— Ты опять на маму наезжаешь? — Денис нахмурился и посмотрел на Алену так, будто она совершила преступление века. — Ну что тебе стоит быть помягче?
Алёна бросила перчатки на журнальный столик и шумно выдохнула:
— Серьёзно? Я всего лишь хотела перенести поездку в магазин на завтра, а твоя мама вдруг начала рассказывать мне, какая я ленивая и неумеха. Я устала это слушать!
Она вспомнила, как только что столкнулась в коридоре с матерью Дениса: та нервно поправляла абсолютно гладкий пояс на своём халате и ворчала, что «в её времена вставали в шесть утра, успевали всё до завтрака», а нынче «молодёжь только и делает, что спит». При этом вот уже три года мать Дениса упорно называла её «АлЁна» с ударением на «ё», словно демонстрируя полное безразличие к чувствам невестки.
Сам Денис смотрел на Алёну с лёгким укором, отчего она буквально кипела от негодования.
«Сколько ещё я смогу это терпеть?» — думала она, закусив губу, но вслух ничего не сказала.
Денис и Алёна познакомились три года назад, когда оба подрабатывали бариста в маленькой кофейне. Тогда он показался ей надёжным и заботливым: всегда предлагал помощь с тяжёлыми коробками, был готов подменить её в смене, если Алёне срочно нужно было уехать к бабушке.
Но со временем выяснилось, что Денис вырос в семье, где мать была абсолютной хозяйкой и царицей. Его отец ушёл много лет назад, и все решения в доме принимала мать. Сын привык не перечить, чтобы не вызывать бурю негодования.
Когда они с Алёной стали жить вместе, мать Дениса начала приходить без предупреждения. Сначала Алёна списывала это на заботу: «Ну, хочет помочь». Потом поняла, что у будущей свекрови просто есть ключи от их квартиры — Денис отдал ей запасной комплект «на всякий случай». Мать Дениса заходила, как в собственный дом, проходила по комнатам и недовольно морщилась при виде любого «несовершенства». Любая крошка на столе или не идеально заправленная постель становились поводом для её язвительных комментариев.
Ситуация ещё больше обострилась, когда Алёна ушла из офиса и начала работать на фрилансе. Мать Дениса считала это «капризом» и «отмазкой для безделья». Алёна старалась быть вежливой, мягкой, думала, что так завоюет расположение будущей свекрови. Но та явно не была готова смириться с выбором сына.
Иногда Денис замечал напряжение и, как мог, сглаживал углы:
— Ну не ругайся, — говорил он Алёне. — Она ведь старается… Просто у неё тяжёлый характер. Не обращай внимания.
— Тяжёлый? — горько усмехнулась Алёна. — Она не воспринимает меня всерьёз и постоянно указывает, как мне жить. А ты молчишь!
— Она моя мама, — оправдывался Денис. — Я не хочу её обижать.
Конфликт достиг точки кипения, когда речь зашла о покупке машины. Алёна копила деньги на первоначальный взнос, Денис планировал использовать часть своих сбережений, а мать была против.
— Вы ещё квартиру не купили, а уже о машине думаете! — возмущалась она за кухонным столом. — И вообще, сынок, не забывай про мою дачу: там нужен ремонт, а ты собираешься всё потратить на ветер.
Денис внезапно засомневался, хотя ещё неделю назад уверенно говорил о том, как им нужна машина, чтобы не толкаться в переполненных автобусах по дороге в офис или к заказчикам. Мать, увидев его колебания, усилила давление: «Я всю жизнь вкладывалась в тебя, растила одна, а теперь ты не можешь помочь, когда это так нужно?»
— Может, и правда подождём? — робко предложил он Алене за ужином. — Пока мама закончит ремонт, а потом вернёмся к теме машины.
— Но мы же всё обсудили, — нахмурилась Алёна, отложив вилку. — Ты сам говорил, что это твоя давняя мечта.
— Просто… — Денис замялся. — Понимаешь, мама… Она просит отложить это. Ей тяжело…
Алёна почувствовала, как внутри поднимается обида: её мечты, её труд и накопления ничего не значат для Дениса, когда мать даёт команду «отставить машину». Обиду усиливало то, что мать Дениса вполне могла бы оплатить ремонт сама: она получала приличные алименты, да и на депозитах у неё были кое-какие сбережения.
Ссоры стали случаться всё чаще. Иногда мать Дениса «случайно» оказывалась на их кухне в самые напряжённые моменты. Она садилась на табуретку, вздыхала и принималась рассказывать, какой трудный у неё был путь, что в её молодости девушки успевали и семью содержать, и детей воспитывать, и дома убираться лучше, чем сейчас. Алёна кипела, глядя на то, как Денис сидит, уткнувшись в чашку с кофе, и не произносит ни слова в её защиту.
— Мне кажется, ты не понимаешь, что тебе уже не пятнадцать лет! — воскликнула она однажды в сердцах, когда он снова поспешил согласиться с мнением матери.
— Хватит, — только и ответил он. — Ты слишком близко к сердцу всё принимаешь. Мама хочет как лучше…
«Добра, которое исключает мои желания», — подумала Алёна, понимая, что ситуация зашла в тупик.
Финансовые трудности вскоре подлили масла в огонь. Заказов на фрилансе у Алёны временно стало меньше, а Денису не повысили зарплату, как обещали. Мать Дениса, узнав о проблемах, начала открыто советовать Алёне «найти нормальную работу», ведь фриланс — это «выдумка для лентяев».
— Надоело, — сказала Алёна подруге, с которой советовалась по телефону. — Он вообще не встаёт на мою сторону. А его мама… Такое ощущение, что она получает удовольствие от того, что принижает меня.
— Ты готова уйти? — спросила подруга.
— Не сегодня-завтра, — вздохнула Алёна. — Я пока понемногу собираю вещи, договорилась с тобой — помнишь, ты обещала приютить меня, если совсем прижмёт…
Подруга согласилась, и в этот момент Алёна почувствовала облегчение: хоть кто-то в этом мире понимает её.
В тот вечер мать Дениса снова появилась в квартире без предупреждения. Как оказалось, она пришла «проверить холодильник», мол, «вы же часто забываете купить нормальные продукты». Застав Алёну у плиты, будущая свекровь принялась критиковать её способ варки бульона:
— Ну кто так готовит? У меня свои рецепты, проверенные годами!
Алёна резко выключила конфорку. Денис сидел за ноутбуком, молча наблюдая за происходящим.
— Хватит! — сказала Алёна, глядя прямо на мать Дениса. — Я больше не позволю относиться ко мне как к пустому месту.
— Не смей повышать голос! — Она вздёрнула подбородок. — Вы всего лишь живёте гражданским браком! А семья Дениса — это я.
— Точно, семья Дениса — это вы, — жёстко произнесла Алёна и повернулась к самому Денису. — Но я-то надеялась, что хоть иногда ты будешь сам принимать решения и защищать меня. И что в итоге?
Денис открыл рот, словно собираясь что-то возразить, но тут же опустил глаза. Мать одобрительно хмыкнула.
— Значит, я ухожу, — уже ровным тоном сказала Алёна. — Надеюсь, вам двоим будет хорошо: вам, Денису и вашей маме.
— Постой, давай обсудим… — начал он, вставая со стула.
— Нам больше нечего обсуждать. Я устала бороться с вашей семейной системой, где на первом месте только одно мнение.
Она прошла в комнату, достала заранее собранную сумку. Постучала дверцей шкафа, собирая ещё несколько вещей, которые не успела убрать. Денис, кажется, хотел войти следом, но в коридоре наткнулся на мать: она, поджав губы, явно была довольна тем, что «эта девица» уходит.
«Я ждала, что он хоть сейчас вступится за меня или пойдёт за мной, — стучало в голове у Алёны. — Но он так и стоит, затравленно оглядываясь на маму».
Собравшись, Алёна взяла куртку, проверила телефон и вышла в прихожую.
— Стой, куда ты? — Денис выглядел растерянным и бледным, как будто из него выжали все краски.
— Спокойно, — тихо ответила Алёна. — Я просто больше не хочу жить в вечном противостоянии с твоей матерью и твоей собственной инфантильностью. Прости, если это прозвучало резко, но мне нужно двигаться вперёд.
Она нажала кнопку лифта и, не оборачиваясь, услышала, как мать Дениса отчитывает его: «И не думай бежать за ней! Она даже бульон толком сварить не умеет…»
Двери лифта закрылись. Алёна почувствовала, как у неё подкашиваются ноги, но в душе странным образом нарастало облегчение.
На улице она села в такси и поехала к подруге. Пару минут она проплакала, пока машина выезжала со двора. «Три года — это не шутки», — подумала она. Но впервые за долгое время её не сковывал страх, что за любую мелочь её будут отчитывать, проверять, унижать.
На следующий день она проснулась в новой обстановке. Подруга приготовила завтрак и предложила ей остаться на столько, на сколько потребуется. Но Алёна решила действовать: она позвонила знакомому, который когда-то предлагал ей интересный проект на фрилансе, и договорилась о встрече. Условия оказались выгоднее, чем она ожидала.
Прошла неделя. За всё это время Денис написал ей только один раз: «Прости, что так вышло. Я понимаю, что неправ. Но я не могу с ней по-другому». Алёна горько улыбнулась: «Не можешь — значит, не хочешь», — подумала она. Он по-прежнему выбирал маму и не собирался меняться.
Алёна сняла небольшую студию на окраине города и перевезла туда свои вещи. Крошечная квартирка, зато свобода и покой. Больше никаких неожиданно появляющихся «ревизоров» с ключами от её собственного жилья.
«Это не конец, а начало», — сказала она себе, глядя в зеркало. Она надела то самое яркое платье, которое когда-то вызвало недовольство будущей свекрови, и улыбнулась.
Да, ей было больно терять человека, к которому она привязалась за три года. Но ещё больнее было оставаться там, где её никогда не уважали. Теперь она знала, что значит отстаивать себя и свои границы. И пусть кто-то называет это эгоизмом, Алёна точно понимала: без здоровой любви к себе невозможно построить счастливую жизнь.
В тот же вечер она села за ноутбук, просмотрела новые задачи и разослала несколько писем клиентам. Внутри всё ещё слегка дрожало от пережитого, но она чувствовала, что наконец-то вырвалась на свободу.
«Пусть Денис живёт так, как ему удобно, — подумала Алёна, отправляя последнее письмо. — А я буду жить так, как хочу я».
Она сделала глубокий вдох и улыбнулась: впереди её ждали новые испытания, но теперь она была готова к любым трудностям.
Понравился вам рассказ? Тогда поставьте лайк и подпишитесь на наш канал, чтобы не пропустить новые интересные истории из жизни.
НАШ ЮМОРИСТИЧЕСКИЙ - ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛ.