Я сидела у окна, глядя, как по двору бегает огромный индюк. Он орал дурным голосом, тряся своей «красной соплёй» и выглядел при этом довольно угрожающе. Хотелось прибить эту чокнутую птицу вместе с его хозяйкой.
- Яшка! Угомони этого придурошного или я прибью его сама! Один «тюк» топором! – не выдержав, крикнула я в окно. – Ты слышишь?!
- Слышу! – из беседки показалась кудрявая башка подруги, перевязанная красным платком наподобие чалмы. – Чем тебе Какуль не угодил?! Вечно ты к нему придираешься!
- Твой Какуль закакулил весь двор! – я натянула кофту и перелезла через подоконник. – На хрен ты его завела?!
- Знаешь что?! Может это моя единственная отдушина! – Яшкин голос сорвался. – Я не такая сильная как ты, Танечка!
Яшка принялась подбираться к индюку, но тот заклекотал, выпучив глаза, и бросился на свою хозяйку. Та забралась на стол и уже оттуда принялась размахивать руками как крыльями.
- Нужно делать вид, что ты сам большой индюк и брать авторитетом! – Янина Сергеевна спрыгнула вниз, но видимо авторитета ей всё-таки не хватило. Индюк схватил её за упругий зад и подруга заверещала. – Танька, уходим!
Я забралась обратно в окно, а она влетела следом, похожая на раздобревшего человека-паука в своих синих лосинах.
- Ничего, Какуль устанет, пойдёт спать и я его закрою в загородке, - выдохнула Яшка, открывая кухонный шкафчик. – Её пухленькая ручка потянулась к валерьянке, но на полпути остановилась и вернулась к коньяку. – Тяжела наша бабья доля…
- Не начинай, - я присела за стол. – Надоели мне эти страдания.
- Зато эти не страдают. У них вторая молодость… - Янина Сергеевна тяжело вздохнула. – Вот тебе, правда, жизни. А какая любовь была…
Я отвернулась к окну. На горизонте клубилась чёрная туча, похожая на грязную вату. В душе снова поднялась волна гнева. Сашка с Ромкой не жили с нами уже год. Наши мужья пришли к тому самому волнующему периоду, который в простонародье назывался «седина в бороду, а бес в ребро». Благоверные уехали в санаторий и, предаваясь там лечебным процедурам, не заметили, как стали предаваться и другим утехам. Несмотря на возраст, мужиками они оставались видными, плюс были при деньгах, что сыграло ключевую роль во всём этом деле. Две молодые медсестры, которые ко всему были сёстрами-близнецами, взялись за наших мужей плотно. И буквально через несколько месяцев Сашка с Ромкой отчалили в столицу, готовиться к свадьбе с молодыми пассиями.
Дети в этой ситуации решили держать нейтралитет и, несмотря на ярость Яшки, общались со своими отцами. Я тоже приняла факт нашего расставания философски, правда подушка, в которую проливались горькие женские слезы, знала куда больше.
Мы вернулись из города в деревню и теперь куковали здесь, воспитывая индюка Какуля. Будучи дамами гордыми, ни одна из нас не взяла от мужа деньги на содержание. Приходилось заниматься удалённой работой, которая приносила не так много как хотелось. Но нам на жизнь хватало.
Яшка хрустела чипсами, закинув свой красный педикюр на пуфик, и уныло наблюдала за любовными перипетиями на голубом экране.
- Надоели эти розовые сопли! – Янина выключила телевизор и взяла со стола зеркало. Она долго изучала своё лицо, растягивая губы, кожу у глаз и двигая носом. – М-да… всё, отговорила роща золотая… Еще пару лет и внуков нянчить…
- Каких пару лет?! – я возмущенно взглянула на неё. – Анжелика и Вовка учатся им не до этого! Потом твой Андрюшка идёт, ему недавно пятнадцать исполнилось! Дитё ещё! За девок я вообще молчу! Успеем мы ещё внуков понянчить!
- Ничего… скоро наши мужья себе новых детей заведут… - снова занудила Яшка. – А мы так и будем прозябать в глуши!
Она вдруг подскочила со стула и бросилась в прихожую.
- Ты куда?! – я помчалась за ней, зная, что подруга в таком состоянии может начудить всё, что угодно.
Янина Сергеевна открыла кладовку и выбрасывала оттуда вещи, что-то бубня себе под нос.
- Яшка, что ты творишь?! – я успела увернуться от летящего в меня резинового сапога.
- В-о-от… нашла-а-а-а… - подруга вытащила с самого дальнего угла корзину с крышкой. – Нашла-а-а-а…
Я почувствовала укол страха. Такое лицо у Яшки было, когда она что-то замышляла.
Подруга бросилась в спальню, вывалила на кровать весь скарб из корзинки, порылась в нём и, повернувшись, затрясла перед моим носом каким-то сложенным в несколько раз листом.
- И?
- Знаешь что это? Страница из демонической книги! – Яшка вытаращила глаза, продолжая трясти своей находкой. – Я спёрла, перед тем как её уничтожили!
- И молчала! – изумлённо протянула я. – Ты и молчала!
- Да. Ждала, когда наступит чёрный день! – замогильным голосом прошептала Янина Сергеевна. – Вот он и пришёл…
- Ты хочешь колдовать?! – я закусила губу. – Яшка… Это опасно… Сашка с Ромкой всегда были против…
- Пошли они задницу! Понятно?! – она ткнула куда-то в сторону кукиш. – Вот так вот! В за-д-ни-цу! По слогам! К етитьей матери! Наколдуем себе удовольствий! Дети уехали к папочкам в гости и будут там до самой их свадьбы. Старшие не явятся до лета! А мы тоже имеем право на счастье!
- Колдовство не всегда приносит счастье! – напомнила я подруге, но она уже ничего не слышала.
Яшка оттолкнула меня и понеслась на чердак.
- Где книга греческих мифов?!
- Зачем тебе?! – я помчалась следом.
- Афродитой хочу стать! Вспомнилось! – рявкнула подруга, грохнув дверьми.
- О Боже… - я припустила быстрее.
Когда я забежала на чердак, Янина Сергеевна уже сидела на полу, достав из сундука старую книгу греческих мифов. Она развернула лист, вырванный из демонической книги, и сказала мне:
- Здесь написано, что при помощи этого заклятия можно взять то, что начертано в книге! Я возьму красоту Афродиты, и ка-а-ак начну куролесить!
Она на секунду блаженно прикрыла глаза.
- Яш, давай сначала всё хорошо обдумаем… - попыталась, было, я её образумить, но Яшка вдруг «ляпнула» листом о книгу и заголосила: - Заклинаю демонической ночью! Именем тьмы! Пусть всё, что начертано в книге, станет моим! Когда тень явится, когда шепот превратится в голос, ночь возьмёт меня в свои объятия, и пути назад больше нет!
Прямо над нами загрохотал гром, заставляя меня испуганно присесть. За окном мигнула молния, и на пол посыпалось стекло из рамы. Чердак заволокло чёрным дымом, который разъедал лёгкие.
- Ты что натворила?! – я закашлялась, бросаясь к подруге. – Ну, дурра-а-а-а…
- Это что? А? Что это такое? – дым рассеялся, и я увидела Янину Сергеевну, сидящую на полу. Она была закопчённая до такой степени, что на лице виднелись только белки глаз. Между её ног лежал старинный шлем, удивительной, виртуозной работы.
Я осторожно подняла книгу мифов и посмотрела на развернутые страницы.
- Ну, чё, Афродита… Мои поздравления. Похоже, это шлем Аида. Облажалась ты, мать.
ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ! ОГРОМНОЕ ВСЕМ СПАСИБО ЗА ПОЗДРАВЛЕНИЯ! Я ВАС ОЧЕНЬ ЛЮБЛЮ!
ПОДБОРКУ ЧАСТЕЙ С ЯШКОЙ И ТАНЕЙ СДЕЛАЮ ЗАВТРА. ЧТОБЫ БЫЛО УДОБНЕЕ ИСКАТЬ.