Пару мгновений Плетнёв колебался, не нырнуть ли резко в кусты, но прикинув шансы и то, что он не видит противника, решил не рисковать. В конце концов, не открыли огонь в спину и то ладно. Значит, можно поторговаться.
- Здравствуй, Антон, - медленно оборачиваясь и держа на виду руки, произнёс Алексей. – Не могу не согласиться с тобой насчёт путей. Уж кого-кого, а тебя я рассчитывал здесь увидеть меньше всего. Скорее какого-нибудь дикаря.
Рядом с профессором, уверено удерживая автомат «Калашникова» в руках, стоял, ухмыляясь, как всегда молчаливый Ярослав. Ствол оружия был направлен точно в живот Плетнёву.
- Я так понимаю, это Василий вас сюда вывел? – задал вопрос Гранин и огляделся. - Хороший он мир себе подобрал для эмиграции. Кстати, где он? Где-то прячется? Пусть лучше тогда выходит.
- Он погиб, - без лишних предисловий ответил Алексей.
- Гм…, - Гранин покивал головой, - жаль. Хороший был проводник, точки перехода ощущал, как никто другой, наследственность хорошая. – Он сделал паузу, снова заговорил. – Алекс, я же вам говорил уходить обратно. Я даже время рассчитал, чтобы вы проснулись до того, как до вас доберутся манекены. Вам надо было просто уйти домой.
- Получается, ты не всё можешь рассчитать, Антон, - пожал плечами Алексей, всё также держа руки навису.
- Да уж, - снова кивнул Гранин, - человеческое упрямство бывает трудно просчитать. Я-то надеялся, что Василий уболтает тебя вернуться, а то и вообще уйти в эмиграцию. А получилось так, что его уговорил ты. Ну и что теперь, доволен? Напарник мёртв, а ты так далеко от дома, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
- Не стоит на меня списывать смерть Василия, - процедил сквозь зубы Плетнёв. – Если бы не вы!..
- Если бы ты не согласился однажды на одну миссию! – резко оборвал его Гранин. – Ты бы здесь никогда не оказался. Да и потом мог отказаться. Но не отказался же. И, тем не менее, я тебе говорил, чтобы ты уходил домой, на Землю. Но ты предпочёл поступить по-своему.
Плетнёв молчал. Пока что возразить было нечего.
- Сам подумай, ну что тебе угрожало? Написал бы с десяток объяснительных, или как у вас говорят, рапортов, и всё. Спихнул бы всю вину на меня, а мне, как ты понимаешь, всё равно, точнее я понял бы такое решение, так как оно выглядит логичным.
- И показать себя некомпетентным? – с сомнение в голосе произнёс Алексей. – Человеком, от которого сумели свалить доцент с аспирантом?
Ярослав довольно громко хмыкнул, поведя дулом автомата. Этот молчун действительно показал себя с неизвестной стороны. В тихом омуте черти водятся, так родная бабка любила говорить про молчунов, призывая внука, не относится к ним пренебрежительно. Гранин поморщился, когда его назвали доцентом.
Алексей продолжал стоять мокрый и с поднятыми руками. На его скулах играли желваки. Хотелось прямо здесь и сейчас начистить морду обоим этим так называемым учёным. Вот только расклад был пока не в его пользу.
- Можешь опустить руки, - предложил Гранин, его помощник неодобрительно что-то пробурчал. – Успокойся Ярослав, ему всё равно некуда бежать. Без нас он отсюда никуда не денется. Вот только подбери у него автомат и нож пусть тебе отдаст. Осторожно, одной рукой. Хорошо? Ты ведь не будешь чудить?
Помощник Гранина лишь покачал, в очередной раз ухмыльнувшись, головой и мотнул стволом «калаша», мол, давай-ка отойди и дай подобрать твою небогатую амуницию. Плетнёв подчинился.
Отойдя на несколько шагов, Плетнёв наблюдал, как Ярослав подбирает отброшенное им на мокрый песок оружие. Автомат повис на плече старого знакомого, а нож в чехле был закреплён на поясе.
- Если мне без вас не выбраться, то есть ли смысл отбирать у меня оружие, - осмелился спросить Алексей. – Вдруг здесь есть хищники или какие-нибудь дикари. Не помешает.
- Хищники есть, но не здесь, они сюда редко заглядывают, чем местная травоядная фауна и пользуется. А дикари, - Гранин на мгновение задумался, - дикари тоже есть, если их можно так назвать. Что касается оружия, то это всего лишь небольшая предосторожность, попытка просчитать максимальное количество факторов. Вдруг тебя переклинит, и ты решишь заставить нас уйти с тобой, а мы, сам понимаешь, на это не настроены. По крайней мере, пока. Да и Ярослав, опять же, меньше будет нервничать, если оружие побудет у него.
- Так может вы мне и не нужны, - возразил Алексей и напомнил, - может, мне для возражения будет достаточно вашего спутника, чтобы вернуться? Вы-то, насколько помню, тоже не проводники.
- А ты сообразительный, - произнёс Гранин. – Проблема в том, что добиться от нашей спутницы чего-то силой, у тебя нет никаких шансов.
- Спутницы?
- Язык мой – враг мой, - вздохнул профессор, снимая и протирая специальной салфеткой очки. Придирчиво осмотрев линзы на свет, водрузил их обратно на нос. – Ладно, хвати лясы точить. А то вон Ярослав уже полдня на пустой желудок жалуется. Пойдём что ли.
- Куда идти-то? – Плетнёв покрутил головой из стороны в сторону.
- Прямо, - ответил Гранин, пока прямо, вдоль ручья, а там скажем, когда свернуть. Только ты иди пока впереди. А то, сам понимаешь, доверять тебе у нас пока нет оснований.
И они двинулись по сырому крупнозернистому песку, на котором периодически попадались свежие следы неизвестных животных.
- Есть хочешь? – услышал Алексей за спиной вопрос Гранина.
- Если честно, не отказался бы, дня два толком не ел. Всё там осталось, - Алексей неопределённо махнул головой назад. - Уже хотел было сорвать вот эту фиолетовую хр*нь с ветки, - он кивком головы указал на попавшиеся по пути баклажаны.
- Хорошо, что не успел. Ядовитые, - сообщил Гранин и уточнил. - Для людей. В смысле, для таких, как ты и мы с Ярославом. Местным хоть бы хны, а некоторые копытные с них приход ловят.
- А ты, значит, человек? – слегка обернувшись, на ходу спросил Плетнёв.
- Я-то? – переспросил Гранин и вдруг засмеялся. – Я-то человек, Алекс. И Ярослав тоже. С Земли мы. Можно даже сказать из России.
Ярослав вставил что-то, что не расслышал Плетнёв.
- Ну, вот Ярик уточняет, что он родился в Казахстане. В Россию потом перебрался, вместе с родителями. Я сам из Питера, если тебе интересно.
Разговор откровенно не клеился.
- Понятно, - неопределённо сказал Алексей, уворачиваясь от очередной ветки, нависшей над ручьём.
- Что тебе понятно, Алекс? – с нескрываемым разочарованием произнёс Гранин.
- Что вы предатели, - пожал плечами Плетнёв.
За спиной послышался глубокий вздох.
- Стой! – приказал Гранин. – На, держи.
Обернувшись, Алексей видел в протянутой руке профессора сэндвич с колбасой и сыром.
Вроде, как и есть хотелось, но брать еду из рук того, кого только что назвал предателем, было неправильно. Коробило.
- Бери-бери, - повторил Гранин. – Не отравлено. Или предлагаешь мне для начала откусить? Или Ярику?
Последний закатил глаза, продолжая, однако держать Плетнёва на прицеле.
- Или гордость не позволяет у предателя брать? – прищурился Гранин, но тут же рассмеялся. Вот только не было в этом смехе лёгкости. – Бери и ешь, желудок не знает, что такое предательство, ему всё равно. Как и пище. К тому же я тебя не вербую и ничего не прошу взамен.
При виде бутерброда желудок отозвался трелью, которую было слышно даже вовне. Алексей протянул руку и взял еду. Подумал и откусил. Кажется, ничего вкуснее он никогда ещё не ел.
Гранин протянул ему фляжку с водой.
- Вода здесь чистая, хорошая, - сообщил он, когда Плетнёв сделал несколько глотков, запивая пережёванный сэндвич.
Ярослав тем временем тоже откупорил свою флягу и приложился к горлышку, чтобы напиться, но глаз с Плетнёва не спускал.
Когда Алексей вернул фляжку профессору, и они вновь возобновили свой путь, тот продолжил.
- Понимаешь, Алекс, я ведь не враг людям, да и вообще Земле. Я даже себя предателем Родины назвать не могу.
- Все предатели так говорят, - резонно возразил Плетнёв, - ищут себе оправдание. Режим им не нравится, репрессий много, народ не тот…
Алексей не видел, но чувствовал, как Гранин молча кивает головой, идя за ним.
- А копни чуть поглубже и окажется, что, как их там, диссиденты, эти борцы с режимом, или проворовались, или ещё как напортачили, жулики и воры, как и те, с кем они вроде как борются. Вот и ищут себе оправдание.
Наверное, с минуту они шли молча. За это время Алексей заметил, как за ними из зарослей наблюдает пара носатых косуль, похожих на ту, что он спугнул у ручья. Проводив взглядом незнакомцев, они быстро исчезли среди буйной растительности.
Местность, тем не менее, стала заметно меняться. Кустарника не сильно, но стало меньше, а под ногами вместо мокрого песка стали появляться плотно подогнанные один к другу булыжники.
- Ты можешь мне не верить, Алекс, но ничего из того, что ты перечислил, за мной не значится, - наконец подал голос Гранин. – Режимом я доволен, да как бы никогда с ним не конфликтовал. Кто хочет работать, тот всегда найдёт такую возможность. Воровать на грантах? Не замечен. Понимаю, что прозвучало двусмысленно, поэтому уточню – не в моём стиле. Ярослав тоже, насколько мне известно, ни в чём порочащем не замечен. Да и как ты думаешь, допустили бы нас до тайны существования иных миров, если бы мы были неблагонадёжными.
- Комитет состоит из людей, а людям свойственно ошибаться, - напомнил Алексей. – Да и необходимость никто не отменял. Василий был старателем и барыжил камнями…
- Но он же их не крал у добропорядочных граждан, - заметил Гранин. – Просто воспользовался своими внезапно открывшимися способностями в целях поправить своё материальное положение. А Комитет посчитал, что он не имеет на это право.
- Ну вот, ты сам признал, что он был недоволен работой на Комитет. А сам ты доволен? Или тоже считаешь, что он тебя ограничивает в твоих правах?
Алексей остановился на развилке. Теперь стало очевидно, что последние минут двадцать они шли по старой мощёной камнем дорогой, давно заросшей травой. Куда теперь?
- Налево, - словно прочитав, мыли Алексея, ответил Гранин, - по мостовой. А там уже сам поймёшь, когда придём.
Мелкая ящерка шмыгнула между камней, завидев приближающихся людей. По обочинам древней дороги возвышались деревья, чьи кроны смыкались высоко над головами людей. Судя по корням, которые то тут, то там выдавливали часть брусчатки, образуя заметные кочки, за дорогой не следили уже очень и очень давно, да и стволы выглядели так, будто им минимум лет по триста.
- Но ты переметнулся на сторону чужаков. Даже не знаю, насколько это хуже вербовки британцами или американцами.
- Тут отрицать не буду, - соглашаясь, произнёс Гранин, – если проблему рассматривать это под таким углом. Но скажи мне, ты же видел, во что превратились жители Мёртвого города?
Ответ был очевиден, и Гранин продолжил:
- Большая часть погибла на месте, там мало кто успел осознать происходящее. Ну, в определённом смысле, им даже повезло, не находишь? Совсем мизерный процент испытал жуткий всплеск адреналина перед тем, как поняли, что всё, это конец.
Плетнёв слушал моча.
- А вторая часть, меньшая, как тебе? – спросил Гранин.
- Ты о манекенах? – уточнил Алексей.
- О них родимых. О ком же ещё. Мы до сих пор не можем понять, в каком состоянии они находятся. Даже наши хм… - Гранин запнулся, подбирая слово, - союзники толком не знают.
- Или просто не говорят вам, - вставил Плетнёв.
- Может быть, Алекс, может быть, - как ни в чём не бывало, согласился Гранин, - только нам бы и с теми крупицами знаний, что мы имеем, разобраться. Представь себе, что они находятся в своём роде сне, таком затянувшемся кошмаре, от которого нет пробуждения. А ты должен знать, что во сне субъективное восприятие времени длиться совсем-совсем иначе. Сколько для них прошло субъективного времени? Как они воспринимают окружающий мир? И это те, кому вроде как повезло остаться в живых. Типа они спаслись, Алекс. Одни вопросы, на которые Комитет до недавнего времени даже не пытался получить ответы, опасаясь лишний раз пройти в Долину, ограничиваясь поимкой старателей.
- К чему ты это мне рассказываешь? Пытаешься убедить, что ты не предатель, а герой?
Гранин громко хмыкнул.
- Переубедить тебя в чём-то вряд ли выйдет. Но ты вот над чем подумай: ты хочешь такой же судьбы своему дому? Своим близким? Чтобы с ними произошло нечто подобное тому, что случилось в Мёртвой долине? Или в других, как бы это странно не звучало, ещё более мёртвых мирах?
Понятно, Алексей ничего подобного не хотел. У него была семья и дети, ради которых он готов пойти на многое. Но на всё ли? Он задумался.
- Ты подумай, не отвечай пока. Да я собственно от тебя ответа и не жду.
- Я знаю точно, что Комитет тоже не хочет повторения такого сценария, - всё-таки ответил Алексей. – На то и работаем.
- Уверен?
- Так можно спорить бесконечно, - заметил Плетнёв.
- Ты прав.
В это время каменная дорога расширилась, по обочинам её появились обросшие мхом гранитные бордюры, а среди деревьев стали просматриваться такие же серые руины.
- Скоро придём, - сообщил Гранин. – Да ты не переживай, мы тебя убивать не собираемся. Даже в подземном храме.
- Точно? А то мы как-то забеспокоились, когда очутились в месте, где вместо воздуха хлор или что-то подобное. Ещё бы несколько минут, там бы и остались.
- Хм…, - Гранин, кажется, задумался. – Это не я туда вас отправил, хотя и догадываюсь, что мир ты имеешь в виду. Это наша спутница. Она-то вас не знает, пришлось действовать быстро, никто не застрахован от ошибки.
- Что-то многовато ошибок, не находишь?
- Ну а что нам было ещё делать? Ты явно стремился нам помешать и успокаиваться не собирался.
- Да? Только потом нас чуть не застрелили чужаки в масках, ели отбились. Они тоже были случайной ошибкой?
- Интересно-интересно, - проговорил Гранин. – Можешь не верить, но мне об этом ничего не известно. Надо будет уточнить у нашей подруги. Скорее всего, они засекли открытие прохода, собственно, точно так же мы нашли тебя, - сообщил Гранин.
Понятно, подумал Алексей.
- А их можно засечь?
- Можно, но не с нашими приборами, хотя Комитет над этим усиленно работает. Пока, правда, безуспешно. Вот и ищут их буквально в ручном режиме, чтобы заткнуть или взять под контроль. И это только в нашей стране. А что делается в иных юрисдикциях, мне по крайней мере, не известно.
Тем временем в лесной чаще стали вырастать совсем уж гигантские руины, по которым перепрыгивали разные зверьки и гнездились птицы. Среди животных, внимательно, как показалось Алексею, следящими за путниками, он распознал зверьков, которых видел ещё в холмах, когда те с таким же опасливым любопытством сопровождали его, выглядывая из высокой травы.
- А как он называется на самом деле? – спросил Алексей, взирая на древние развалины.
- Кто?
- Мёртвый город. Мы всё время называем его Мёртвым, и долину, где он стоит, тоже – Мёртвой. А как они на самом деле назывались? Ты же вроде тамошний язык расшифровал.
- Ты слишком хорошего мнения о моих успехах на данном поприще, - рассмеялся Гранин. – Но излишне скромничать не буду, кое-что мы узнали. Вот только название города нам пока ничего не говорит. Похоже, что оно более древнее, чем живший там на момент Дня Икс народ, поэтому аналогов в их языке мы не нашли.
- Это как?
- Да очень просто: знаешь такой город как Ярославль?
- Знаю.
- Можешь примерно понять, что оно означает, хотя бы по корням слов, образовавших название?
- Допустим.
- А вот есть город Москва. Что можешь сказать о названии?
Алексей помотал головой.
- Не знаю. Москва и Москва. Всегда так называлась. По реке видимо назвали.
- По реке-то по реке, только и её кто-то назвал. Короче, «Москва» - слово не славянского происхождения, топоним, связанный с племенами, жившими до славян. Так и с Мёртвым городом. Я, помимо прочего, и хотел выяснить, кто там жил до Дня Икс, есть соображения, что это связано с подземным храмом, саркофагом и, в итоге, с постигшей тот мир катастрофой. Кстати, как тебе здесь? В этом мире?
- Слишком хорош, - ответил Алексей, окидывая взглядом окружающую обстановку. - Животные не боятся людей, тепло, растительность приятная. Если бы не пришлось долго искать воду, то считай что как в раю.
- Есть такое, - согласился Гранин под одобрительное бурчание Ярослава. - Трудно не заметить. Но дело в том, что он не всегда был таким. Просто с тех пор, как он был похож на наш, прошло много лет. Очень много.
Вскоре по каменной дороге они вышли на большую квадратную площадь, с одной стороны от которой возвышалось полуразрушенное здание метров под тридцать высотой с колоннами лестницами и галереями, увитых лианами и проросшими исполинскими корнями деревьев, цепляющиеся за свидетельства сгинувшей в веках цивилизации.
Плетнёв понял, что они оказались в центре когда-то довольно большого по меркам древнего времени города, а большое строение – некий храм.
- Ну вот, мы почти пришли, - сообщил Гранин, вставая рядом с Плетнёвым, его помощник остался чуть позади. Всё-таки они не доверяли Плетнёву, какие бы задушевные беседы с ним не вёл Гранин.
В этот момент из темноты храмовых руин на каменной лестнице показалась та, кого Гранин называл своей спутницей.
- Думаю, вам пора познакомится, - произнёс он.
******************************************************************************************
Не забывайте ставить "палец вверх" под публикацией и включать колокольчик на странице канала, чтобы не пропустить новых.
Вдохновить автора можно перечислив любую сумму на карту Сбера (на чебурек с беляшом):
5469 4300 1181 6529 или
2202 2001 5869 1277
Или на кошелёк Ю-Мани
4100 1113 6694 142
Спасибо. И да минует нас Апокалипсис!