Вера уехала утром следующего дня. Светлая комнатка, душ, маленькая кухня. Для одного человека – идеально. Вера разложила свои немногочисленные вещи. 15 лет работы у Элеоноры были ей как подарок. Хозяйка была нетребовательна в еде, хотя и Верочка могла сделать из самого простого блюда шедевр. Она чувствовала вкусы, сочетания продуктов, меру. Готовила легко и с удовольствием, делала выпечку, а торты были не хуже, чем заказанные у маститых мастеров кондитерского дела.
***
Про Василину
Начало первой части можно посмотреть тут
Начало второй части тут
Начало третьей части тут
***
Замуж Верочка вышла в 18 лет, через год родился сын, Костик. Муж Верочки был старше супруги на 12 лет. Кто бы что сказал, что это несовременно, но брак был договорной. Отец Верочки просто пришел и сказал:
- Мы со Славой, другом моим поговорили. У него племянник, хороший мужик, не женат. А наша Верка только дома сидит. Завтра сваты придут, и замуж ее выдадим.
Вадим был грубоватым мужчиной. Вера была испугана, согласилась выйти замуж. Да и как отцу возразить? Не было в ней ни силы воли, ни характера, ни умения постоять за себя. Мать у нее такая же была.
Муж оказался грубым, даже жестоким. Желания Верочки никто не спрашивал. Болела она или нет, была в настроении, всегда должна быть готова угождать мужу. Обед из трех блюд, завтрак, ужин. Ничего не должно было повторяться, да еще и идеальная чистота в их маленькой двухкомнатной квартире, которая была приобретена Вадимом еще до брака.
Веру не напрягало приготовить, она любила свою маленькую кухонку. Из ничего делала прекрасный обед. Научилась делать маленькими порциями, чтобы не выкидывать.
Сын рос копией отца, обожал его, считал чуть не богом. Верочка понимала, что если она уйдет, то маленький Костик останется с отцом, а она не могла этого позволить, пытаясь дать хоть толику ласки, уроки доброты малышу.
Но все было зря, Костик копировал отца. Он подрос и как Вадим стал покрикивать на нее, мог толкнуть. Но быстро прекратил это, когда заметил Вадим. Костик летел через всю квартиру, а Вадим четко проговорил:
- Это моя жена, и никто, кроме меня не имеет права ее тронуть. Тем более ты. Это – твоя мать, ты не имеешь права ее коснуться даже пальцем. Понял?
- Понял, - сказал подросток.
С этого момента он перестал замечать Верочку. Ел, покрикивал, бросал вещи.
Вера молча убирала квартиру, готовила на мужчин, и прятала синяки, полученные от Вадима, который просто издевался над ней.
Сначала приходил Костя, бросал грязную обувь у порога, Вера брала ее, мыла, чистила, составляла, потом стирала и гладила вещи сына, развешивала в шкафе. Точно так же она обслуживала Вадима. По команде мужчин ставила на стол еду. Они что-то обсуждали между собой, смеялись, а Вере не позволялось даже присесть с ними за стол. Ела она отдельно, чтобы никто не видел. Иначе Вадим раздражался. Когда тарелка пустела, Вадим или Костик замечали мать, говорили только одно:
- Ну!
И она быстро убирала суповую тарелку, подавала аппетитно пахнущее второе, салатик к нему. Ставила стакан с ароматным морсом или компотом.
Иногда ей казалось, что если ее не станет, то они заметят только отсутствие еды. О ней, Верочке, никто и не всплакнет.
Толчком к изменению стало то, что умер отец, и мать вдруг расцвела. Оказывается, она неплохо зарабатывала, даже на пенсии вела бухгалтерию у маленьких фирмочек, деньги стала откладывать, занялась танцами:
- Вера, я давно мечтала, но отец был против. Знаешь, я только жить начала. Хотя бы несколько лет перед смертью свободно вздохну, поживу. Беги от Вадима, он как отец. Беги куда хочешь.
Вера знала, что не к маме, та защитить не сможет. И когда Элеонора предложила переезд, Вера поняла, что это шанс.
Впервые она призналась Элеоноре, что не все благополучно в ее семье, та сразу отправила ее за город. Утром за Верочкой заехала машина.
- Я как барыня поеду, - засмеялась она.
Водитель улыбнулся:
- Ничего, Вера, доставлю как королеву.