Гульнуш склонилась над лежащей в постели Назенин и, радушно улыбаясь, ласково проворковала
- Как я вижу, ты проснулась. В таком случае тебе необходимо подняться и идти со мной.
Пораженная Назенин с изумлением смотрела в на улыбающуюся Гульнуш
- Что происходит, Гульнуш-хатун?, - с большим усилием спросила служанка. - Я должна была умереть, но до сих пор жива.
Присев на краешек постели, Гульнуш многозначительным взглядом посмотрела в глаза Назенин
- Ты моя самая верная служанка. Ближе тебя у меня никого нет. Убить тебя - для меня это всё равно что отрезать себе обе руки.
В глазах Назенин блеснули слезы
- Благодарю вас, Гульнуш-хатун. Ваши слова для меня словно сладкий мед, - произнесла служанка, дрогнувшим голосом.
Гульнуш встала с постели и, посмотрев сверху на Назенин, тихо сказала ей
- Мирай упала с лестницы и сломала шею. Мне необходимо пойти к валиде, дабы хоть немного утешить её. Я буду ждать тебя и очень надеюсь, что уже сегодня ты будешь возле меня.
Назенин приподнялась на локтях
- Но как Мирай могла упасть? Я не верю, чтобы она могла оступиться. Вероятно её кто-то столкнул с лестницы. Да упокоит её душу всевышний.
- Аминь, Назенин, - вздохнула Гульнуш. - Мне пора. Помни о том, что я жду тебя.
Гульнуш ушла.
Сев в постели, Назенин лихорадочно перебирала мысли в своей голове
- О, Аллах, кажется я знаю, кто погубил несчастную Мирай. Но сказать об этом вслух не предоставляется возможным. Если валиде узнает о тайных намерениях Гульнуш избавиться от Мирай, нас обоих сошлют во дворец плача. Нет, этого допустить никак нельзя. Нужно сделать все, чтобы Гульнуш не попала под подозрение.
- Куда это ты собралась, Назенин?, - с удивлением спросила пожилая лекарша вошедшая в лазарет.
Назенин, покачиваясь, стояла возле постели
- Я нужна Гульнуш-хатун и мне необходимо прямо сейчас пойти к ней, - слабым голосом ответила девушка.
- Ты лишена сил, Назенин, и скорее всего упадёшь не дойдя до покоев Гульнуш-хатун. Ложись обратно в постель и дождись, когда тебе станет получше.
- Нет, хатун. Я пойду, - произнесла девушка, направившись к двери.
Первое, что увидела Назенин, когда оставила лазарет, это мрачные лица евнухов, проходящих мимо
- Что произошло?, - спросила Назенин у Сулеймана-аги. - Ваши лица полны скорби.
- Всевышнему было угодно забрать к себе Мирай-хатун. Настало время молитв, Назенин.
- Да пребудет её душа в раю, - с горечью вздохнула Назенин.
- Аминь, - произнёс Сулейман-ага, продолжив свой путь.
Идя по гарему, Назенин впервые за все свое время жизни в Топкапы не услышала смеха и гула голосов.
Звенящая тишина и ничего более, от чего у Назенин возникло сильное желание закричать.
Совершив над собой неимоверное усилие, Назенин прошла дальше и остановилась возле лестницы, ведущей на этаж фавориток
- О, всевышний, - сквозь слезы прошептала девушка. - Как мне теперь быть? Я стану вспоминать Мирай каждый раз, как буду видеть эту лестницу.
На верху лестницы возникла одна из служанок валиде
- Я как раз шла за тобой, Назенин. Валиде ждёт тебя, - произнесла девушка.
- Зачем я валиде понадобилась?, - настороженно спросила Назенин.
- Тебе лучше узнать об этом у самой валиде, поскольку мне ничего не известно, - ответила девушка, развернувшись обратно.
В голове Назенин промелькнули подозрения
- Неужели Гульнуш-хатун созналась во всем? О, Аллах, защити и укажи мне путь, - беззвучно попросила девушка, ступив на первую ступень лестницы.
Войдя в покои валиде Турхан, Назенин заметила Гульнуш.
- Подойди поближе, - раздался голос валиде.
Приблизившись к валиде, Назенин встала возле Гульнуш.
- Что ты можешь мне сказать о смерти Мирай?, - спросила валиде. - Может ты знала того, кто желал её погубить?
Набрав в себя побольше воздуха и, не поднимая глаз, Назенин как можно увереннее, произнесла в ответ
- Мирай все любили, валиде, и я никогда не слышала, чтобы хоть кто-то желал её погибели.
Голос валиде стал твердым и требовательным
- Ты бела, словно снег, Назенин. Что произошло с тобой? Главная лекарша доложила мне, что ты в лазарете и речь возможно идёт об отравлении.
- У меня сильно разболелась голова и я приняла снадобье больше, чем того требовалось. От этого я лишилась чувств и очнулась уже в лазарете, - ответила Назенин.
- Оставьте меня, - устало приказала валиде.
Покинув покои валиде, Назенин медленно последовала за Гульнуш.
Нестерпимо кружилась и болела голова.
Оказавшись в покоях Гульнуш, Назенин мечтала поскорее лечь, но была вынуждена выслушать свою хозяйку.
Видя, что Назенин с большим усилием держится на ногах, Гульнуш указала рукой на диванчик
- Присядь, Назенин, я хочу поговорить с тобой.
Присев, Назенин подняла глаза на Гульнуш, которая начала нервно расхаживать напротив.
- Валиде подозревает, что Мирай кто-то столкнул с лестницы. Она намерена найти того, кто сделал это и предать его суду, - раздраженно произнесла Гульнуш.
- Почему вы переживаете, Гульнуш-хатун? Кто бы это не сотворил, вашей вины в этом нет, - произнесла Назенин. - К тому же, насколько я понимаю, речь идёт о случайном падении.
- Валиде не верит в случайность. Она говорит об обратном и требует найти убийцу Мирай, - ответила Гульнуш, продолжая выхаживать вдоль диванчика.
- Вы взволнованны, Гульнуш-хатун, но почему? Ведь это же не вы столкнули Мирай с лестницы, - произнесла Назенин, затаив дыхание.
Гульнуш остановилась и резко повернулась к Назенин
- Что ты говоришь такое, Назенин?! Разве я могла причинить боль валиде? Она любила Мирай, будто она её сестра!, - яростно выдохнула девушка.
- Я не хотела вас огорчать, Гульнуш-хатун, простите мне мою дерзость, - виновато произнесла Назенин.
Гульнуш вздохнула и направилась к дверям
- Набирайся сил, а я навещу повелителя.
Назенин с облегчением выдохнула и, поднявшись с диванчика, отравилась к своей постели
- О, Аллах, - прошептала девушка. - Благодарю тебя…
Турхан вошла в каморку Мустафы-ходжи.
Целитель вскочил из-за стола, уставленного всевозможными сосудами, и низко склонил голову
- Валиде.., - протяжно произнёс Мустафа. - Я несказанно рад увидеть вас здесь.
Плавно подойдя к столу, Турхан окинула взглядом крохотные сосуды.
Повернувшись к целителю, валиде вкрадчивым голосом спросила у него
- Скажи мне, Мустафа. Почему от одного из твоих снадобий, рабыня, принявшая его лишилась чувств? Главная лекарша сказала мне, что девушка едва не погибла.
Мустафа внутренне сжался от страха
- Видимо та рабыня выпила весь сосуд, - пролепетал целитель, бледнея от мысли, что его теперь ждёт неминуемая смерть. – Другого ответа я не нахожу.
- Девушка сказала мне, что выпила чуть больше. Речи о том, что она выпила весь сосуд не шло, - холодно произнесла валиде.
Представляя себе, как меч коснулся его шеи, Мустафа судорожно сглотнул и лихорадочно заговорил
- Нет, валиде! Это какая-то ошибка! Видимо девушка приняла не моё снадобье!
- Лекарша мне сказала, что все снадобья изготовлены исключительно тобой, Мустафа. Я требую от тебя объяснений, - сурово заявила Турхан.
- Я не знаю, что сказать вам, валиде, - со слезами в голосе ответил Мустафа. - Позвольте мне перед смертью повидаться с моей матушкой.
Турхан удивлённо посмотрела на целителя
- Ты неизлечимо болен?
- Нет, валиде.
- В таком случае о какой смерти ты говоришь, Мустафа?
Громко всхлипывая и утирая слезы рукой, Мустафа произнёс
- Разве вы не отдадите приказ о моей казни, валиде? Я виноват и должен ответить за свою ошибку.
Направившись к двери, валиде Турхан на ходу поставила точку в беседе с Мустафой
- Рабыня жива, а тебе на будущее приказываю быть более предусмотрительным. Снадобья должны исцелять, а не наносить вред.
Двери за валиде закрылись.
Мустафа выдохнул
- О, Аллах, ты добр ко мне. Сегодня благодаря тебе я избежал смерти…
Бехрам потерял счёт времени, находясь в связанном состоянии в неизвестном месте и когда с его глаз сняли повязку, он готов был растерзать похитителя, но он увидел склонившуюся над ним Салиху Султан
- О, Аллах, благодарю тебя! Вы пришли освободить меня, госпожа? Кто-то накинул мне мешок на голову, когда я направлялся к вам и запер в этой сырой темнице!
- Ты здесь не случайно, Бехрам-ага. Тархунджу Ахмеду-паше стало известно о твоей связи с Гюрджю Мехмедом-пашой и кажется мне, что это ты обо всем рассказал великому визирю!, - угрожающе произнесла султанша.
- Госпожа, я не верю своим ушам! Неужели вы сочли меня предателем?!, - возмущенно возразил мужчина. - Тархунджу Ахмед-паша мой враг и я не стану служить ему, даже если он пригрозит мне смертью!
- Скажу тебе одно, Бехрам-ага, если Тархунджу Ахмеду-паше станет известно о намерении Гюрджю Мехмеда-паши свергнуть с трона Султана Мехмеда, ты станешь первым, кто лишиться своей головы, - заявила султанша, повернувшись к дверям.
- Я смогу обернуть все против Тархунджу Ахмеда-паши и сделать так, что он лишиться не только своего поста, но и головы, госпожа. Обещаю вам, но для этого вы должна поверить мне и выпустить из темницы, - произнёс Бехрам вслед султанше.
Салиха обернулась и, усмехнувшись, ответила
- Я обещаю подумать над этим, Бехрам-ага…
Турхан вышла в дворцовый сад и, присев в тени шатра, повернулась к Сулейману-аге
- Мне необходимо увидеть Тархунджу Ахмеда-пашу. Пусть придёт немедленно.
- Как пожелаете, валиде, - почтительно произнёс евнух, низко склонив голову перед матерью падишаха…
Великий визирь окинул Сулеймана-агу подозрительным взглядом
- Что угодно нашей валиде и почему она требует явится незамедлительно?, - спросил Ахмед-паша, продолжая важно восседать за столом, заваленном многочисленными свитками.
- Прошу вас, Ахмед-паша, поторопитесь, - вместо ответа произнёс Сулейман-ага.
Поднявшись из-за стола, великий визирь схватил евнуха за шею и, притянув к себе, яростно произнёс
- Ты жалкий пес! Как смеешь ты приказывать мне?!
Сулейман-ага улыбнулся
- Сегодня вы великий визирь, Ахмед-паша, а завтра ваша голова может слететь с плеч. Скольких таких помнят стены этого дворца. Не хватит пальцев на обоих руках, чтобы счесть.
Ахмед-паша оттолкнул от себя Сулеймана-агу и, прижав его к стене, сквозь зубы процедил
- Будь ты мужчиной, я бы вызвал тебя на бой. Но увы, ты безликое существо, Сулейман-ага, и мне искренне жаль тебя.
- Если в руке человека меч это ещё не говорит о том, что перед тобой стоит мужчина. Я слышал о женщинах, которые могут уничтожить силой слова, - саркастически произнёс Сулейман-ага.
Свирепо посмотрев в глаза евнуха, великий визирь прошёл к дверям
- Иди за мной, ага.
Турхан вскинула голову, увидев перед собой великого визиря
- Я и мой лев покидаем столицу. Тебе предстоит управлять нашим могучим государством без моего участия. Уверена, что ты справишься с этим и мне не придётся в дальнейшем пожалеть об этом, - произнесла валиде…