Быть саксофонистом и иметь при этом фамилию Паркер – непростое испытание. Как для поэта носить фамилию Пушкин. Невольно придется отбиваться от сравнений с великим предшественником.
Мэйсео достойно выдержал все аллюзии к Чарли Паркеру и избавился от навязываемых ассоциаций. Когда один продюсер предложил ему записать наиболее известные вещи основоположника бибопа в своей интерпретации и назвать альбом Maceo Parker Plays Charlie Parker, он ответил решительным нет. «Я запишу диск Maceo Parker Plays Maceo Parker», – произнес музыкант, приняв гордую осанку.
В первой половине шестидесятых он вошел в группу Джеймса Брауна и оставался с ним, с небольшими перерывами, до конца восьмидесятых. Возможно, он играл бы с маэстро вплоть до его кончины, но Брауну дали шесть лет за сопротивление полиции. Это, кстати, была уже вторая ходка Крестного отца соула – первый срок он получил еще в юности за грабеж.
Саксофон Паркера звучит на большинстве записей Джеймса Брауна его лучшего периода. Не исключение и I Got You (I Feel Good) – там есть четырехтактный бридж из неожиданной, игривой саксофонной вставки, которая удачно подчеркивает восторженно-сексуальный характер песни.
Из стиля соул Паркер эволюционировал вместе с Брауном в более радикальный фанк. Начав сольную карьеру, Мэйсео довольно быстро стал фанковым саксофонистом номер один, его альбомы высоко котировались, его приглашали на запись многие музыканты, включая Кита Ричардса и Брайана Ферри, когда им нужно было внести в свои опусы изломанные фанковые пассажи.
Ричардс давно тяготел к фанку, даже его аккордный стиль игры на гитаре напоминает фанковый. Поэтому неудивительно, что для записи своего альбома Talk Is Cheap он позвал Паркера и басиста Бутси Коллинза, которые и поддали нужного грува в открывающей альбом песне Big Enough.
Мне нравится альбом Паркера Roots & Grooves – посвящение Рэю Чарльзу с обработками его песен. На мой взгляд, они должны звучать именно так: остро, прифанковано, с драйвом, с мощными дудками. Особенно Мэйсео удалась What’d I Say.
В апреле 2011 года Мэйсео Паркер выступил в Москве в киноконцертном зале «Мир». Концерту предшествовал мастер-класс для учащихся Российской академии музыки им. Гнесиных, Государственного музыкального училища эстрадно-джазового искусства и Государственного музыкально-педагогического института им. Ипполитова-Иванова (так было указано в афише). Но судя по среднему возрасту пришедших на мастер-класс, учащимися они были лет 20-30 назад.
Мэйсео довольно неформально рассказывал о фанке, саксофонных приемах, ансамблевой игре. Его группа тоже была на сцене, и они вместе иллюстрировали сказанное мастером. На басу играл Родни Кертис, кореш Паркера еще по группам Parliament и Funkadelic, мужчина весом не менее 150 кг. Сразу подумалось, что в Москонцерт его не взяли бы как несоответствующего облику строителя коммунизма. Играл Кертис превосходно, в фанке роль бас-гитариста особенно велика, и он уверенно держал фирменный рваный ритм на пятиструнном басу Lakland.
На концерте был уже полный зал. Средний возраст зрителей по сравнению с присутствовавшими на мастер-классе поднялся еще лет на десять. Полтора часа Паркер и его группа легко и раскованно исполняли довольно сложную, но драйвовую программу, не давая зрителям зевнуть. По окончании, выйдя на Цветной бульвар, многие из них еще долго не расходились, обсуждая услышанное.