о свободе.
Масленая неделя — это марафон гастрономического безумия, где каждый день имеет свою программу: от блинов с икрой до блинов с вареньем, и даже блины с блинами, если вы понимаете, о чём я. Главным угощением, конечно, были блины — символ солнца, тепла и того, что ваш холодильник скоро опустеет.
Русские писатели, описывая масленничные гуляния, превращали страницы своих книг в настоящие кулинарные шоу. Иной раз создается впечатления, что даже просто читая, можно было случайно набрать вес.
Собрал несколько фрагментов, где русские писатели превращали масленничные гуляния в литературные шедевры, полные шуток и иронии. Они доказали, что Масленица — это не просто праздник живота, но и время, когда даже самые серьёзные литераторы позволяли себе немного повеселиться.
Широкая
Александр Островский, фрагмент песни к опере “Вражья сила”:
“Здравствуйте, православные, здравствуйте!
Здравствуйте кругом, на все стороны здравствуйте!
Едет-плывет сама масленица,
Широкая масленица.
С блинами, с снятками, с оладьями,
С пивами, с медами сычеными
Широкая масленица.”
БЛИННАЯ
Михаил Салтыков-Щедрин, “Пошехонская старина”:
“Блины, блины и блины! Блины гречневые, пшеничные (красные), блины с яйцами, с снетками, с луком…”
ЧУДЕСНАЯ
Иван Шмелёв, “Лето Господне”:
“Или с детства осталось во мне чудесное, непохожее ни на что другое, в ярких цветах и позолоте, что весело называлось - “масленица”? Она стояла на высоком прилавке в банях. На большом круглом прянике, — на блине? — от которого пахло медом — и клеем пахло! — с золочеными горками по краю, с дремучим лесом, где торчали на колышках медведи, волки и зайчики, — поднимались чудесные пышные цветы, похожие на розы, и все это блистало, обвитое золотою канителью…”
Разгульная
Иван Бунин, “Чистый понедельник”:
“В трактире Егорова в Охотном Ряду было полно лохматыми, толсто одетыми извозчиками, резавшими стопки блинов, залитых сверх меры маслом и сметаной, было парно, как в бане. В верхних комнатах, тоже очень теплых, с низкими потолками, старозаветные купцы запивали огненные блины с зернистой икрой замороженным шампанским.”
ТАИНСТВЕННАЯ
Аркадий Аверченко, “Блины Доди”:
“Положив подбородок на край стола, Додя надолго застыл в немом восхищении… Какие красивые тарелки! Какая чудесная черная икра… Что за поражающая селедка, убранная зеленым луком, свеклой, маслинами. Какая красота - эти плотные, слежавшиеся сардинки. А в развалившуюся на большой тарелке неизвестную нежно-розовую рыбу Додя даже ткнул пальцем, спрятав моментально этот палец в рот с деланно-рассеянным видом. (“Гм!.. Соленое”.) А впереди еще блины - это таинственное, странное блюдо, ради которого собираются гости, делается столько приготовлений, вызывается столько хлопот.”
БОГАТАЯ
Дмитрий Мамин-Сибиряк, “Приваловские миллионы”:
“На Масленицу в большом зале дома Приваловых устраивались балы, на которые съезжалась вся местная знать. В этот день дом был полон гостей, и все веселились от души.”
Мечтательная
Иван Гончаров, “Обломов”:
“На Масленицу, когда все веселились, он [Обломов] лежал на диване и мечтал о том, как бы хорошо было, если бы все оставили его в покое и дали ему возможность просто полежать и подумать.”
ОБИЛЬНАЯ
Александр Куприн, “Юнкера”:
“О, языческое удельное княжество! Она ест блины горячими, как огонь, ест с маслом, со сметаной, с икрой … с кильками, шпротами, сардинами…. А для легкости прохода в нутро каждый блин поливается разнообразными водками сорока сортов и сорока настоев.”
ОЖИДАТЕЛЬНАЯ
Николай Лесков, “Леди Макбет Мценского уезда”:
“На Масленицу, когда в барском доме пекли блины, она [Катерина] всегда была в кухне и смотрела, как пекли блины, а сама не могла дождаться, когда же наконец съест первый горячий блин.”
Предвестница поста
Лев Толстой, “После бала”:
Масленица:
А дело в том, что во время этой моей самой сильной любви к ней был я в последний день масленицы на бале у губернского предводителя, добродушного старичка, богача-хлебосола и камергера… Бал был чудесный; зала прекрасная, с хорами, музыканты - знаменитые в то время крепостные помещика-любителя, буфет великолепный и разливанное море шампанского.”
На следующий день:
“Я понял, что истинное лицо человека может быть совершенно иным, чем то, которое он показывает на балах и праздниках… Я решил, что больше никогда не буду судить людей по их внешнему виду и поступкам на балах, а буду стараться узнавать их истинные лица.”
В рассказе «Чистый понедельник» первый день Поста становится моментом прозрения для Ивана Васильевича. Именно в этот день, когда заканчивается Масленица и начинается Великий Пост, он сталкивается с жестокой реальностью, которая полностью разрушает его иллюзии. Это символическое противопоставление радостного, легкомысленного праздника и сурового, аскетичного начала Великого Поста подчёркивает контраст между иллюзиями и реальностью.
Да, на то они великие. Легко, ярко, красиво и вкусно описывают веселие и не забывают напомнить, что не весельем одним живет человек. Иногда лучше предпочесть гречку с овощами бургеру, прогулку по лесу шопингу в ТЦ и хорошую книгу бессмысленному шоу по телевизору. Кстати, любой из приведенных выше авторов позволит вам прекрасно провести несколько вечеров с книгой. А ведь я, совершенно точно в этом уверен, вспомнил не все произведения, где упоминается Масленица. Что позабыл? Напомните в комментариях.
И как всегда, спасибо огромное за внимание ко мне. Вы прекрасные люди. Да пребудут с вами соль и перец.