В последнее время я только и делала, что мечтала о море. Каждый вечер, устроившись в своём любимом кресле с чашкой чая, я листала фотографии на телефоне: бирюзовые волны, золотистый песок, яркое южное солнце... От этих картинок становилось теплее даже в нашей промозглой весенней квартире.
— Представляешь, Лен, — говорила я подруге по телефону, расхаживая по кухне, — вот просто сидеть на берегу, слушать шум прибоя... Пятнадцать лет не была на море! С тех пор, как Димка родился.
Олег, мой муж, в такие моменты как-то странно улыбался, продолжая читать свою газету. Иногда я специально делала погромче телевизор, когда там показывали рекламу путёвок. Или говорила будто бы сама себе: "Эх, вот бы кто-нибудь исполнил мою мечту..."
А он всё улыбался. Загадочно так, с намёком. И однажды сказал: "Ты даже не представляешь, как я тебя порадую!"
У меня сердце забилось чаще. Неужели? Неужели он всё-таки понял? Может, копил потихоньку? Олег умеет удивлять, когда захочет. Помню, на двадцатилетие свадьбы целый вечер готовил: свечи, музыка, мой любимый торт...
И вот сегодня он пришёл с работы, держа в руках огромную коробку в подарочной упаковке. Глаза сияют, улыбка до ушей.
— Закрой глаза, — попросил он.
Я зажмурилась, чувствуя, как дрожат руки. Сердце колотилось как сумасшедшее. В голове пронеслось: "Наверное, там красивый чемодан... Или пляжный зонт... Или..."
— Открывай!
Я распахнула глаза и начала торопливо разрывать упаковку. Бумага шуршала под пальцами, а я всё никак не могла добраться до содержимого. И вот наконец...
Стиральная машина.
Новая. Современная. С каким-то особенным режимом отжима.
Я смотрела на коробку, и внутри медленно поднималась волна... Нет, не радости. Чего-то тяжёлого, душного, застревающего в горле.
— Ну как? — Олег просто светился от гордости. — Я же говорил, что порадую! Помнишь, ты жаловалась, что старая плохо отжимает? Теперь всё будет просто отлично!
А я всё смотрела на коробку. На большие буквы "ULTRA WASH 3000". На яркую наклейку "Супер-скидка!". И чувствовала, как к горлу подкатывает ком, а в висках начинает стучать.
Море. Я мечтала о море...
Смотрю на эту коробку, а в голове крутится: "Ну конечно. Конечно! Как я могла ожидать чего-то другого?"
— Ну что молчишь? — Олег переминается с ноги на ногу. — Нравится?
Молчу. В горле ком. Если начну говорить — или расплачусь, или наговорю лишнего.
— Марин?
— Стиральная машина, — говорю тихо. — Ты купил мне стиральную машину.
— А что такого? — он искренне недоумевает. — Ты же сама жаловалась, что старая барахлит. Вон, в прошлый раз пришлось два раза отжимать...
Тут я не выдержала:
— Я о море мечтала! Каждый вечер тебе про море говорила! Фотки показывала! А ты... стиральную машину?
— Погоди-погоди, — он потёр переносицу, — ты что, серьёзно думала, что мы можем себе сейчас море позволить? В такое-то время?
— В какое такое время? — я резко встала. — Пятнадцать лет уже "такое время"! То ремонт, то машина, то Димкины курсы... А я что? Я так, по боку?
Чувствую — несёт меня. Но остановиться уже не могу:
— Помнишь, на прошлый день рождения что подарил? Сковородки! А до этого? Это твоё чудо-термобельё, чтоб его...
— Нормальные подарки! — Олег начал заводиться. — Полезные! А ты как маленькая, честное слово — море ей подавай...
— Полезные? — я скрестила руки на груди. — Знаешь, что полезно? Полезно хоть иногда спрашивать, чего жена хочет! А не решать за неё!
— Да ну тебя, — он махнул рукой и пошёл в прихожую. — Позвони, когда успокоишься.
Накинул куртку и вышел. Даже не хлопнул дверью — прикрыл тихонько, аккуратно. От этой его аккуратности я психанула ещё больше. Пнула коробку — и тут же скривилась от боли в пальцах. Села на диван, потирая ушибленную ногу.
А на коробке эта дурацкая наклейка "Супер-скидка!" прямо в глаза бросается. И ведь знаю, что старался. Выбирал. Деньги потратил. Но как же обидно... Как же невыносимо обидно.
— Представляешь, Серёг? — Олег отхлебнул пиво и поморщился. — Купил ей новую стиралку. Немецкую! С кучей функций. А она психанула. Говорит, море ей подавай.
Сергей — старый друг и сосед — хмыкнул, не отрывая взгляда от телевизора, где крутили вечерний футбол.
— А чего ты хотел? Бабы, они такие...
— Да не в этом дело, — Олег отставил бокал. — Пятнадцать лет, говорит, о море мечтает. А я и не замечал как-то...
— Слушай, — Сергей повернулся к нему. — А помнишь, ты мечтал о спиннинге? Том, японском? А Маринка тебе на день рождения подарила халат и тапочки. Как ты психанул тогда!
— Ну так это... — Олег запнулся. — Погоди. Это другое.
— Да? — Сергей усмехнулся. — Чем другое-то?
Олег молча уставился в телевизор. Там как раз показывали рекламу — какая-то счастливая семья на морском берегу. Загорелые, улыбающиеся...
И вдруг вспомнилось: Марина у окна, листает что-то в телефоне. "Смотри, какая красота! Вода просто бирюзовая..." А он даже не взглянул тогда. Буркнул что-то вроде "ага" и уткнулся в газету.
Или вот ещё: она примеряет новое платье, крутится перед зеркалом. "Может, покрасить волосы? Что-то новое попробовать?" А он: "Зачем? Только деньги тратить."
Или когда она заговорила про курсы рисования... "В твоём возрасте?" — сказал он тогда. А ей-то всего сорок пять было.
— Слушай, Серёг, — Олег потёр лоб. — А ведь я... я правда как-то...
— Что?
— Да вот думаю... Всё "потом" да "потом". Всё какие-то полезные вещи. А она ведь просто... просто хотела чего-то для души, понимаешь?
Сергей хмыкнул:
— Ну наконец-то дошло. И что делать будешь?
Олег достал телефон, открыл браузер.
— Погоди. Тут неподалёку санаторий есть, у моря. Может...
Прошла неделя. Стиральная машина так и стояла в коробке в прихожей — молчаливым напоминанием о нашей ссоре. Я старалась на неё не смотреть. Олег вечерами допоздна пропадал на работе, а может, и не на работе — я не спрашивала. Мы почти не разговаривали, только по делу: "Чай будешь?", "Хлеб кончился", "Димка звонил".
В тот вечер я сидела на кухне, проверяла тетради — конец четверти, работы много. За окном моросил противный весенний дождь. Как же хотелось солнца... Я машинально отхлебнула остывший чай и поморщилась.
В прихожей хлопнула дверь — Олег вернулся. Я слышала, как он разувается, вешает куртку. Потом его шаги затихли где-то в глубине квартиры.
Через пару минут он появился на пороге кухни. Я подняла глаза — он стоял, переминаясь с ноги на ногу, держа в руках какой-то конверт.
— Что это? — спросила я.
— Посмотри, — он положил конверт на стол, поверх моих тетрадей.
Я с подозрением взяла его в руки. Обычный белый конверт, не подписанный, не запечатанный. Внутри — какие-то бумаги...
Я начала читать, и строчки сперва расплывались перед глазами. Путёвки. В санаторий "Лазурный". Две недели. Море...
— Это... — я запнулась. — Олег, это что?
— Я тут подумал, — он сел напротив, всё ещё избегая смотреть мне в глаза. — Может, ты и права. Надо иногда делать то, что хочется, а не только то, что нужно.
Я молчала, перебирая бумаги дрожащими пальцами. Путёвки были на июнь — до отпуска оставалось три месяца.
— Там... это... пляж хороший, — неловко продолжал Олег. — И процедуры всякие. И номер с видом на море. Я специально спрашивал.
Я подняла глаза. Он сидел, нахохлившись, как нашкодивший мальчишка. Такой родной и такой... непутёвый, что ли.
— А стиральная машина? — спросила я.
— А что стиральная машина? — он пожал плечами. — Постоит пока в коробке. Не пропадёт. Море важнее.
И тут я почувствовала, как по щеке покатилась слеза. Одна, вторая... Я размазывала их по лицу и глупо улыбалась.
— Ну вот, опять слёзы, — проворчал Олег. — Я ж вроде как правильно сделал?
— Правильно, — кивнула я. — Очень правильно.
Он встал, подошёл ко мне сзади, неловко обнял за плечи.
— Марин... — начал он.
— М?
— А научиться рисовать всё ещё хочешь?
Я прерывисто вздохнула и накрыла его руку своей.
За окном всё так же моросил дождь, но мне уже чудился шум прибоя и крики чаек. И пусть до июня ещё долго — у меня теперь была моя мечта. В белом конверте. С печатью турагентства.