Глава 15
Колобок протянул мне конверт с таким видом, будто вручал ключи от рая. Я взяла предмет дрожащими пальцами, ощущая, как сердце начинает биться чаще. Что это? Почему он смотрит на меня так многозначительно? Я медленно, почти не дыша, раскрыла конверт. Внутри лежали мой заграничный паспорт и банковская карточка, а к ней прилагался аккуратно сложенный листочек с ПИН-кодом.
– Какой у меня лимит? – спросила, стараясь сохранить лёгкий тон, но внутри уже бушевал ураган эмоций. Улыбка сама собой растянулась на лице, и я почувствовала, как настроение взмывает вверх, словно ракета, устремляющаяся к звёздам. Нет, это было не просто хорошее настроение – это был восторг, смешанный с лёгким головокружением от осознания того, что моя жизнь только что сделала ещё один резкий и притом довольно приятный (возможно) поворот.
– Господин Поликарпов не давал на этот счёт никаких указаний, поскольку не успел, – ответил Колобок, и его голос звучал так, будто он сообщал мне что-то само собой разумеющееся. – Полагаю, что на счету достаточно средств, чтобы вы могли ни в чем себе не отказывать.
– Вот прямо уж так и ни в чем? – я не могла сдержать лёгкой иронии, но внутри меня уже крутились мысли о том, что могла бы себе позволить. Мечты, которые раньше казались недостижимыми, теперь вдруг могли стать реальностью.
– Смотря какие у вас будут пожелания, конечно. Но, думаю, вам хватит, чтобы купить, скажем… небольшую яхту. При желании, естественно, – добавил адвокат, и его слова прозвучали так, будто он предлагал мне купить не яхту, а, скажем, новую сумочку.
– Скажите, а откуда у вас мой загранпаспорт? Притом, вижу, совершенно новый. Старый, я так понимаю, потерялся во время происшествия? – спросила, стараясь сохранить спокойствие, но внутри стала закрадываться тревога.
– Не совсем так. Его обнаружили на месте крушения, однако он был в таком ужасном состоянии, что я попросил местное консульство его заменить. Так что теперь вы, мадам Поликарпова, можете не беспокоиться: ваше пребывание на швейцарской земле абсолютно законно, – сообщил Колобок, и его тон был настолько спокоен, что это начало меня настораживать. С чего он так себя ведёт? Его главный босс в больнице!
– Так, с этим понятно. А что насчёт расследования? Есть уже какие-то предварительные результаты? Или снова скажут, что «человеческий фактор» виноват? – я не могла сдержать нетерпения. Мне нужно было знать, что произошло.
– Возможно, мадам, – пожал узкими плечиками адвокат. – Я не силен в таких вопросах, ими занимаются компетентные органы.
– Да, но вам самому разве не интересно, из-за чего едва не погиб ваш начальник? – удивилась я, чувствуя, как внутри меня начинает расти раздражение. Почему он так равнодушен?
– Полагаю, что это гораздо интереснее самому Артёму Валентиновичу. И он получит необходимую информацию сразу после того, как придёт в сознание, – прозвучало в ответ, и его слова показались мне слишком уж гладкими, словно он их заранее отрепетировал.
– Хорошо, поняла. И что мне дальше делать?
– Ждать и надеяться, что ваш супруг вскоре сможет к нам присоединиться, – сказал адвокат с улыбкой, которая показалась мне почему-то совершенно неискренней. Словно ему было то ли безразлично, когда излечится Поликарпов, то ли он даже и не хотел этого. Очень странная реакция. Не понравилась она мне.
После этого адвокат оставил мне свою визитку и откланялся, сказав, что я могу обращаться к нему в любое время суток, он постоянно на связи, всегда готов проконсультировать и бла-бла-бла. Когда Колобок укатился, я закрыла дверь, вышла на балкон и, глядя на простор Женевского озера, крепко задумалась.
Удивительный поворот судьбы. Поликарпов летел на международный экономический форум, но угодил в авиакатастрофу. Его адвокат, который должен быть кровно заинтересован в том, чтобы получить максимально объективные результаты расследования и доложить их шефу, делает вид, что его это особенно и не касается. Да и ведёт себя так, будто ему неинтересно, сможет Поликарпов когда-нибудь поправиться или нет. На меня, опять же, будто рукой махнул. Но ведь если я официально жена миллиардера, значит, имею право узнавать, как идёт расследование?
Журналистское моё чутьё, проснувшись, стало теребить сознание крошечными коготками. Так делают кошки, когда пытаются обратить на себя внимание хозяина. Если этого не сделать, может запросто последовать обиженный «кусь». Значит, надо действовать. Что-то здесь не так. Сколько в мире ежегодно происходит авиакатастроф? Достаточно число, чтобы вообще бояться летать на самолётах. А сколько из этого числа происшествий занимают те, в которых пострадали миллиардеры? Пожалуй, даже бывает, что ни одного за целый год. А тут вдруг бац! И случилось. С жертвами.
А вдруг это было неудавшееся покушение?!
Меня словно горячим жаром обдало, как будто рядом открыли духовку, в которой пекут огромный пирог. Только вместо аппетитного аромата – лишь невыносимая температура, от которой даже лоб покрылся мелкими капельками пота. Я почувствовала, как волна тревоги накатила, сжимая горло и заставляя сердце биться чаще. Если это действительно было покушение, то где же охрана Поликарпова? Служба безопасности? Телохранители? Я не припомню, чтобы рядом с ним кто-то подобный находился. Разве это нормально для человека с таким состоянием? Или он, как наивный романтик, полагается на волю Божью? Хотя, если честно, я никогда не замечала в нем особой религиозности. Даже высшие иерархи церкви, которые, казалось бы, должны полностью доверять Богу, разъезжают в бронированных лимузинах. Видимо, надеяться – это одно, а вот быть осторожным – совсем другое.
Но мысль о покушении, словно семя, упала в благодатную почву моего пытливого ума и начала прорастать, пуская корни во все уголки моего сознания. Я решила, что не буду сидеть сложа руки. Если официальные лица не спешат делиться информацией, значит, сама проведу расследование. У меня теперь есть статус, деньги и, главное, время. Но с чего начать? Ах, да! Гардероб. Не могу же я в больничной одежде вести свои дела. Да у меня даже телефона нет, не говоря уже о часах. А ведь я в Швейцарии – стране, которая славится своими хронографами! Значит, первым делом – шопинг!
От одной мысли об этом я чуть не взвизгнула от восторга. Подпрыгнув, как маленькая девочка, я хлопнула в ладоши и бросилась собираться. Быстро накинула на себя то, что было под рукой, схватила банковскую карточку (ПИН-код, конечно же, запомнила) и выбежала из номера. Внизу попросила портье вызвать такси. Он вежливо кивнул, и уже через пару минут я сидела в машине, пытаясь объяснить водителю на ломаном английском, что мне нужен крупный магазин. К счастью, он меня понял, несмотря на моё корявое произношение, и через десять минут я оказалась на Rue du Lac – главной улице города, которая тянулась вдоль залива. Здесь и начался мой шопинг, который обещал быть незабываемым.
Однако, к своему удивлению, я оказалась девушкой весьма скромной. Особенно после того, как через банкомат проверила остаток на счету. Когда я увидела цифру, у меня перехватило дыхание. Нервно сглотнула, пытаясь осознать, что передо мной лежат 10 миллионов евро. Десять миллионов! Надеюсь, мне не придётся отчитываться перед Поликарповым за каждую потраченную копейку, когда он придёт в себя. Хотя, честно говоря, я уже мысленно готовилась к тому, что сейчас «пущусь во все тяжкие». Но сначала нужно было убедиться, что это не ошибка. Вдруг адвокат перепутал карточки, и эта принадлежит самому Поликарпову?
Я подошла к одному из торговых отделов и, стараясь сохранять спокойствие, попросила у продавщицы телефон. Объяснила, что мой разрядился, и мне нужно срочно позвонить. Девушка за прилавком с улыбкой достала старый проводной аппарат, и я, дрожащими пальцами, набрала номер адвоката. Колобок ответил почти сразу. Его голос звучал спокойно, даже с лёгкой усмешкой, когда я спросила, не ошибся ли он с карточкой.
– Никакой ошибки, мадам Поликарпова, – рассмеялся он. – Счёт в вашем полном распоряжении. Наслаждайтесь жизнью.
Эти слова словно сняли с меня последние оковы сомнений. Я почувствовала, как внутри что-то щёлкнуло, и уже готова броситься в водоворот покупок. Но сначала перевела сумму в рубли, чтобы окончательно осознать, сколько это. Когда на экране телефона появилась цифра, у меня чуть не подкосились ноги. Мамочки! Это же целое состояние!
Страх и восторг смешались во мне в странный коктейль эмоций. Я стояла посреди магазина и чувствовала, как мир вокруг меня меняется. Теперь могу позволить себе многое. Но вместе с этой свободой пришло и осознание ответственности. Ведь за этими деньгами стояла не только роскошь, но и тень возможного покушения, которое могло изменить всё.
Я глубоко вздохнула, стараясь успокоить дрожь в руках. Нет, не могу просто тратить деньги, как безумная. Мне нужно быть осторожной. Но сначала – шопинг. Потому что, как бы там ни было, заслужила немного радости. А потом… потом начну своё расследование.
О, да, детка! Тут уж я пустилась тратить свои миллионы. То есть не совсем свои, и уж тем более я девушка, повторюсь, скромная. Но когда во второй половине дня возвращалась в гостиницу, портье пришлось дважды спускаться за пакетами в такси. Ну а что? Если я жена Поликарпова, то должна и выглядеть соответственно, так? Потому мой гардероб после шопинга пополнится вещами симпатичными и удобными. Вечерних нарядов и эксклюзивных аксессуаров я покупать, конечно, не стала. Мне всё равно пока не светит посещать светские рауты. Так что одежда приобреталась комфортная и в деловом стиле. Разве что часики. Мне приглянулись Open Heart Lady Auto от Jazzmaster. Я решила, что хотя бы одна вещица должна демонстрировать моим будущим собеседникам статус жены миллиардера. Ну, а если Поликарпов потом будет против, верну их. Не без сожаления, но куда деваться. Брак-то у нас по документам оказался настоящий, а договаривались-то на фиктивный.
Все-таки интересно: как так получилось? У Поликарпова столько юристов, адвокат вон собственный имеется, а совершили такую оплошность – сделали меня настоящей женой. Или в этом тоже был определённый замысел? Но какой? И зачем я понадобилась в качестве законной супруги с полными правами? Хорошо, правда, эти права бы узнать, а то денег дали, сказали гулять, но ведь это же бессмысленно.
Вернувшись в номер и развесив одежду, я пообедала в ресторане отеля, затем позвонила в клинику, где меня соединили с хирургом Жульеном Парли. Тот вежливо сообщил, что изменений в состоянии мсье Поликарпова не произошло и посоветовал мне запастись терпением. Мол, кома может длиться очень долго, явление это малоизученное, и никто не знает, что в это время происходит в мозгу пациента, то есть идёт ли он на поправку или… «Но мы надеемся на лучшее», – сказал доктор. Пожелал мне удачи и отключился, сославшись на большую занятость.
Так-так. «Я на месте не сижу, сейчас пойду и попляшу», – сказала я себе словами какого-то мультяшного персонажа и позвонила следователю департамента уголовного розыска кантона Во (так значилось на визитке) Себастьену Горо. Попросила встретиться и поговорить. Тот согласился, и уже через полчаса я прибыла в здание муниципальной полиции. Ещё пока сама не знала, какая информация мне нужна, но решила для начала поделиться своими соображениями по поводу адвоката. Что-то не нравится мне его радостное настроение.