Профессор Амаел сидел в своем кабинете, окружённый старыми книгами и свитками. Стены были украшены картинами древних магов, а свет, пробивающийся сквозь высокие окна, играл на полированных деревянных столах, создавая причудливые тени. Запах старой бумаги, смешанный с ароматами трав и специй, наполнял воздух. На столе профессора стояли стеклянные колбы с разноцветными жидкостями, а рядом — свитки с записями о древних заклинаниях. Атмосфера была насыщена магией и знаниями, которые ждали своего часа.
Эльдриан вошёл в кабинет профессора, его высокий рост выделялся на фоне низкого потолка. За месяц учебы его светлые прямые волосы отросли на столько, что приходилось собирать их в аккуратный хвост. Глаза его сверкали любопытством, а на лице читалось волнение — он, наконец, приглашен в кабинет профессора!
— Эльдриан, рад тебя видеть, — произнёс профессор Амаел, его голос звучал мягко, но с ноткой авторитета. — Я наблюдал за тобой с момента твоего прибытия. Как я и предполагал, в тебе есть нечто особенное, что нельзя игнорировать.
Эльдриан почувствовал прилив гордости от этих слов, но одновременно ощутил и тяжесть ответственности. Он с трудом сдержал улыбку, стараясь выглядеть собранным. Профессор продолжил:
— К сожалению, у меня есть дело, которое требует твоей помощи. Кажется, равновесие между тёмным и светлым мирами было нарушено. Я получил тревожные сообщения от жителей нашего мира.
С этими словами профессор открыл один из своих свитков, его пальцы скользнули по древним символам.
— По пути сюда вы с сестрой встретили льва, раненого тёмной стрелой? Это не просто случайность. Это знак того, что границы миров начинают сдвигаться. Мы должны понять масштаб этой угрозы.
Эльдриан кивнул, вспоминая тот момент — величественное существо, истекающее кровью, его глаза полны боли и страха и нежный голос Аэлианны, исцеляющий зверя.
— Я хочу, чтобы ты собрал все свидетельства от жителей нашего мира. Каждый случай может оказаться важным для понимания того, насколько критична ситуация. Мы должны действовать быстро.
Эльдриан почувствовал, как внутри него разгорается решимость. Он понимал, что это задание не только проверит его способности, но и даст шанс внести свой вклад в защиту мира, который он только начал познавать.
— Я сделаю всё возможное, профессор, — ответил он с уверенностью в голосе. — Я не подведу вас.
Профессор Амаел улыбнулся одобрительно и кивнул:
— Я верю в тебя, Эльдриан. И помни: даже в самые тёмные времена свет всегда найдёт путь к победе.
С этими словами профессор указал ему на дверь в небольшую боковую комнату, примыкающую к кабинету. Там стоял длинный стол, заваленный донесениями от жителей: исписанные пергаменты, отчёты стражников, записи торговцев и охотников. На стене висела большая карта королевства с уже отмеченными местами странных событий.
Эльдриан сел за стол и развернул первое донесение. В нём говорилось о большом поле целебных трав неподалёку от деревни Лорвен, которое внезапно завяло за одну ночь. Крестьяне утверждали, что почва стала сухой и бесплодной, а растения словно вытянула какая-то тёмная сила. Он взял угольный карандаш и поставил отметку на карте. Затем открыл следующий свиток — рассказ о том, как ночью в деревне видели тёмные тени, скользящие между домами, но при приближении они растворялись в воздухе.
Каждое новое свидетельство складывалось в единую картину. Он отмечал места происшествий, соединяя их линиями, надеясь выявить закономерность. Время шло, свечи медленно догорали, но Эльдриан не мог остановиться. Он чувствовал, что каждая новая запись приближает его к разгадке.
Он провёл рукой по лицу, стирая напряжение, но веки становились тяжёлыми, а спина затекла от долгого сидения. Каждый раз, когда он пытался расслабить плечи, напряжение только усиливалось. Время работало против него. Он заставил себя сосредоточиться, прогоняя усталость.
Когда он откинулся на спинку стула, взгляд его скользнул по карте. Границы отмеченных местностей складывались в тревожный узор — вдоль всей границы с Миром Тьмы отмечены случаи нарушений, но в одном большом участке не было ни единого донесения. Он нахмурился. Почему из этой области нет ни единой жалобы?
Утром он отправился к профессору и задал ему этот вопрос.
— Действительно, — задумчиво ответил Амаел, внимательно разглядывая карту. — Из региона Долины Безмолвия никаких сообщений не поступало.
— Что это за место? — спросил Эльдриан, пристально глядя на профессора.
— Во время последней войны с Миром Тьмы там происходили одни из самых ожесточённых сражений, — вздохнул Амаел. — Граница Тьмы там выдаётся в наш мир, образуя удобный плацдарм для нападения. Вражеские армии не раз пытались прорваться через этот участок. Но после войны, которая закончилась много лет назад, в Долине Безмолвия наступил мир. С тех пор там было спокойно, и ни одно из недавних тревожных сообщений не касается этой области.
— Тогда, возможно, стоит отправиться туда и выяснить, почему? — предложил Эльдриан. — Если там нет нарушений, может, мы узнаем, что их сдерживает?
Профессор покачал головой.
— В этом нет необходимости, — твёрдо сказал он. — Нам важнее разобраться с местами, где нарушение границы уже произошло. Долина Безмолвия не представляла угрозы уже много лет. Мы должны сосредоточиться на реальной опасности.
Эльдриан не был убеждён. В груди нарастало беспокойство, и его не покидало ощущение, что ответ кроется именно там, где, казалось бы, ничего не происходит.
Предыдущая глава
Следующая глава