1 октября 1946 года Нюрнбергский трибунал огласил приговор всем подсудимым. В течение недели все осуждённые имели право подать апелляцию. Трое не стали просить о помиловании. Эрнст Кальтенбруннер осознавал провальность подобного мероприятия, Альберт Шпеер и Бальдур фон Ширах посчитали исход процесса благоприятным для себя – суд не только сохранил им жизнь, но и дал шанс на освобождение.
Однако был и тот осуждённый, который просил о смерти, несмотря на то, что суд сохранил ему жизнь. Это был гросс-адмирал Эрих Редер, предшественник Карла Дёница на посту главкома ВМС Германии.
Ранние годы
Эрих Редер родился в 1876 году, и ещё в детстве решил связать свою жизнь с морем. В возрасте 19 лет он становится кадетом в имперском флоте. Поначалу командование относилось к его перспективам скептически – замкнутый, физически слабый. С такими качествами перспективы службы на флоте были весьма туманны. Однако Редер вскоре продемонстрировал недюжинные знания и изобретательность. Командиры ценили эти качества, решив закрыть глаза на всё остальное, и теперь перед Редером открылись блестящие перспективы.
Свободное время молодой офицер посвящал изучению морского ремесла, механики, иностранных языков. К тридцати годам Эрих уже в совершенстве владел русским, английским и французским языками. Впоследствии он редактировал журнал «Морское обозрение» и чаще остальных выступал перед иностранной прессой.
Его бывший сослуживец вспоминал:
«Обладая ясным умом, он всегда прислушивался к чужой точке зрения. Редер более, чем кто-либо, подходил для работы с зарубежной прессой и давал вполне приемлемые ответы на многочисленные запросы из других стран»
В 1910 году в судьбе Редера происходит крутой поворот – он становится штурманом личной яхты кайзера Вильгельма. Это было редкой удачей для моряка – теперь Редер обзавёлся множеством полезных связей, в том числе, и с императорской семьёй.
Когда грянула Первая Мировая война, Редер был ещё в звании капитана 3-го ранга. Уже тогда он отличился в целом ряде успешных морских сражений. Немцы хотя и не могли полноценно соперничать с англичанами на море, всё же провели целый ряд удачных рейдов. Редер нападал на английские эскадры, минировал порты, фарватеры. Однако после Ютландского сражения, Германия оказалась блокирована с моря. Это был ещё один гвоздь в крышку гроба Германской Империи. И всё же, немецкие ВМС продолжали совершать рейды против флота Антанты до самого конца войны.
После «Версаля» Германия оказалась лишена флота. Во многом, должность Редера, как адмирала, была номинальной. Все 14 лет до прихода нацистов к власти, Редер мечтал о возрождении флота и былой мощи Германии. Приход нацистов к власти он всецело поддержал, решив, что Гитлер разорвёт позорный мирный договор и вернёт Германии её былую мощь.
Морской фюрер
Ещё в 1920-х годах зарубежная пресса публиковала статьи о том, что Германия, в нарушение мирного договора, тайно перевооружает армию и флот. Властям под дипломатическим давлением пришлось сменить верховное командование, однако Редер, к тому времени контр-адмирал, под зачистку не попал. Он и правда активно готовил будущий резерв для немецких ВМС, изучая заодно все ошибки немецкого командования в годы войны. Так он пришёл к выводу, что главная и самая фатальная ошибка флота, была в его пассивности. Немцы предпочитали оборонять стратегически важные коммуникации, тем самым отдавая англичанам инициативу на море, тем самым дав противнику возможность решать, где и когда можно атаковать немецкий флот. И действительно, в 1939 году тактика немцев кардинально изменилась – в условиях недостатка кораблей, немецкие ВМС активно использовали подлодки, нападая на конвои союзников. Но прежде Редеру необходимо было перевооружить флот, что отмечал в своём выступлении английский обвинитель Фредерик Элвин Джонс:
«Захват нацистами власти в 1933 году был сигналом Редеру начать перевооружение с максимальной скоростью»
Всецело поддержав Гитлера после его прихода к власти, Редер крайне настороженно отнёсся к его стремлению внедрить везде своих агентов. Флот Редер считал своей вотчиной и тщательно следил за тем, чтобы агенты и осведомитель Гестапо не проникли туда. Он стремился сохранить кастовую систему, благодаря чему флот избежал крупных чисток, сохранив основной костяк – верных Редеру людей.
Кроме того адмирал по принципиальным вопросам позволял себе то, на что решался не каждый офицер – напрямую спорить с фюрером, чего не делал начальник Генерального Штаба Вермахта Кейтель, которого офицеры за его соглашательскую позицию прозвали «кивающий осёл». И всё же Гитлер продолжал доверять Редеру, присвоив ему в 1935 году звание гросс-адмирала и должность главнокомандующего ВМС Германии. В том же году Германия денонсировала пункты договора, ограничивающего её в вооружении, и Редер, получив зелёный свет, начал усиленно готовить флот к будущей войне.
Однако в 1938 году он высказал закономерное опасение, что флоту нужны ещё несколько лет форы, чтобы приготовиться к войне, ведь если война начнётся в ближайшие два года, флот будет не готов. И всё же на следующий год представил фюреру план противодействия союзникам на море. Не имея возможности полноценно соперничать с Великобританией на море, Редер предполагал использовать разработанную Дёницем тактику «волчьих стай», когда подлодкам приписывалось атаковать все корабли – и военные, и гражданские.
Американский обвинитель Олдерман отмечал:
«Он способствовал подготовке войны, указанной в пункте первом обвинительного заключения; он участвовал в политическом планировании и подготовке нацистскими заговорщиками агрессивных войн и войн, нарушающих международные договоры, соглашения и заверения, указанных в пунктах первом и втором обвинительного заключения, он осуществлял и принял на себя ответственность за выполнение планов нацистских заговорщиков по ведению агрессивных войн и войн, нарушающих международные договоры, соглашения и заверения, указанных в пунктах первом и втором обвинительного заключения; он санкционировал, руководил и принимал участие в военных преступлениях, указанных в пункте третьем обвинительного заключения, включая в особенности военные преступления, связанные с морской войной»
«Флоту остаётся только доблестно умирать»
По мере того, как приближалась война, Редер всё яснее осознавал гибельность своего «плана Z», и в августе 1939 года в его дневнике появилась запись:
«Нашему надводному флоту не остается ничего другого, как демонстрировать, что он может доблестно умирать»
В сентябре немецкие войска вторгаются в Польшу, и за две с половиной недели оккупируют страну. В это время флот начинает минировать фарватеры, проливы, а подводные лодки атакуют корабли союзников. В это же самое время издаётся приказ не спасать пленных моряков и тонущих пассажиров кораблей. Кроме того, флоту предписывалось топить и корабли нейтральных стран. Британский обвинитель Джонс называл Редера человеком, лишённым каких-либо принципов, приводя в качестве доказательств директивы, предписывающие топить без предупреждения корабли нейтральной на тот момент Греции.
В скором времени кригсмарине несёт тяжёлые потери во время датско-норвежской операции. Захват Дании осуществился почти без боя, однако в Норвегии кампания затянулась ещё на полтора месяца. Немецкий флот был изрядно потрёпан во время сражения у Нарвика. Потери побудили Редера отказаться от «плана Z». Флот был лишён возможности эффективно противостоять англичанам, что особенно проявилось во время Дюнкеркской операции, в ходе которой объединённые англо-французские силы сумели эвакуироваться с континента, благодаря прикрытию с моря.
В скором времени во время первого выхода в море был потерян линкор «Бисмарк», гордость немецкого кораблестроения, а в ходе сражения 31 декабря 1942 года немцы едва не потеряли крейсер «Адмирал Хиппер». Фюрер был взбешён неудачами, и 6 января 1943 года приказал Редеру расформировать надводный флот. В ответ гросс-адмирал потребовал немедленной отставки, и 30 января того же года его сменил Карл Дёниц. Однако к тому времени флот потерял былую мощь, а тактике «волчьих стай» союзники научились эффективно противостоять, и в скором времени Дёниц приказал подлодкам отступить из Атлантики.
Дела у Германии шли всё хуже, и когда в 1945 году бои загрохотали уже в Германии, Редер, осознавая, что война проиграна, предпочёл сдаться в плен советским войскам. После недолгого пребывания в тюрьме, его вывезли в Москву, где поселили на Подмосковной даче. Жил он, скорее, как гость, и долгое время считал, что выйдет сухим из волы. Поэтому «морской фюрер» был сильно удивлён, когда его отправили в Нюрнберг, где его ждал суд.
Просил себя казнить
Во время судебных заседаний Редер не признавал свою вину. Он апеллировал к тому, что оставался беспартийным, не питал симпатий к Гитлеру, и, более того, всячески противостоял попыткам уволить со службы офицеров и матросов еврейского происхождения, что шло вразрез с его выступлениями перед личным составом и по радио. По мере приближения финала Редер всё больше мрачнел, предчувствуя, что его казнят, как главнокомандующего кригсмарине. Он мог бы избежать такой участи, но фюрер трижды отклонял его прошения об отставке. Особенно Редер подчёркивал, что усилиями Геринга, отказавшегося взять под личный контроль производство подлодок и строить 29 вместо двух, флот стал терпеть болезненные поражения одно за другим.
1 октября 1946 года состоялось оглашение приговора. Многие участники процесса были уверены, что Редера приговорят к повешению, однако суд сохранил ему жизнь, приговорив бывшего «морского фюрера» к пожизненному заключению вместе с Функом и Гессом. Однако Редер с таким решением категорически не согласился:
«Я предпочитаю мужественную смерть, а не гнить в тюрьме остаток своей жизни. Поскольку мне семьдесят и мои жизненные ресурсы на исходе, пожизненное заключение долго для меня не продлится. Я рассматривал бы расстрел как более мягкое наказание, а для моих родственников это было бы счастливым исходом. Моя просьба ни в коей мере не означает, что я признаю свою вину. Положительное решение моей просьбы я бы мог считать актом милосердия»
Однако спецкомиссия не могла по просьбе осуждённых ужесточить им наказание. Приговор Редера остался в силе, и он вскоре был отправлен в тюрьму Шпандау вместе с другими осуждёнными, где получил персональный садовый участок, как и другие заключённые. Охрана знала о враждебных отношениях Редера с Дёницем, который всячески торпедировал его карьеру, выступая с критикой его решений, обвиняя в некомпетентности и бездарности. Редер не мог простить Дёницу загубленной карьеры, поэтому оба старались не пересекаться ни до ареста, ни после.
Бывший гросс-адмирал стал заведовать тюремной библиотекой, которую, как и камеру, содержал в образцовой чистоте. Других же заключённых он презирал за отсутствие дисциплины, но больше всего – Гесса, отлынивавшего от любых форм занятости и старательно изображавшего слабоумие.
Однако бывший глава оккупационной администрации Константин фон Нейрат умудрялся ладить со всеми заключёнными. Однажды между ним и Редером произошёл откровенный разговор:
«Вся беда была в том, что вы, Эрих, всегда были недоступны. То, что вы чрезмерно самоуверенно держались с Гитлером, лишало вас возможности информировать его о том, что вы делали и что ваша стратегия была правильной. Другая ваша ошибка была в том, что вы не нашли общего языка с Герингом. Конечно, вы понимали, как важна для вас была поддержка с воздуха, в которой вы так нуждались»
Редера задели слова Нейрата. Он и правда держался отстранённо от всех подчинённых, ни с кем близко не сходясь. Однако такая критика оскорбила бывшего адмирала:
«Какая могла быть нормальная работа, тем более сотрудничество, без Геринга? Геринг был совершенно неуправляем, тщеславен, самолюбив. Он был неисправимым лжецом. И только его вина, что мы не захватили Англию в 1940 году. Я говорил Гитлеру, что не могу гарантировать успех наземной операции, если не будет полного прикрытия с воздуха, для чего необходимо переподчинить хотя бы часть авиации мне. Но Геринг и слышать не хотел об этом. Он не допускал даже мысли, что кто-нибудь даже временно получит под свое командование хотя бы эскадрилью его ВВС, и, к великому сожалению, Гитлер в этом его поддерживал. Гитлер пропустил мимо ушей мое предложение. Время было упущено, и позже, в сентябре, пропала уже всякая надежда завоевать Англию. Гитлер наконец это понял, но было уже поздно. Влияние Геринга было слишком велико и шло во вред. Гитлер не смог вовремя его остановить».
Несмотря на преклонный возраст, Редер следил за своим здоровьем и хвалился тем, что в свои 77 выглядел значительно моложе. Однако возраст давал о себе знать, и в 1955 году Редер попросил о досрочном освобождении по состоянию здоровья. Просьбу удовлетворили, и, по иронии судьбы, он вышел на свободу на год раньше, чем Дёниц, получивший 10 лет тюремного заключения.
Уже на воле он издал книгу воспоминаний «Моя жизнь». С Дёницем они примирились, ведь попытки «последнего фюрера» вернуться в политику, или хотя бы на морскую службу с треском провалились. Можно сказать, оба остались ни с чем.
Редер прожил на свободе ещё 5 лет, и скончался в 1960 году на 85-м году жизни.
(с) Андрей Долохов
Понравилась статья? Тогда, чтобы поддержать нас, можете поставить лайк и подписаться на наш Дзен и Telegram: https://t.me/vestnikistorii
Мы будем очень признательны любой поддержке!