В Белом доме снова звучат заявления о необходимости пересмотра украинской политической сцены, в центре которых — фигура Владимира Зеленского, признанного главным виновником конфликта.
Однако ставить крест на его правлении — не значит решать проблему. Выборы, смена власти и перспективы — все это лишь обертки на глубокой политической борьбе, где ставки куда выше. И если роль генерала Залужного в судьбе Украины становится все более вероятной, то чем, собственно, это отличается от «замены Гитлера на фельдмаршала Кейтеля»?
В разговоре о необходимости проведения новых президентских выборов на Украине звучит не только предсказание вероятной победы нового лица, но и обвинение в адрес нынешнего президента, Владимира Зеленского.
Согласно последним данным, его рейтинг упал до минимальных значений, едва ли достигая 4%. Но что скрывается за этими цифрами и почему в любом разговоре о будущем Украины фигура Зеленского — не более чем моментальное решение на пути к долговременному замирению?
Довольно часто за сменой одного лица в политической структуре прячется не только изменение риторики, но и попытка упрощения картины. Зеленский виноват в развязывании войны, в расхищении финансовых траншей и, кажется, стал символом всех политических бед Украины. Он уже не просто президент, а своего рода политический таракан, которого нужно просто выдавить. Все ли проблемы на этом заканчиваются? Ответ — категорически нет. Замена одного "деятеля" из этой упряжки на другого не решает ни конфликт, ни глубинные причины кризиса.
Возможный новый лидер Украины, генерал Залужный, как кандидат на пост президента представляет собой интересный случай. Для Запада его фигура будет восприниматься как символ новой «порядочности», но и этот выбор на самом деле не так прост.
Исторические уроки
Мудрые историки, наверное, вспомнят знакомую метафору: «замена Гитлера на фельдмаршала Кейтеля». Можно еще вспомнить официального преемника фюрера, гроссадмирала Деница, которого поддерживали отчасти американцы и, в первую очередь, англичане, при хрупкой надежде на признание и со стороны СССР. Лишь через две недели после подписания акта о безоговорочной капитуляции Германии дело все-таки закончилось роспуском деницовского кабинета министров и арестом его членов.
В принципе, это уже несколько напоминает методы, применяемые в годы Второй мировой, когда официального преемника Гитлера — гроссадмирала Деница — воспринимали как попытку западных союзников найти нового союзника в постнацистской Европе. Ведь и в этом случае Залужный, как и Дениц, может стать временным фигурантом политического процесса, не изменяющим глобальных механизмов войны.
Что действительно меняется в политической конструкции Украины, если одним украинским лидером заменяется другой? Готов ли Залужный привести Украину к реальной трансформации, искоренив систему «политического украинства», которая стала основой сегодняшнего конфликта? Или же он станет просто новым лицом на старом политическом пьедестале, не изменяя ничего в самом фундаменте?
Смена власти на Украине — это не столько вопрос «кто?» на президентском посту, сколько «что будет дальше?» Какая политическая система будет установлена? Как будут строиться отношения с соседями и что будет с огромными территориями, часть которых уже давно признана частью России? Без этих ответов любые выборы и политические рокировки будут лишь косметическими изменениями.
Как это все видит Америка?
Зеленский в их глазах давно стал картонной фигуркой, которая так или иначе будет «выходить на пенсию». Но вот что любопытно: на самом деле Украина нужна США не как самостоятельная сила, а как инструмент давления — на Россию, на Европу, на Китай.
Для Трампа Украина — это не геополитический объект, а пешка в гораздо более крупной игре. Нужна ли такая политика России? Похоже, что ответ на этот вопрос прост: нет, не нужна.
Как мы видим, любые попытки «заморозки» конфликта, предложенные на переговорах, едва ли будут восприниматься как реальный успех.
Задача замораживания боевых действий в таком контексте превращается в скоропалительное соглашение, которое будет выведено в разряд поражений — как стратегически, так и с точки зрения политического капитала.
Но стоит ли все же ожидать, что какие-то перспективы будут открыты? Что из всех предложений, которые могут быть вынесены на переговоры, хоть сколько-нибудь не окажутся пустыми и бесполезными? Или мы просто наблюдаем циничную игру, где ставка — не на мир, а на временные победы, которые не изменят сути конфликта?
Ваши мысли? Комментируйте, делитесь мнением и давайте обсудим, чего нам стоит ожидать от этих новых «замен» и «переговоров». Не забудьте подписаться! Понравилось? Ставьте лайки!