Танец с новым Линкольном
Братья Романовы заказали столик в маленьком ресторане для особо важных персон, где рассчитывали посидеть часок-другой по-семейному в надежде окончательно что-то друг в друге прояснить, а заодно познакомить жён.
Свят выкупил зал, но директор уговорил его разрешить впустить двух-трёх проверенных, безобидных и очень престижных посетителей. И в самом деле, уютный зал был почти пуст.
Правда, в одном его углу за столом устроились весьма стильные пижоны, одетые в многослойный верх и широкие штаны, с зачёсанными напомаженными волосами, и их такие же хипстерские подружки. Это была группа Марьи под прикрытием – майоры Мальцев с Радовым и её помощницы Дуся с Тасей.
А в противоположном углу сидели два чинных, благостных, опрятных молодых человека в костюмах. Марья глянула на них и задумалась. Подозвала блондинистого официанта и что-то ему шепнула. Затем мельком оглядела Лейлу.
Братья познакомили жён. Лейла оказалась типичной женщиной с Кавказа. Хорошо скроенная и крепко сшитая, смуглая, с большими миндалевидными, оливкового цвета глазами, соболиными бровями и блестящими чёрными волосами. Очень ухоженная и очень несчастная.
На ней было откровенное огненно-красное платье – с открытой спиной и едва не вывалившейся пышной грудью.
Обида, казалось, пропитала каждую её клеточку и Лейла дышала, говорила, смотрела и ела через силу – из дежурной вежливости. Слёзы готовы были вот-вот сорваться с её нарощенных ресниц в тарелку с черепаховым супом.
Что ж, Марку и повезло, и не повезло! Красавица горянка полюбила не того парня – констатировала Марья.
Сама она пришла в пышной белой юбке с крупными васильками по подолу, в синем приталенном пиджаке без ворота, с рукавами три четверти, в белых ботинках-казаках, с длинной ниткой крупного жемчуга на шее.
Романовы заранее сделали заказ, и блюда уже ждали едоков. Братья с любопытством, пристрастными глазами уставились на дам, сравнивая их и оценивая.
Марья решила не торопить события и дать Лейле привыкнуть к себе, не обрушивая на неё сразу гекатомб новых знаний, подходов и ощущений. Именно такой метод хорошо работает с малыми детками при знакомстве их со, скажем, новой няней.
Она села рядом с ней и похвалила её алые лаковые туфли. Спросила, что за бренд, где купила, сколько стоили? Та охотно ответила.
Мужчины между тем выпили, крякнули и занюхали рукавом. И компания приступила к поеданию вкуснейших изысков. Марья накинулась на свою порцию и навернула её с обычным своим здоровым аппетитом. Лейла же еле ковырялась в тарелке.
И тут заиграла музыка – вкрадчивая, обольщающая, с ритмом, близким к сердцебиению.
Марья плавно, лебединым движением откинула вилку и, подняв над собой руки, стала вить ими узоры ослепительной лепоты.
– Я правильно уловила восточный эротизм ? – спросила она у Лейлы.
Та поспешно закивала:
– Очень красиво, Марья.
В это время к столику Романовых подошли пижоны и обратились к Святу с вопросом, можно ли пригласить Марью на блюз? Она умоляюще посмотрела на мужа. Тот неопределённо повёл бровями, и Марья тут же сорвалась с места.
И троица зажгла! Вернее, зажгла Марья, а пижоны ей мастерски подыграли. Это был карнавал огня, вихрь молодечества и демонстрация прекрасной танцевальной пластики.
Марк от неожиданности разинул рот. Рефлекторно задвигал локтями и свалил на пол тарелку с сырной нарезкой. Свят понимающе глянул на него.
– Тебе не кажется, брат, что твоя жена кадрит этих ребят? – обратился шокированный старший брат к младшему.
– Не кажется. Это её охрана. Офицеры из конторы. Но ты всё правильно понял. Марья волхвует. Приманивает. Только нацелилась на рыбу покрупнее, иначе не развернула бы свои самые козырные пёрышки. И она не кадрит, Марк! А работает! Марья – ловец душ.
– Это что, профессия такая?
– Тебе, братец, не понять.
– О, как у вас тут всё запущенно. В смысле, интересно.
– А вот с этим спорить не стану, брат. Давай, хряпнем ещё по-маленькой.
Они влили в себя ещё по бокалу горячительного.
– Ну так как технически Марья ловит души? – спросил Марк, предварительно зажевав стресс куском окорока.
– К ней неведомые силы подводят людей, она их сканирует, тестирует и поворачивает спиной к преисподней. Соответственно, лицом к раю. Я так это понимаю. У неё и маркеры есть. Какие-то коды, шифровки, вроде поэтического дара. Она считает поэтов вестниками высшего мира. Она сперва человека прочитывает и лишь потом по нему работает.
– Работает?
– Ну как тебе объяснить? Включи мозг и не тормози. Она что-то делает, и люди меняются, причём, кардинально! Я не влезаю в эту кухню, не расспрашиваю, просто наблюдаю и страхую её. Она пачками вербует людей служить на благо России, вот в чём прикол!. Вот ты бы хотел послужить России?
– М-м-м. Философский вопрос.
– Ну вот, сразу в кусты. А она точечно выдёргивает ребят, в основном, из глубинки, и форматирует их в нужную сторону. Марья – державница! Бескорыстная служительница отечеству. Считает Россию будущим Эдемом.
– Да вы с ней оба сказочники, Свят! Говоришь что-то не фига не понятное, но – впечатляющее!
– Ты угадал. Она помешана на сказках. Постоянно говорит, что сказки – это и есть настоящая концентрированная божественная реальность, потому что в них добро всегда побеждает зло.
– Она типо экстрасенс?
– Тьфу ты! Просто талантливый аналитик.
– Хорошо, и кто сейчас её цель?
– Думаю, вон те два чувака в костюмах.
– Да, точняк, они пялятся на неё. Но они уж точно не из глубинки.
– Тебе какая разница? Я сказал: в основном!
Марк отрезал кусок пекинской утки и, отправив его в рот, развернулся и стал в упор смотреть на парней в костюмах. А Свят потёр руки и шепнул брату:
– Кажется, заглотнули наживку. Какие-то эти два типка викторианские. То ли масоны, то ли мормоны, то ли баптисты. В общем, смотрим, что будет дальше!
– Братишка, а ты не хочешь вмешаться? – спросил Марк, отламывая утиное крылышко.
– Оборзел? Чтобы всю малину Марье испортить? Я ж ей муж и друг, а не мудак и враг!
Романов подозвал официанта и спросил, когда заведение закрывается. Тот ответил, что желательно закруглиться в двенадцать.
– Свяжи меня с хозяином.
– Но он ушёл.
– Набери.
Юноша, бледный от страха, набрал номер телефона владельца ресторана. Романов поговорил с ним и продлил аренду зала до четырёх утра.
– Марья не управится до полуночи, – пояснил он брату, который уже опустошил бутылку вина и собирался заказать новую, но младший его остановил:
– Поедем к нам, там и напьёшься, а сейчас ты мне нужен в роли вменяемого статиста, а не в виде дров.
Марья вернулась разгорячённая и плюхнулась на стул:
– Кому косточки моете, Романовы?
Свят ответил:
– Я продлил срок нашего пребывания тут до утра, Маруня. Правильно сделал?
– Как ты догадался, любименький? Я как раз хотела тебя об этом попросить!
В это время к их столу подошли мужчины в костюмах и на хорошем русском, но с акцентом, попросили у Романовых разрешения станцевать с их дамами. Святослав Владимирович еле сдержал улыбку, для чего нагнул голову.
– Да, можно, – разрешил он. Не выдержал, отвернулся и засмеялся.
Марья подала руку парню европейской внешности. Второй, светлокожий мулат, ангажировал Лейлу. И они пошли танцевать под невыразимо приятную и чувственную мелодию.
Романов вновь подозвал официанта и велел ему поставить мелодию на повтор, чтобы танец длился как можно дольше.
– Мне кажется, так надо Марье, – пояснил он Марку.
А она между тем обратилась к своему партнёру на чистейшем английском:
– Меня зовут Марья.
– Мария?
– Нет, ударение надо делать на первый слог: Ма-рья.
– Ма-рья. А меня Джозеф.
– Смит?
– Смитсон. А как вы угадали?
– Джозеф Смит был основателем мормонизма в Америке. Я наугад назвала его фамилию. Джо, скажите, вы с вашим другом – мормоны?
– Да.
– Могу я задать вам вопросы?
– Очень можно.
– Когда у мормонов был снят запрет на межрасовые браки?
– Это вы о моём спутнике Терри? О, да, это была долгая и мучительная история со счастливым концом. Окончательное решение вопроса произошло лишь в конце двадцатого века. А как вы догадались, что мы с Терри мормоны?
– Ну, это просто. Ваши люди везде и всегда ходят в классических чёрных костюмах. И вы все о-очень благостные. Кстати, мои предки были старообрядцами. У них с вашей религией много общего. Старообрядцы не пили спиртное, не курили, не говорили бранных слов, сурово наказывали своих детей за непослушание, очень много работали и ходили в скромной одежде. Мужчины на воскресные богослужения надевали длинные чёрные пальто и чёрные шляпы. У мормонов примерно так же, верно?
– Так точно.
– У вас ведь есть миссия в Москве?
– Приходите к нам в гости! Правда, мы с Терри отслужили каденцию и как раз улетаем домой. Но я свяжусь с нашими пасторами, и они будут вас ждать.
– А когда у вас вылет?
– В десять утра.
– У меня есть предложение.
Американец, блестя глазами, заинтересовался. Ему было так хорошо на душе! Марья перешла на русский:
– Вот что, Джо! А поедем-ка к нам в гости! На пару часов! Увидите, как живёт российская многодетная семья. Без всякой подготовки! Это лучше, чем сидеть на скамейке в зоне вылета. А потом водитель моего мужа Григ мигом доставит вас в аэропорт.
– О, это хорошая идея.
– И у вас будет чем отчитаться перед вашим начальством. Общение с россиянами ведь входит в ваше послушание. А у вас, как я догадываюсь, плотного знакомства с россиянами не случилось?
– Я очень-очень благодарен вам за приглашение. Нас действительно никто из москвичей не решился позвать в гости. Видимо, это здесь не принято. И нас не похвалят за отсутствие такого опыта.
– Джо, мы, русские люди, так же сильно любим Бога, как и вы. И даже, может быть, сильнее. А москвичи не приглашали вас по простой причине. Они ассоциируют вас с вашими властями, которые относятся к россиянам враждебно. Поверьте, наш народ – тёплый и гостеприимный с теми, кто к нам поворачивается не спиной, а душой.
Музыка, наконец, стихла. Американцы отвели барышень к их мужьям и поблагодарили за доставленное удовольствие.
У Лейлы глаза ярко светились, как включённые фонарики. Она разрумянилась, улыбка не сходила с её пухлых губ. Такое вот тонизирующее действие оказал на горянку пышный букет комплиментов, которым одарил её иностранец.
Святослав на прекрасном английском пригласил мужчин присоединиться к ним. Официант тут же подогнал к их столу соседний и уставил его приборами и закусками. Позвали и офицеров с девушками. Марья всех перезнакомила.
Вскоре завязался оживлённый разговор. Вся тусовка отлично владела английским, а мормоны периодически переходили на русский. Свят искромётно острил, поглядывая на круглолицых сестричек, и все ухохатывались.
Зазвучала песня «Мечтая о Калифорнии» в исполнении «Мамас и папас». Для янки это то же самое, что для русских «Подмосковные вечера».
Марья встала и куда-то направилась, а потом внезапно, словно запнувшись, остановилась. Все смотрели на неё безотрывно. А она развернулась и начала колдовать. В смысле, вязать, заплетать и расплетать лилейными своими руками, античным телом и балетными своим ножками какие-то дивные завитушки, следуя ритмике песни. Она манила и отталкивала, ныряла и всплывала, вьюном вертелась и подскакивала козочкой, и это был уже не танец, а колдовство. Свят убрал от Марка тарелки с нарезками, потому что тот уже раскачивался на стуле, аплодировал и что-то несусветное орал .
Потом сразу же пошёл хит «Шестнадцать тонн» в исполнении Джо Коккера. И все дружно ринулись плясать! По-русски, до упада! Марк отчебучил комаринскую, а Лейла – микс из лезгинки и цыганочки. Девчонки показали класс топотухи с элементами ирландского степа. А забугорные друзья от ленивого шаффла перешли к разбитному кантри.
В итоге у всех плясунов проснулся зверский аппетит! Раздухарившаяся компания мигом смела всю снедь со стола. Американцы порывались заплатить за себя, но Свят остановил их.
Время пролетело незаметно – официант, поймав взгляд Романова, выразительно постучал по запястью. Что ж, стали собираться.
Марья пригласила Джо в машину к мужу. Лейла, в отличие от Марка, не пила, поэтому сама села за руль ламборджини, куда посадили и мулата.
В пути Марья Романова напомнила гостю о том, какими тёплыми были когда-то американо-российские отношения!
– Только подумай, Джо, ведь были, понимаешь, были все предпосылки для установления мостов! Ваши первые президенты любили Россию! Джефферсон называл её самой дружественной страной в мире, представляешь? И ведь не врал! Джон Адамс заставил своих подданных учить русский. Да, было и такое. Он считал Петербург лучшим городом на планете. Джексон инициировал русско-американский пакт о торговле и навигации. Тайлер вообще величал нашу страну великой северной силой. Видишь, какой был пиетет ваших перед нашими! Франклин Пирс, когда умер посол России в Штатах Александр Бодиско, распорядился, чтобы обе палаты в знак траура прекратили работу. И он пересёк океан, чтобы лично явиться на похороны посланника. А ваш Авраам Линкольн активно переписывался с нашим Александром Вторым и называл его добрым другом. Самое интересное, обе страны на тот момент дружненько противостояли драчливой забияке Британии, стравливавшей всех и вся.
Предутренняя Москва, залитая разноцветными огнями, была пуста. Компания в считанные полчаса подвалила в «Сосны». Зая успела напечь пирожков с розовым вареньем. Чай дымился в чашках. Сели за стол, угостились.
Марья сводила Джо на верхний этаж, приоткрыла дверь в детскую, чтобы он издали посмотрел на спящих деток. Провела по комнатам, показала галерею и виды с неё. Подарила им с мулатом по кадушечке лесного бортевого мёда. Сказала, что в таком виде этот продукт в багаже пропускают. Американцы были в восторге!
Долго прощались. Джо даже заплакал. Поцеловал Марье руку и зачем-то чмокнул Заю в румяную щёку, когда она передавала ему пакет с тёплыми пирожками. Антоныч в это время запирал подвал и не увидел столь плотного, хоть и мимолётного контакта между представителями двух великих наций.
Когда Гриша увёз американцев, четвёрка Романовых расселась на диванах возле камина. Свят обнял Марью, она положила голову ему на плечо.
– Ну и кого ты сегодня улавливала в сети, девочка моя? – спросил он её на ухо.
– Можно я посплю минут пять?
– Даже сто. Но потом.
– Сегодня, Свят, ты имел счастье лицезреть будущего президента американских штатов. Лет через десять он им станет!
– Ты это прочухала как-то или программу ему выставила.
– Я заронила зерно, и оно начнёт прорастать. Сказала ему: «Как было бы замечательно, если бы ты стал президентом своей страны! И тогда мир получил бы долгожданное духовное обновление. И я хотела бы вместе со всей нашей сегодняшней компанией поприсутствовать на твоей инаугурации».
– Оборзеть!
– Да, милый, главное – это озвученная идея, сформулированное и произнесённое вслух желание. А энергию для их осуществления прильёт ангел. Скоро к Джозику начнут притягиваться нужные люди, ситуации и ресурсы. В нём есть всё необходимое: любовь к Богу, к своей стране, душевная чистота, уважение к семейным ценностям, хорошее воспитание и молодые силы. А теперь он ещё и полюбил Россию и русских. Он уже не боится нас! И сделает всё, чтобы более не причинять нам вреда.
– А мулата почему не рассматриваешь?
– В нём нет лидерских качеств. Он очень хороший исполнитель и будет во всём помогать Джо. Кстати, я заметила одну интересную деталь.
– Ну и?
– Мне кажется, этому симпатичному мулату очень понравилась Лейла!
Марк, чутко прислушивавшийся к их разговору, аж подпрыгнул.
– С чего ты решила? – резко спросил он Марью.
– Он так пылко поцеловал ей руку и в щёчку тоже. Лейла – дивная восточная красавица. Видимо, он – истинный ценитель.
Марк встал, встряхнулся и сказал:
– Ладно, ребята, вы тут трещите, а я – спать. Свят, ты нам какую комнату выделяешь?
– На первом этаже слева.
– Лейла, за мной!
Они ушли, а Свят и Марья покатились со смеху.
– Здорово ты этого бычару пуганула заморским ценителем!
Жена уткнулась мужу в плечо и, задыхаясь от хохота, проговорила:
– Будет знать, как такой красотой разбрасываться!
– А вот я моей красотулей дорожу.
– А я дорожу моим дорожителем.
– Пойдём-ка подкрепим слова делом, – сказал он, оглаживая её гитарный изгиб. – Лёжа дорожить удобнее.
Продолжение следует.
Подпишись – и станет на душе теплее.
Копирование и использование текста без согласия автора наказывается законом (ст. 146 УК РФ). Перепост приветствуется.
Наталия Дашевская