Становление нацистской системы было бы невозможно без помощи «Гитлерюгенда». Поначалу эта организация многим казалась ничем не примечательной, мало отличимой от бойскаутов, или пионеров. Однако при более внимательном изучении «Гитлерюгенда», отличия видны невооружённым глазом – в этой организации идеологическое воспитание носило особенно жёсткий характер. Детям прививали фанатизм, превращая обычных школьников в настоящие машины для убийств, готовые бездумно выполнять любые приказы своих лидеров. Они продолжали сопротивление, даже когда фронт рухнул окончательно, а Берлин квартал за кварталом переходил под контроль РККА.
И вот, в 1945 году в руки союзников попадает отец-основатель организации – Бальдур фон Ширах. Тот, кого можно без преувеличения назвать ярым фанатиком, который заражал фанатизмом своих воспитанников. Самолично он не убивал, однако своим воспитанникам внушал мысль не только о допустимости, даже желательности насилия и смерти.
В рядах НСДАП
Бальдур фон Ширах родился в 1907 году в знатной семье. До пяти лет он даже не говорил по-немецки: его мать была американкой, отец – тоже наполовину американец, свободно общался на английском. Ширах получил хорошее образование, выделялся манерностью и характерными для аристократов чертами поведения. Он едва закончил школу, когда загорелся идеями НСДАП. Здесь следует отметить, что факт его попадания в среду нацистов, скорее, закономерность: в 12 лет он вступил в юношескую организацию «Кнаппеншафт». члены которой, объявив условия Версальского договора 1919 несправедливыми, требовали их отмены и подвергали нападкам евреев и марксистов. В НСДАП Ширах вступил в 1925 году и с первых дней продемонстрировал Гитлеру свою поистине фанатичную преданность. Он был инициативен и умён, и это позволило ему претворить в жизнь идею о создании молодёжного крыла партии – «Гитлерюгенд». Дети, прошедшие через неё, должны были стать кадровым резервом для партии и государственных структур. Фюреру эта идея понравилась, и он дал добро на открытие ячеек «Гитлерюгенда».
В 1926 году в Веймаре открылась первая ячейка молодёжной организации от НСДАП. Бальдур фон Ширах страстно желал объединить под своим началом все немецкие молодежные организации и подчинить их НСДАП. Собственно, сама идея гитлерюгенда как единственного молодежного союза принадлежит именно Шираху, который настойчиво убеждал Гитлера в важности работы с подрастающим поколением.
В 1931 году он был назначен руководителем организации. Поначалу членство в «Гитлерюгенде» было сугубо добровольным, но с 1936 года оно стало обязательным. Каждый, кто не прошёл отбор в организацию по тем, или иным причинам, становился изгоем в коллективе. Ширах, тем временем, развернул подготовку будущих нацистов по полной программе. Некоторые члены организации дорастали по призывного возраста, и Ширах, наладив сотрудничество с СС, договорился о разработке программы подготовки кадрового резерва для Ваффен СС. Немало выпускников «Гитлерюгенда» потом стали надзирателями концлагерей, пополнили ряды СС, где прославились, как самые упорные и фанатичные солдаты.
Надо сказать, Ширах сам был готов не только словом, но и делом доказать свою преданность Рейху. В 1939 году он отправляется на фронт, в 1940 получает ранение, после чего его отзывают из армии. Уже после этого он теряет свой пост. Одной из причин считается конфликт с Гиммлером и другими членами НСДАП. Однако без работы Ширах не остался: в том же году его назначают гауляйтером Вены. В этой должности он пробыл вплоть до 1945 года, когда Вена пала под ударами РККА.
Гауляйтер Вены
Когда Ширах усилиями партайгеноссе Бормана и рейхсфюрера СС Гиммлера был отстранён от должности, он стал гауляйтером Вены. В период его пребывания на посту из города высылались евреи, чехи и прочие представители «не титульной нации». На суде Ширах будет постоянно путаться в показаниях, отрицать факт своей осведомлённости о концлагерях, ровно как и причастности к уничтожению евреев. Он убеждал судей, что был одним из тех немногих, что интересовался судьбой евреев. Позже Геббельс в своём дневнике оставит ироничную запись:
«У Ширахов вдруг обнаружилось сочувствие, когда уже почти 60 тысяч депортируемых евреев прошли мимо двери их дома»
«Политическим трупом» Ширах называл себя неспроста – с 1943 года он был в опале, и уже потерял рычаги влияния на политику. Во многом карьеру Шираха пустила под откос его собственная супруга Генриетта, сестра личного фотографа Гитлера, впоследствии сосватанная за Шираха. Случилось это весной 1943, когда Генриетта фон Ширах рассказала фюреру об увиденном в Амстердаме, а также дала почитать журнал «Life», купленный в Лиссабоне, где она останавливалась проездом. Она рассказывала, как ночью эсэсовцы жестоко загоняли испуганных женщин в вагоны, как они кричали, дети плакали. Позже некий офицер СС предложил ей купить драгоценности, происхождение которых объяснить не смог, или не захотел. Генриетта приставала с расспросами к рейхскомиссару Нидерландов Артуру Зейсс-Инкварту, но тот уклонился от темы.
«Фюрер был потрясен, — вспоминала Генриетта фон Ширах, — Сначала он молчал и с ним вместе молчали семнадцать присутствующих при этом разговоре мужчин. Потом он повернулся ко мне лицом и я увидела, какой он немощный… Мне было жалко его и в то же время я его ненавидела. Он медленно встал и начал на меня кричать: «Вы сентиментальны! Какое вам дело до этих евреек! Все это сентиментальные гуманистические бредни!» (Гитлер часто кричал. Крик был его оружием.). Мы с Бальдуром уехали»
Вероятно, это обстоятельство также повлияло на суд. Ширах не мог отрицать факт своего прямого участия в депортации евреев. Приказов он не отдавал, однако принимал деятельное участие в высылке тех 60 тысяч евреев, что оставались в Вене в 1943 году. Разумеется, он старался преуменьшать свою роль в событиях, понимая, что ему грозит смертная казнь. Достаточно было того факта, что именно он вырастил карателей «Гитлерюгенда», которые упражнялись впоследствии в стрельбе по живым мишеням: есть масса задокументированных сведений расправ во Львове, Виннице и других городах, когда подростки из «Гитлерюгенда» устраивали настоящую охоту на людей, готовясь пополнить ряды Вермахта и СС.
«Я был политическим трупом»
Когда начался суд, Ширах старался держаться с достоинством, однако самообладание его всё же подвело. Его показания были чуть ли не самыми пространными и путанными. Он отвечал на вопросы целыми монологами и обвинители даже ходатайствовали о том, чтобы ограничить подсудимому время для выступлений.
Ширах, как мог, уклонялся от неудобных вопросов, так же действовали и прочие подсудимые. Например, Геринг легко и просто отбивался от обвинений, находя объяснение всему. Лишь единожды самообладание подвело бывшего рейхсмаршала авиации, когда американский обвинитель Джексон зачитал ему послание к Гиммлеру от 1943 года, на что Геринг, разозлившись, крикнул:
«Командование СС не имеет никакого отношения к окончательному решению еврейского вопроса»
Этим самым он полностью разрушил свою линию защиты. Когда настала очередь Шираха, он апеллировал к тому, что с 1943 года был, фактически, «политическим трупом», и что списки депортированных евреев часто проходили мимо него. Всю вину за преступления «Гитлерюгенда» он перекладывал на своего преемника Артура Аксманна (которого не только не судили – даже не арестовывали). Однако у суда нашлись к нему и другие вопросы, и касались они стихов и песен, популярных в «Гитлерюгенде». В протоколе допроса от 24 мая 1946г. американский обвинитель Томас Додд зачитывает подсудимому одну из строевых песен «Гитлерюгенда»:
Додд: Помните ли вы песню «Вперед, вперед», написанную вами?
Ширах: Это боевая песня молодежи.
Додд: Эта песня содержит сильно возбуждающие призывы.
Ширах: Я этого не нахожу.
Додд продолжает допрос, и здесь подсудимый демонстрирует избирательную слепоту:
«Мы будущие солдаты. Все, что против нас, упадет от наших кулаков. Фюрер, мы принадлежим вам». Вы помните это?»
Ширах уклончиво отвечает, что писал много стихов и песен, и не помнит всего. Додд наращивает давление и цитирует строчки из другой песни, содержавшей такие слова:
«Германия, проснись! Смерть еврейству! Народ, к оружию!»
Но и здесь подсудимый уклончиво отвечает, что ничего не помнит. Отрицал он и факт своей осведомлённости о концлагерях:
«Я знал о событиях на Востоке. О том, что молодежь, которая вступила в войска СС, использовали для охраны концентрационных лагерей, я не знал»
И всё же, однажды бывший фюрер немецкой молодёжи проговорился:
«Тогда я считал концентрационные лагеря чем-то вполне нормальным»
С того времени Ширах был обречён. Его ждала если не виселица, то долгий тюремный срок.
Когда настало время выступить с последним словом, основатель «Гитлерюгенда» снова отказался признавать вину и человеконенавистническую сущность нацизма:
«И в час, когда я в последний раз обращаюсь к этому Военному трибуналу четырех держав-победительниц, я с чистой совестью хочу подтвердить нашей немецкой молодежи, что она совершенно неповинна в вырождении и извращениях гитлеровского режима, что она никогда не хотела войны и что ни в мирное время, ни во время войны она не принимала участия в каких-либо преступлениях»
Но эти ухищрения не спасли Шираха от возмездия. Суд отметил, что хотя лично приказов о депортации евреев Ширах не отдавал, но принял в этом деятельное участие, ровно как и в становлении и укреплении нацистского режима, создав ему опору среди молодёжи. И всё же, суд сохранил бывшему югендфреру жизнь, приговорив его к 20 годам тюремного заключения.
Дальнейшая судьба
Ширах вместе с другими осуждёнными к длительным срокам заключения был отправлен в тюрьму Шпандау. За это время он потерял связь с родными и близкими, а супруга оформила развод, не забыв прислать ему письмо, где обвиняла его в том, что он... Уговорил её жить. В противовес ему она ставила Геббельса и его жену, которые приняли яд вместе с детьми, не пожелав попадать в плен:
«Как всегда, ты не желал смотреть фактам в лицо. Прими я тогда яд, это избавило бы меня от невыразимых страданий в борьбе за жизнь свою и детей. Я уже столько раз выражала тебе свои чувства, но ты всегда предпочитал игнорировать их как неприятные для тебя.
Я немедленно развожусь с тобой»
Родительских прав и сам Бальдур, и Генриетта были лишены, дети их были отправлены в интернаты и приюты. Следует заметить, что судьба была к ним благосклонна – Рихард, старший сын Шираха, сделал успешную научную карьеру, став одним из ведущих китаеведов Германии и мира.
На свободу Ширах вышел в 1966 году, отбыв свой срок полностью. Тюрьма сломала его, он тяжело болел, был практически слеп, и окончательно превратился в развалину. Позже под его авторством выйдет книга воспоминаний «Я верил Гитлеру», которую он надиктовал журналистам уже после освобождения.
Ширах умер всеми забытый в 1976 году после продолжительной болезни. Его могила была сравнена с землёй в 2015 году, ввиду нежелания потомков содержать её.
(с) Андрей Долохов
Понравилась статья? Тогда, чтобы поддержать нас, можете поставить лайк и подписаться на наш Дзен и Telegram: https://t.me/vestnikistorii
Мы будем очень признательны любой поддержке!