Речь пойдёт об этом красивом 3-х этажном доме в центре Саратова, который в наше время известен под именем Онезорге.
Дом занимает территорию почти двух дворовых мест в 180-ом планном квартале по проспекту Столыпина , 13.
Рассмотрим оба места (см. синий овал).
1.В 1840-е годы дворовое место, второе от угла улиц Немецкой (пр-кт Столыпина) и Александровской (Горького) в сторону Соборной площади (Радищева) принадлежало дочери коллежского асессора, чиновника Николая Ивановича Нордстрема - Наталье Ивановне Нордстрем (жена Н.И. Нордстрема была сестрой губернского секретаря Василия Ивановича Чумакова). Нордстрем Николай Иванович служил переводчиком в саратовской Конторе иностранных поселенцев. В 1846 г. место Натальи Ивановны было продано гражданскому инженеру Василию (Вильгельму) Романовичу Фон Раутенфельду.
Ему от Натальи Нордстрем достались деревянный дом и флигель со строением. Но уже к 1864 году у Раутенфельда на дворовом месте находились 2 дома: один 2-х этажный, деревянный , обложенный кирпичом с большим 2-х этажным корпусом, где была устроена строгальная паровая машина; другой-2-х этажный каменный дом, здесь же были складочный 2-х этажный корпус, флигель и надворные строения (ГАСО Ф.3,оп.1,д.3792,л.41об. и ГАСО Ф3,оп.1,д.4148 ). Если войти во двор , то и сейчас всё ещё можно увидеть и пристройку, и отдельно стоящий складочный корпус Раутенфельда. В советское время в них были коммунальные квартиры. Сейчас двор являет собой проходное место с проспекта Столыпина на ул. Сакко и Ванцетти.
*Вильгельм (Василий тоже) Романович фон Раутенфельд, 1823г. рождения, лютеранского вероисповедания, был из лифлянских дворян. В 1842г. по окончанию курса училища гражданских инженеров чином 14-ти классов в Петербурге, был назначен в Лифлянскую губернию гражданским инженером.
В 1843г. по распоряжению Министра внутренних дел его направили на службу в Саратовскую губернию на место гражданского инженера Куткина. В 1849г., когда Дорожная комиссия присоединилась к Строительной, приказом г-на Главноуправляющего путями сообщения и публичными зданиями, Раутенфельд был назначен в оную архитекторским помощником. В 1857г. Раутенфельд уволился со службы, а в 1870г. поступил в саратовскую Контору иностранных поселенцев смотрителем колоний в Тонкошнуровскую (Новоузенский уезд, Самарской губернии) дистанцию. В 1871г. его командировали от Конторы членом Комиссии по устройству быта колонистов Новоузенского уезда, Самарской губернии. В 1849г. за выслугу лет ему был назначен чин губернского секретаря, в 1851г . получил чин коллежского секретаря, в 1854г.- титулярного советника, в 1857г. -коллежского асессора, а в 1873г. он стал надворным советником с годовым содержанием в 500 рублей, из которых жалование составляло 350 рублей , а столовые- 150 рублей . За всё время службы Раутенфельда наградили темно-бронзовой медалью на Владимировской ленте в память войны 1853-1856гг. В свои 49 лет он всё ещё оставался холостым….
Находясь в разъездах по колониям Самарской губернии, Василий Романович сдавал свои дома и лавку в аренду, был у него и небольшой кирпичный завод.
В доме Раутенфельда долгое время находились редакция и типография газеты «Саратовский листок», которая переехала из типографии А.М. Флорова, что до этого находилась в доме Мензенкампфа (https://dzen.ru/a/ZWdb225vi2KFkJEb ), против Католического собора. Здесь же в 1864г. держал свою паровую дранку купец Метцгер ( https://dzen.ru/a/Z5x7zKOpDBsO_7fo ) ; а в 1873г. размещалась типография К.Н. Ищенко; в 1877г. был магазин Цеслинского «Саратов», где продавались музыкальные инструменты, падуанские струны, рояли, физгармонии, издания новых пьес, танцев, пения.
* В 1882г. дом Раутенфельда выкупил прусский подданный Иван Иванович Онезорге. Онезорге состоял цеховым в Саратовской ремесленной управе и был оружейных дел мастером. Онезорге сам не изготавливал оружие, а собирал его в своей мастерской при магазине, из деталей закупленных у иностранных и российских оружейников-производителей, часто привозил ружья известных иностранных фирм из заграницы . В его мастерской в сборщиках работали 10 человек. Собранное из деталей оружие Онезорге выпускал под своей фирмой.
До покупки дома у Раутенфельда Иван Иванович держал свой магазин в доме Блюма, на углу улиц Немецкой и Александровской (https://dzen.ru/a/ZnjtI1OcW0MKl0Tv ).
Умер Онезорге утром 30 января 1904г., семейным делом продолжали заниматься его жена Елизавета Карловна и сын.
На аукционном сайте «Мешок» нашлось несколько прошений за 1908 года от вдовы Онезорге о разрешении на получение ею из заграницы огнестрельного оружия.
В мае 1909г. в Саратове проходила вторая охотничья выставка Саратовского общества охоты. В выставке участвовал и магазин Онезорге:
Конкуренцию Онезорге в начале ХХ в. составляли оружейные магазины с охотничьими принадлежностями «Торговый дом Абачин и Орлов» и торговца оружием К.Г. Трейбал.
2. Второе дворовое место в 1840-е годы принадлежало титулярному советнику, врачу Палаты государственных имуществ Михаилу Ивановичу Кнышинскому и на его месте находился деревянный флигель с надворными строениями. Саратовская палата государственных имуществ была образована в 1839 году и входила в систему Министерства государственных имуществ. Палата ведала управлением государственными крестьянами и государственными имуществами - землями и лесами и состояла соответственно из двух отделов - хозяйственного, лесного отдела и канцелярии, был там и штатный врач.
В 1854г. Кнышинский продал своё место титулярной советнице Анне Николаевне Васильевой , а она весной 1858г. продала его с деревянным 2-х этажным домом и службами на нём ректору Римско-Католической Семинарии Иосифу Жельвовичу. В доме предполагались квартира ректора и церковно-служительские помещения (ГАСО Ф.636,оп.1,д.116). После покупки дворового места Жельвович перестроил заново дом Кнышинских, соединив дом поз.1 и флигель поз.2 (см. черт.ниже) в одно целое , теперь дом имел «Г»-образное очертание, кроме того у нового дома стало два входа- со стороны Католической церкви и со стороны Немецкой улицы .
В 1860-м году город брал в аренду дом у Жельвовича под размещение саратовской женской гимназии. Как уже было сказано, Жельвович занимал пост ректора Римско-Католической Семинарии Тираспольской римско -католической епархии, которая была открыта в Саратове в 1856 году . Таких семинарий в России было всего две, вторая находилась в Петербурге. Это было среднее учебное заведение для подготовки кадров римско-католического духовенства. При семинарии находилось 4-х классное подготовительное отделение для мальчиков (т. наз.-"Малая семинария"). Во главе учебного заведения стоял ректор, и его обязанностью было контролировать работу преподавателей и процесс обучения воспитанников. Кандидатура ректора обычно предлагалась епископом, а утверждалась в МВД. Первым ректором Саратовской семинарии с 1856 по 1865 годы был поляк Осип Жельвович. Жельвович умер в 1865г. и его сменил Цоттманн.
Более 10 лет у семинарии не было своего помещения, например- в год своего открытия училище снимало помещения в доме Парусинова на углу Приютской (Комсомольская) и Московской улиц ( дом известный, как дом графа Нессельроде), тут же жил и ректор училища Иосиф Жельвович, и начальствующие представители Тираспольской римско-католической консистории. И только в 1867 году, уже при ректоре Липском, когда окончательно решился вопрос о месте пребывания епископа Тираспольской римско-католической консистории в Саратове, а не в каком-то другом городе Российской Империи, епархия взяла в аренду на длительный срок просторное помещение на улице Мало-Сергиевской (ныне ул. Мичурина, не сохранилось) за 5350 рублей в год и семинария наконец-то обрела своё здание. Чтобы не скитаться по съемным квартирам вместе с Семинарией , Жельвович в 1858г. приобрёл два дворовых места в Саратове: одно , описываемое на Немецкой улице и ещё одно - с деревянном флигелем в Князевском переулке, в 253 планном квартале у солдатки Анны Францевны Савинской.
В 1860-ом году Жельвович потратил личные сбережения на перестройку дома на Немецкой улице , а на благоустройство места в Князевском переулке ему уже не хватило средств ; и в 1863г. Жельвович обратился в Саратовскую губернскую строительно-дорожную комиссию с просьбой о предоставлении ему ссуды в размере- 1428 рублей на строительство одноэтажного каменного дома с подвалом, деревянными службами и брандмауэром ( ГАСО Ф,16,оп.1,д.178 ).
Дом вскоре был построен, ректор прожил там около 5 лет , здесь он умер в 1865 году. После его смерти, уже в 1866г. управляющий домом в Князевском переулке дворянин Феликс Осипович Годлевский для погашения долга по ссуде, взятой Жельвовичем , стал сдавать флигель в аренду под жильё, например губернской секретарше Александре Ивановне Кудрявцевой и др.
В 1872г. , после погашения долга , наследником за отсутствием кровных родственников, стал его поверенный - коллежский секретарь Александр Иванович Пашкевич.
Последние годы жизни Жельвович болел и накануне своей смерти, в 1865 году продал дворовое место на Немецкой улице в 180 планном квартале купеческой паре Амалии Андреевне и Александру Ивановичу Мешковым.
Но владели они домом недолго- их торговые дела вскоре пошли на спад и в 1868г. их дом , бывший Жельвовича , был выставлен на продажу.
Дом у Мешковых выкупил викарий Викентий Липский, который в 1864году после смерти католического епископа Кана, был назначен капитулярным викарием и управляющим Тираспольской епархией. Дом Жельвовича поблизости с Католическим собором Св.Климента (арх.К.А.Невский) ему подходил как нельзя кстати. Прослужил он в этом качестве до середины апреля 1872, вплоть до назначения Цоттмана епархиальным епископом. За это время Липский основал в епархии много новых приходов и часовен, приобрел здание для духовной семинарии в Саратове и снискал всеобщую любовь у прихожан.
После назначения нового епископа Липский переселился в Одессу и жил там до самой своей смерти. Умер он в 1875 году и был похоронен в склепе церкви Успения Пресвятой Девы Марии.
Ну, а дом на Немецкой улице в 1872г. был выкуплен у Липского, перед его отъездом в Одессу , за 24 тыс. рублей серебром Тираспольской римско-католической консисторией и в нём поселилось римско-католическое епархиальное начальство.
Начальству этому принадлежало дворовое место с каменным 2-х этажным домом, деревянным одноэтажным флигелем, каменным одноэтажным флигелем и каменным 2-х этажным флигелем на подвале и службами (ГАСО Ф.4,оп.1,д.1965,л.4об.).
Дворовым местом епархия владела до 1917г.
В 1932 году 25 января вышло Постановление СНК Союза ССР "Об образовании Главного Управления Гражданского Воздушного флота при СНК Союза ССР", 23 февраля этот документ был утверждён Политбюро ЦК ВКП(б).
А 25 марта 1932г. было учреждено официальное наименование советской гражданской авиации – «Аэрофлот».
В 1933 году в Саратове были открыты почтовые линии самолётами У-2, по маршруту :Саратов -Марксштадт - Воскресенск -Вольск - Хвалынск, Перелюб - Ивантеевка - Пугачёв - Балаково -Вольск. А с 1935 года начали осуществляться пассажирские рейсы, вместимостью от 4 до 6 пассажиров на самолётах «Сталь-2», «Сталь-3» и Р-5, в том числе по линии Саратов - Москва - Саратов. Полёты продолжались до 1941 года.
Работникам новой структуры необходимо было жильё в Саратове и руководством города было принято решение- отдать бывшие дома Епархии и Онезорге под общежитие начальственного состава Аэрофлота. Для заселения людей предполагалась реконструкция домов: надстройка их третьим этажом , объединение под одной крышей и перепланировка под квартиры.
Что и было сделано в 1935 году. Тогда только на надстройку домов ушло 140 тыс. рублей "Аэрофлота" (работы производились хозспособом ), объём строения по наружному обмеру составлял-2300 кубометров.
Ну, а торговая лавка бывшего дома Раутенфельда (Онезорге) просуществовала до начала 1950-х годов, до той поры- когда передовые архитекторы того времени не затеяли проект реконструкции проспекта им. Кирова в промежутке от ул. Радищева до ул. Горького (180 планный квартал).
По этому проекту от 1952 года выходило, что дом «Аэрофлота» надстраивался ещё одним этажом , сносу подлежал магазинчик Раутенфельда ,на его месте планировалась новая секция жилого дома, которая должна была плавно состыковаться с существующим угловым домом Санина, для этого
планировалось старый дом Санина надстроить дополнительным этажом, вровень с новой секцией и вмонтировать в него три балкона по одной линии фасада, симметрично первому . Реконструкцию дома решили начать со слома лавки Раутенфельда и строительства новой секции . Секцию успели построить, а вот с перестройкой дома Санина помешала смерть И.В.Сталина, вернее политика нового правительства СССР.
В 1954 году состоялось Всесоюзное совещание строителей, где «практика украшательства в архитектуре» была подвергнута резкой критике и было решено всемерно развивать индустриальные методы строительства и типовое проектирование, повышать темпы строительства и увеличивать его экономичность». А постановление №1871 ЦК КПСС и Совета Министров СССР, которое вышло 4 ноября 1955 года, и вовсе одномоментно завершило эпоху советского монументального классицизма- «сталинского ампира» в проектировании и строительстве зданий и сооружений в СССР, и ей на смену пришла эпоха «хрущёвок». Уже начатые стройки были заморожены или закрыты. И «наш» дом на проспекте Кирова не миновала эта участь. Он так и не был достроен до конца, как планировалось.
Так, в Саратове это "нелепое сооружение" с одним балконом на фасаде и коротким карнизом с правой стороны кровли, заточенным на продолжение здания, стало памятником политических событий в нашей стране первой половины 1950-х годов, а дом Санина дошёл до нас в первозданном виде.
Источники:
1. Документы ГАСО;2.Информационно-правочные издания общероссийские и саратовские; 3. Дореволюционные газеты Саратова, 4. Б.Цветков. «Жилищное строительство в СССР 1953-1964 годов»; 5.АО Саратовские авиалинии.История. 6. XX съезд КПСС. Доклад Хрущева о культе личности Сталина; 7.Иллюстрированный энциклопедический словарь интернет-проекта "Geschichte der Wolgadeutschen".