По улицам сверкающего рекламой Манхеттена неспешно идёт пожилой человек в стареньком пальто и давно вышедшей из моды шляпе. В прохожем трудно узнать величайшего скрипача первой половины XX века Фрица Крейслера. Он давно простился с публикой, легко расставшись со славой, счетами в банках, дорогими картинами, ювелирными украшениями, и, по слухам, даже личным самолётом.
Однажды маэстро скажет, что «играть на скрипке или в рулетку — это одно и тоже». Он проигрывал в карты концертные смокинги, закладывал в ломбард скрипки. Но всякий раз находились люди, которые под честное слово одалживали ему инструмент — лишь бы он продолжал восхищать слушателей своим мастерством.
С не меньшим энтузиазмом Крейслер занялся благотворительностью. Давал бесплатные концерты. Стал партнёром организации, собирающей деньги для разорённой после Первой мировой войны Европы. Взял на попечение около полусотни сирот — детей его товарищей, погибших на фронтах.
Как-то раз в Берлине Фриц пригласил на рождественский праздник 60 самых нуждающихся семей. Пришло почти в два раза больше. Не раздумывая, распорядился впустить всех. После Второй мировой гражданин США Крейслер отправлял в родную Вену тонны продовольствия для голодающих. По дороге часть продуктов украли. Но Фриц не унывал, мол, и у воришек тоже есть бедствующие родственники.
Альтруизм достался в наследство от отца. Семейный доктор Самуэль Крейслер никогда не брал денег с бедных пациентов. Он жалел лишь о том, что так и не смог купить сыну-вундеркинду приличный инструмент. Разменявший восьмой десяток лет артист выставил на продажу собранную за полвека коллекцию антикварных скрипок. Получил более миллиона долларов и сделал главную ставку в своей жизни — на благотворительность.