В начале 1925 года в аляскинском городе Ном началась эпидемия дифтерии. Сам город расположен на западной окраине Аляски, а каких-либо дорог к нему не проложено до сих пор. Из-за непогоды доставить лекарство вертолётом было невозможно, а потому единственная надежда была на ездовых собак.
Население города Ном в те годы насчитывало чуть больше 1500 человек (ранее здесь активно велась золотодобыча и народу было побольше). С июля по ноябрь в этот город-порт ходили пароходы из Сиэтла, но в зимний период, когда Берингов пролив замерзал, добраться до Нома можно было или по воздуху, или на собачьих упряжках по горной трассе Айдитород. Связь с другими городами также осуществлялась при помощи телефона и телеграфа.
Идущая через горные хребты дорога к Ному имела длину в 1510 км. Но ней местные жители доставляли еду и почту из порта Сьюард и города Фэрбанкс. Путь по трассе занимал до нескольких недель, через каждые примерно 50 км на ней располагались поселения с мини-отелями и придорожными кафе, а также стоянки, где и собаки, и погонщики могли погреться и спрятаться от непогоды. Официально выезжать на трассу при температуре ниже -40°С и во время бурана запрещалось, но иногда правило нарушалось.
Первого заболевшего с симптомами тонзиллита выявили ещё 24 декабря 1924 года в поселении рядом с Номом. Это был двухлетний мальчик-эскимос, который вскоре умер. После фиксировались десятки других подобных случаев и два смертельных исхода, но диагноз был под вопросом. А вот 20 января доктор Кертис Уэлч поставил диагноз дифтерия трёхлетнему ребёнку. Сомнений не было.
Дифтерия ― заболевание крайне опасное и легко распространяющееся. В тяжёлых случаях оно приводит к параличу и даже смерти. В 1925 году вакцины от неё ещё не было (массовая вакцинация стартовала лишь в 1957 году), а вот сыворотка существовала. В больнице Нома сыворотка тоже была, только срок её годности вышел ещё в 1918 году, да и количество было недостаточным, чтобы ввести всем, кто мог бы заболеть.
Свежую сыворотку заказали ещё летом, но в отдел здравоохранения заявка поступила уже после закрытия порта на зиму. Введение хотя бы просроченной сыворотки не давало никаких результатов, дети умирали один за другим. Лишь в конце января, когда счёт заболевших уже шёл на десятки, власти объявили карантин и предложили доставить сыворотку на собачьих упряжках.
Действовать требовалось оперативно, а потому для доставки сыворотки решили организовать сразу две команды. Одна должна была выйти из города Ненана с лекарством, другая же выдвигалась ей навстречу из Нома, чтобы забрать сыворотку примерно в городе Нулано. Общее расстояние составляло 1085 км.
От Нома до Нулато в путь отправился норвежец Леонард Сеппала и его лучшие в городе шесть сибирских хасок. Дочь заводчика была в группе риска по дифтерии, как и ещё минимум 50 детей. Вожаками собачьей упряжки были 12-летний пёс Того и его сводный брат Фритц.
Из города Ненано отправился каюр (погонщик собак) по имени Уильям Шэннон. Его считали горьким пьяницей, но это был единственный, кто вызвался проехать свыше 500 км при температуре воздуха -35, а при порывах ветра и до -65 градусов. У Шэннона было всего девять собак с пятилетним вожаком Блэки. Добраться он смог лишь до стоянки в Толоване, передав антитоксин следующим каюрам и потеряв двоих собак, которые замёрзли насмерть. До города Нулано сыворотку по очереди передавали в общей сложности восемь каюров, а от Нулано до Нома ― ещё три упряжки. Всего в гонке успело поучаствовать 20 каюров и около 150 собак. Последним участником эстафеты стал норвежец Гуннар Каасен, во главе упряжки которого стоял сибирский хаски Балто.
Тем временем количество заболевших выросло, а сыворотки было всего на 30 человек. Большее количество планировалось доставить позднее, из центральных районов Аляски. Первую партию сыворотки доставили за пять суток, вторую, полностью решившую проблему эпидемии также довезли на собачьих упряжках к 15 февраля.
У аборигенов Аляски совсем не было иммунитета к дифтерии, потому, по разным данным, в Номе и вблизи него могло умереть от болезни 60―100 и более детей. Примечательно, что вторую партию сыворотки должны были хотя бы часть пути перевозить на самолёте, но погодные условия всё ещё не позволяли сделать этого.
Итоги и последствия гонки милосердия
Антитоксин для лечения дифтерии был доставлен вопреки морозу и ветру, достигавшему 32 метров в секунду, всего за пять дней, что стало абсолютным рекордом. Все каюры получили награды от губернатора Аляски.
Из всех погонщиков собак следует отдельно выделить Леонарда Сепалла, прошедшего в ходе эстафеты в общей сложности 417 км туда и обратно, дважды пройдя по льду залива Нортон, где легко было погибнуть. Пёс-вожак его упряжки Того получил за эстафету золотую медаль, а щенки вожака дали начало одной из элитных родословных ездовых хаски. Другой погонщик, Гуннар Каасен, завершал первую эстафету, пройдя 85 км с упряжкой, возглавляемой псом Балто. Позднее Балто даже поставили памятник. Имена этих погонщиков и их лучших собак навсегда вписаны в историю Америки. О них снято несколько документальных и художественных фильмов.
И первый, и второй этапы гонки милосердия широко освещались в СМИ. Такая публичность стала поводом для начала массовой прививочной кампании, что позволило избежать сотен, а то и тысяч детских смертей как в Америке, так и в других странах мира.
Если было интересно, ставь лайк и подписывайся на мой Телеграм, а ниже ещё несколько интересных статей: