Предыдущая глава тут
Они долго идут по тротуару, держась за руки. Она рассказывает смешным тонким голоском серьёзные неженские вещи про исследования, про формулы, про великих физиков и их достижения. А он просто слушает и не перебивает. Лишь ловит себя на мысли, что ему нравится то, что сейчас происходит. Может, потому, что не похоже, на все его привычное окружение. Веет вес-то из прошлой жизни, когда он был таким же молодым и наивным, мечтал изменить мир к лучшему и строить коммунизм. Вместо этого рушит чужие жизни, продает остатки социализма по частям. Завод не в счет. Это его отдушина, его возможность сделать шаг вперед. Главное - дожить.
-Вам интересно? - неожиданно смущенно уточняет Варя, - а то я разболталась слишком.
-Очень. Мы же на «ты» перешли вроде. Продолжай. Мне нравится, когда у человека есть мечта и это не тупо бабки и красивые тачки.
-Что?
-Ничего, - он усмехается, замечает впереди кафе , - зайдём?
-Нет! - девушка испуганно дергает руку. Он не выпускает, - я не хочу! Бабушка меня предупреждала про такие вещи. Сначала в кафе, а потом через черный вход в машину. И вообще, мне домой пора.
-Бабушка плохого не посоветует. Внутрь никак нельзя? - в голове появляется мысль.
Варя качает головой.
-Тогда подожди здесь пять сек, - он с сожалением выпускает ее руку и заходит внутрь. Бросает несколько слов официантке, сверху дополняет зеленой купюрой. Та кивает и бежит исполнять поручение.
Через минуту на улице появляется стол и диванчик. Он кивает в тенистый угол возле входа:
-Сюда ставь. Красава! И поесть организуй, и кофе. И… хотя нет, кофе.
Варвара растерянно хлопает глазами, наблюдая за суетой работников кафе.
-Мы на улице будем сидеть что ли? - наконец доходит до девушки.
-Умница! Нравится?
-Странно, - она с недоверием коситься на накрытый стол посреди улицы, - а ты можешь слово дать, что не сделаешь мне ничего плохого? Бандиты же держат свое слово?
-Могу. Пальцем не трону, если сама не попросишь, - улыбается он. Смешная.
-Без оговорок.
-Садись уже. Меня точно бояться не надо. Ты вообще меня не за того принимаешь. Я всего навсего директор завода, - смеётся.
-Нашего? - удивлённо открываются голубые глаза.
-Типа того. Не похож?
-Нет, - честно отвечает Варя, - совсем нет.
-А на кого похож?
-На хозяина.
Он довольно хмыкает.
-Большая разница между директором и хозяином?
-Очень. Первый делает и несет ответственность за то, что решит второй. Система связанных элементов.
Девушка двигает к себе чашку, кладет на нее руки, греет ладони. По тонкой коже на шее бегут мурашки. Видно как пульсирует синяя жилка. Он снимает куртку и накидывает ей на плечи.
-Спасибо, прохладно еще, - смущается она, кутаясь в толстую кожу. Втягивает носом воздух, смешно морща его , - вкусно пахнет. Ты опасный.
-Ты слишком умная, - он двигает ей тарелку, - я уже пробовал, есть можно.
Они так долго сидят в кафе, что не сразу замечают, как на город опускаются сумерки. Ярко вспыхивает неоновая вывеска, от которой рябит в глазах и хочется зажмуриться.
-С тобой интересно, - замечает Варя, оглядываясь, - только бабушка там уже с ума, наверное, сходит. Я не предупредила.
-Позвони, - он протягивает трубку.
-У нас нет телефона. Дорого. Да и звонить некому. А скорую нам соседка вызывает. Мне пора, спасибо за компанию и ужин.
-Обращайся, - он делает знак официантке за стеклом и та через секунду уже стоит возле столика. Небрежно кладет на стол зеленую бумажку. Варя снимает куртку:
-Вот, возьми.
-Ты одна собралась ночью ходить? От меня шарахаешься, а шпана местная побоку? Все, идем. Берет ее за руку. В этом жесте что-то забытое из молодости. Что-то теплое и нежное. Доверие. Робкое, неуверенное, только зарождающееся. У него так давно не было. Он просто брал, что хотел. Не спрашивая особо. Да никто и не отказывал.
Увидел бы кто, как он с девчонкой за ручку гуляет, пацаны ржать будут неделю.
Варя сворачивает в переулок, подходит к двухэтажному дому из старой застройки. Покосившаяся подъездная дверь, щербатые ступеньки. От всего веет старостью и бедностью. При звуке шагов голуби испуганно взлетают с карниза и несутся врассыпную.
-Я пришла, - она наконец поднимает голову и смотрит ему прямо в глаза, - какой цвет необычный. Не карий, не зеленый. Как у кота. Откуда у тебя шрам на щеке?
-Тебе не понравится эта история.
-Ты мне сначала тоже не понравился, - она убирает волосы за ухо, открывая лицо. Черные волосы, белоснежная кожа, пухлые губы. Она как картинка из черно-белого фильма. Слишком хороша, чтобы быть настоящей. В чем то должен быть подвох. Еще влюбиться не хватало.
В заднем кармане издает громкую трель сотовый. Он даже рад. На экране знакомые цифры. Кристина. Обещал же заехать вечером обсудить предложение Седого. И с рыжей разобраться. Раз пацаны не звонят, значит жива еще.
-Заеду завтра, - бросает он, быстро удаляясь в сторону проспекта.
Варя молча машет ему вслед. Когда он исчезает из вида между зеленых веток деревьев, вспоминает про куртку. Проводит по гладкой коже пальцами, снова вдыхает аромат кожи с примесью одеколона. Она ведь зарекалась от таких держаться подальше. Особенно с того раза. Могло и не обойтись ведь. Хорошо, что сосед вышел с собакой гулять. Непроизвольно вздрагивает от страшных воспоминаний, машинально опускает руку в карман. Там деньги. Целая пачка. Им бы с бабушкой на год хватило. И на лекарства, и на врачей.
Засовывает находку обратно. Она выучится и заработает. Головой заработает. Свои. И не перед кем унижаться не будет. Только бы бабушка дождалась.
Он летит мимо дома на всех порах. Хотя можно ли назвать это место домом, если каждый день он жалеет, что согласился? Но чего-то не хватает, чтоб вернуться к себе в квартиру. Почему он решил, что они смогут? Они оба не годятся для семейной жизни. На секунду появляется мысль свернуть во двор, но тут же отметает ее. Быстро не получится, а ему нужно увидеться с Крис. С Седым шутить не стоит, может дорого выйти. И к пацанам заскочить будет не лишним. Он слишком много времени сегодня потерял. Хотя… как считать. Он еще не так стар, чтоб считать день, проведенный с хорошенькой девушкой, напрасно потраченным.
На светофоре на глаза попадается знакомая фигура. Батя! Куда это он опять собрался? Или ждёт, когда его начнут привязывать к батарее?
Сильно нажимает на сигнал. Мужчина подскакивает и начинает нервно озираться по сторонам. Потом втягивает голову в плечи и припускается бегом в сторону девятиэтажек.
Не долго думая, он выворачивает массивное колесо. БМВ запрыгивает на тротуар, распугивая прохожих. Бабки с авоськами бросаются в рассыпную, источая ругательства. Становится смешно. Батя бежит как кролик, перескакивая с одной стороны дороги на другую. Мог бы уже два раза свернуть в переулок, но, видимо, мозгов не хватает.
Мамаша с коляской едва успевает нырнуть между кустами. Он чертыхается. Надо заканчивать.
-Мишаня! Тормози! Ты попался! - орет в открытое окно, - стоять, я сказал!
Мужичок замирает на месте.
Выходит из машины:
-И куда ты бежал?
-Никуда. Так. Машина незнакомая. Хрен знает, - оправдывается бедолага.
-Я ж тебе запретил выходить. Ты глухой или тупой ? Проблема не решена. Хочешь, чтоб я тебя пацанам своим отдал? У них базар короткий. И им пох.ер, кто кому родня.
-Так я это… по делу.. Милки нет целый день, жратвы тоже нет. А у меня желудок больной. Так я и решил…
-Что значит «нет целый день»? - резко перебивает он, - сказала, куда пошла?
-Так проснулся уже не было никого. Нет бы щей сварила, прибралась. Только бы шляться! - недовольно бубнит батя, потом спохватывается, с кем разговаривает, - я в том смысле, что за конспектами пошла, наверное. Учеба там.. все дела.
Он вытаскивает телефон. Набирает номер. Гудки идут, но никто не отвечает.
-Так телефон то .. эта.. дома лежит, - встречает мужчина, - там на диване. Я когда уходил, видел. Угости сигареткой, будь другом.
Он молча бросает пачку, которую Михаил ловит на лету.
-У вас вся семья, я вижу, ид.идиоты? - рычит он, старясь держать себя в руках. Что за женщина! Сказал же русским языком, сидеть дома, дальше магазина не ходить. Московских гостей ждут со дня на день. Походу не терпится в сводки ментовской хроники попасть.
Внутри закипает раздражение. Оно вытесняет неприятное ощущение и мысли о близкой опасности. Лезет во все подряд, а он ее все время должен вытаскивать, да еще истерики слушать. Лучше бы правда борщ варила. У него бы было на одну проблему меньше. А их реально до хе.ра.
-Куда она могла пойти?
-Я то почем знаю. Мне никто ничего не говорит. Жрать захочет - вернется, - отмахивается отец, - ты мне не займешь немного? На питание. А могу и бутылочку купить. Посидим, как раньше.