"Андрей, ты вообще меня слышишь?" — Катя сжала в руке чек из аптеки, на котором красовалась пометка: "Купить маме таблетки к пятнице". Он поднял на неё глаза, уткнувшись лбом в экран ноутбука. "Конечно, слышу. Что-то случилось?" Она засмеялась так резко, что он наконец оторвал взгляд от работы. "Случилось? Да, например, сегодня наша годовщина. Но ты, как всегда, запомнил только про маму". Он замер, словно пытаясь расшифровать её слова. "Годовщина? Но мы же... в прошлом году отмечали в субботу". Катя разжала пальцы, и чек упал на пол. "Нет, Андрей. В прошлом году ты уехал к ней — у неё болела спина. А в этом году ты даже не вспомнил".
Развитие истории:
Дождь стучал в окно, словно пытался ворваться в квартиру и утащить за собой всю накопившуюся тишину. Катя стояла на кухне, глядя, как запотевает стекло её вина. В гостиной Андрей разговаривал по телефону, и по обрывкам фраз она понимала: снова мама. Галина Ивановна. Женщина, которая жила в трёх остановках от них, но чьё присутствие витало в каждом углу их дома.
— Да, мам, я заеду завтра, — голос Андрея звучал мягко, почти детски. — Не переживай, я проверю краны. И куплю тебе новые таблетки, те, что с зелёной полоской.
Катя выпила вино залпом. Оно обожгло горло, но боль была кстати. Она представила, как Андрей пишет на руке "зелёная полоска", чтобы не забыть. А ведь её сообщение о годовщине вчера он даже не открыл.
— Ты снова к ней завтра? — спросила она, когда он положил трубку.
— У неё протекает кран. Сама не справится.
— А я? — Катя повернулась к нему, опершись спиной о раковину. — У меня сегодня годовщина. Точнее, должна была быть.
Андрей вздохнул, закрыв ноутбук. Этот звук — смесь усталости и раздражения — она ненавидела больше всего.
— Кать, давай не сейчас. Мы можем перенести...
— Перенести?! — она ударила ладонью по столешнице. Тарелка с недоеденным ужином подпрыгнула. — Ты знаешь, сколько раз мы "переносили"? Нашёптывал маме "спокойной ночи" по телефону, а мне говорил, что устал. Выбирал её рецепты пельменей вместо того, чтобы попробовать мои. Даже в день свадьбы ты уезжал к ней, потому что она "случайно" уронила чайник!
Он встал, медленно, будто каждое движение давалось через силу.
— Она одна, Катя. Папы нет, ты знаешь.
— А я?! — её голос сорвался на крик. — Я тоже ОДНА! Даже когда ты здесь!
Их первое свидание. Андрей опоздал на час. Появился с потёртым пакетом из аптеки: "Мамке давление подскочило, пришлось везти глицин". Катя тогда улыбнулась: "Какой ты заботливый". Через год, когда Галина Ивановна "случайно" перепутала дату их отпуска и попала в больницу с приступом, Андрей отменил билеты. "Она же старая, ты поймёшь". Катя понимала. Слишком часто.
Но всё изменилось в день, когда тест показал две полоски. Катя, дрожа, положила его на тумбочку, мечтая, как Андрей обнимет её, закружит... Вместо этого он позвонил маме. "Мам, ты станешь бабушкой!" А через неделю Галина Ивановна принесла в их дом коляску — б/у, с царапинами. "Новую покупать глупо, всё равно испачкает". Катя тогда впервые спросила: "Ты когда-нибудь будешь на МОЕЙ стороне?"
— Хватит! — Андрей внезапно рявкнул, и Катя отшатнулась. Он никогда не повышал голос. — Хватит её винить! Она не виновата, что я...
— Что ты что?! — Катя подошла вплотную, ловя его запах — тот самый, от которого раньше кружилась голова.
— Что я не могу отказать! Потому что если я её потеряю... — он вдруг сжал кулаки, будто пытаясь удержать что-то невидимое.
— А если потеряешь меня?
Тишина. За окном дождь превратился в ливень.
— Ты не понимаешь, — он отвернулся. — Она... она единственное, что у меня осталось от детства.
Катя медленно кивнула. Потом сняла обручальное кольцо и положила его на стол.
— А я — единственное, что у тебя могло быть от нас. Но ты выбрал.
Финал:
Она ушла под утро, пока он спал на диване, обняв подушку. В автобусе Катя случайно услышала, как девушка говорила по телефону: "Да, мам, купила тебе лекарства". Её сердце сжалось. Возможно, Галина Ивановна не монстр. Просто женщина, которая боялась остаться ненужной. А Андрей... мальчик, который так и не стал мужчиной.
Через месяц он пришёл к ней с букетом пионов. "Она умерла, — сказал, не поднимая глаз. — Инсульт. Даже не успел..." Катя обняла его, чувствуя, как его слёзы жгут кожу. В тот вечер они молча сидели на полу её новой квартиры, и она поняла: невидимые нити, которые душили их, теперь навсегда впились в его сердце.
Обращение к читателям:
А у вас есть такие "невидимые нити"? Те, что тянутся из прошлого, обвивают отношения, заставляют выбирать между "надо" и "люблю". Может, вы — тот, кто держит нить, или тот, кто задыхается в её петле? Поделитесь. Возможно, ваша история станет ножницами для кого-то другого... Или зеркалом.