Лена гордо вздернула подбородок. Она ужасно устала с дороги, однако предчувствие скорой встречи с мамой давало ей силы. Наконец, впереди показался знакомый, родной дом. Все такой же обшарпанный и старый. Лена тяжело вздохнула. «Если бы я только могла, я бы заработала и сделала маме ремонт», — мечтала она, заходя внутрь. Лена заметила мать вдалеке. Та стояла в огороде вниз головой, занимаясь прополкой сорняков. Сердце бешено колотилось, и Лена крикнула:
— Мама! Мама, это я!
Тамара Георгиевна резко поднялась.
— А? Что? — она начала оглядываться, щурясь от яркого солнца. Тут она заметила фигуру дочери и неуверенно пошла в ее сторону. — Вы кто?
Лене стало дурно. — Мама, это я, Лена.
Тамара Георгиевна подошла ближе, продолжая щуриться. Наконец, она узнала дочь. На лице отразилось удивление.
— Ленка, неужели ты?
Лена широко улыбнулась. — Да, это я. Мам, ты что, меня не узнала?
— Получается, что так, — сухо ответила мать. — Какими судьбами?
Лена в изумлении замерла на месте. Она так часто представляла себе эту встречу. Представляла, как мать обрадуется, как кинется её обнимать. Даже вообразила себе, что мать перед ней бы извинилась. А тут Тамара Георгиевна выглядела раздражённой. Видимо, из-за того, что её отвлекли от дел, она долго всматривалась в лицо дочери и задала ещё один вопрос.
— Лена, что с твоим лицом?
Лена задумалась. — А что с ним?
— Как будто грязное.
Лена аккуратно дотронулась до щеки. Провела рукой и догадалась, что имела в виду Тамара Георгиевна.
— Мам, это не грязь. Это называется макияж. Я накрасилась.
— Чего? Совсем с ума сошла, да? — заметно разозлилась женщина.
— Нет. Я напудрила щеки и накрасила ресницы тушью, которую купила в отделе, где работаю. Это же так красиво. У нас в Свердловске все красятся.
— У вас? — недовольно переспросила она, утирая со лба пот. — У каких таких нас? Что стала совсем городской девкой, да?
— Я… — Лена потеряла дар речи. — Мам, ты не рада меня видеть?
— Тебя, — особенно выделила Тамара, — я была бы рада видеть, но передо мной не ты. Я не узнаю тебя, Ленка. В кого ты превратилась?
— Ты о чём?
— Посмотри на себя! Разоделась, как вертихвостка. Вещи-то какие странные. Ещё и с лицом что-то натворила. Лена, твоё лицо - разве холст?
—Что? Мама…
— Тогда зачем ты его так измазюкала, как будто ребёнок баловался, ей-богу?
Лена обиженно отступила. — Я такого от тебя не ожидала.
— А я не ожидала, что ты нас бросишь. Бедный, бедный Рустам.
— А ты не оставила мне другого выхода. Ты меня достала своим Рустамом, своими правилами. Я никогда не хотела так жить.
— Как? Как все нормальные, добропорядочные люди?
— В городе тоже живут нормальные, добропорядочные люди, мама. Я теперь одна из них. Я убежала не от тебя, а от такой жизни. Мне здесь никогда не нравилось. Я хочу жить хорошо. Я переехала в Свердловск, у меня есть работа, я неплохо зарабатываю. Здесь я бы никогда и не увидела таких денег.
Тамара Георгиевна отмахнулась. — Знаю я, Рустамчик мне всё рассказывал.
— Тогда почему ты такая злая? Что я сделала плохого?
— Я тебя не так воспитывала. Я воспитывала тебя как приличную девушку, а ты…
— Причём здесь приличие?
— Притом. Нормальные девчонки в твоём возрасте уже первых деток нянчат, а ты что? Работа, город, тушь эта твоя… Тьфу ты!
— Если хочешь, я могу уехать и больше никогда к тебе не приезжать.
Тамара Георгиевна нахмурилась. — Не надо скандалить. Ладно, идём в дом.
Лена молча проследовала за матерью. Пока они шли, она еле держалась от того, чтобы не заплакать. Она совершенно не ожидала такого. Думала, что мама будет ей рада, что она будет гордиться своей дочерью, а она, она осуждала Лену. Она не стеснялась об этом заявлять в открытую. Лене было до боли обидно. Мысленно она посмеялась над собственными желаниями. Делать маме ремонт? Пускай живёт так, раз ей всё нравится. Тамара Георгиевна и Лена вместе сели за кухонный стол. Помолчали. Лена еле слышно спросила.
— Ну, как дела?
— Никак, — огрызнулась Тамара. — Думаешь, легко одной содержать тут всё?
— Не знаю, не содержи, если тяжело.
— Умная ты такая! А есть я что буду?
Лена устало протёрла лицо. — Вот именно поэтому я и уехала в город. Там всё по-другому.
Тамара упрямо мотнула головой.
— По-другому. И что там за еда? Небось, одна отрава? Еду нужно выращивать самим.
— Какой бред! — еле слышно прошептала Лена.
— Чего?
— Ничего. Рустам тебе передал мои слова, да? Ну, тогда, когда я уехала.
— Передал. Да чего, милый хороший мальчик. Какая же ты иdиотка, что от него отказалась. Он так сильно влюблен, что немыслимо помог тебе сбежать.
— Да, он хороший человек. Но он мой друг, не более того.
—Друг? И когда вы в последний раз общались?
— В тот самый день.
— То-то же, друзей не бросают.
Лена опустила голову. — А как там он, у него всё хорошо?
— У него? Отлично, в отличие от тебя. Рустам мечта родителей, а не сын. Он уже женился на хорошей, порядочной девушке. Детей пока нет, но я думаю, что это не проблема. А ты? А что ты?!
Почти безболезненно, но тем не менее что-то похожее на ревность задело сердце Лены. Вот так просто женился. А говорил о немыслимой любви. Лена нахмурилась. Не стоило, конечно, говорить матери о её переживаниях. Мало ли, как она отреагирует, как возьмёт, да и пойдёт к Рустаму. Это было в её характере. Лена еле слышно произнесла:
— Я рада за него.
— Рада, — повторила она. — А я вот совершенно не рада. Все дети как дети, а ты...
— А что я? Причём здесь вообще я? Мне это не нужно, а Рустам пускай живёт себе со своей женой. Мне какое дело?
Тамара Георгиевна слабо улыбнулась. — Ленка, что, неприятно, да?
— Мне всё равно. И какая разница? У меня своя жизнь.
— Что там у тебя за жизнь? Что в ней хорошего? Она тяжело вздохнула? Ладно, расскажи мне о своей новой жизни.
Лена с облегчением вздохнула. Наконец-то, наконец-то мама спросила. Теперь можно и похвастаться.
— У меня всё прекрасно. Я переехала, как и всегда мечтала, в большой город. Живу пока что в общежитии, но это временно. Работаю, между прочим, в ЦУМе.
— Где? — переспросила мать.
— В Центральном универсальном магазине. В Свердловске такое есть, если ты не знала.
— Да? И в каком отделе ты работаешь?
— В косметическом. У нас чего только нет. И парфюмы, и тени, и туши, и помады.
— Вот же, какие глупости! — Тамара, осуждающе покачала головой. — Напридумывали. И кому оно надо?
— Многим, мама, надо многим. Все хотят быть красивыми.
— Красивыми, — повторила она. — Красота либо есть, либо её нет. Третьего не дано. И тебе, Лена, красоты сполна досталась. А ты портишь её своей тушью.
— Мам, не начинай, — она резко махнула рукой.
— И что? Работаешь ты. Что дальше?
— Живу, мам. У меня появилось много подруг. Я хожу в кино, гуляю, хожу на свидания.
— На свидания? Это как понимать?
— Так и понимать.
— Свидание должно быть лишь одно. На нём тебе делают предложение, а следом ты выходишь замуж. Что значит свидания?
Лена опустила голову на руки, пробормотала.
— Мама, хватит. Я живу, как хочу.
— Всё это глупости. Ты ведёшь разгульный образ жизни. Тебе нужно выйти замуж и родить ребёнка.
— Я не хочу.
Тамара Георгиевна поднялась на ноги.
—И о чём с тобой в таком случае разговаривать? И в кого ты такая?
Лена подняла голову. — И правда, смысла разговаривать нет.
— Ты мне лучше скажи, как ты переехала без денег?
Лена задумалась, стоило ли говорить о том, что ей помог отец Рустама. Мама могла бы разозлиться не только на Лену, но и на него. И Лена решила, что это стоит оставить в секрете.
— Заработала.
— Как? — испуганно спросила мать.
— Неважно, — сухо ответила Лена. — Скажи, ты мне совсем не рада, да?
— Лена, — Тамара Георгиевна немного смягчилась. — Ты же моя дочь. Конечно, я тебе рада. Но я совершенно не рада тому, что ты ведёшь такой образ жизни. Когда ты остепенишься?
—Я не знаю, что тебе сказать.
Тамара Георгиевна кивнула.
— Насколько ты ко мне приехала? Может, тебе не стоит возвращаться обратно?
—Мам, я работаю, я не хочу никого подставлять.
— Но меня ты без сожаления подставила.
Лена не спешила с ответом. Ей было так обидно, она представляла себе эту встречу совершенно по-другому. Лене вдруг отчаянно захотелось вернуться в Свердловск. Конечно, она любила маму, но совершенно не могла сосуществовать с ней рядом. Лене стало невероятно тоскливо. Тамара Георгиевна заметила состояние дочери и сказала:
— Оставайся, не переживай, найдем тебе другого жениха.
Лена почувствовала острое, непреодолимое желание подняться и уйти восвояси. И не просто уйти, убежать без оглядки. Раз и навсегда. И больше никогда не возвращаться. Она распрямила плечи, посмотрела на мать с вызовом и… не смогла с ней попрощаться вот так.
—Я переночую здесь, ладно? Завтра уеду.
— Ну зачем тебе уезжать?
—Мам, я объяснила.
— Хорошо, хорошо, — как-то хитро сказала мать.
И Лена осталась на ночь в родном доме. Тот вечер она провела с матерью в огороде. Лена знала, как никто другой, какая сложная почва в этих местах. Они пропололи весь огород, а ближе к ночи растопили баню. Тамара Георгиевна не уставала спрашивать дочь:
—Ну как, ты скучала по такой жизни?
И Лена в ответ лишь глупо улыбалась. Она не то что не скучала, она была неописуемо рада, что больше таких мероприятий в ее жизни нет. После бани Лена сразу легла спать. Уж слишком устала после долгой дороги и прополки сорняков. Проснулась довольно поздно. Однако пробуждение было приятным. Утро могло бы считаться добрым, правда, до того момента, пока Лена не вышла во двор. Она вышла на улицу, потягиваясь всем телом. Было пасмурно, но тепло, и настроение у юной продавщицы было хорошим. Она оглядела небо и перед тем, как пойти умываться, увидела мать вдалеке. И не одну. Рядом с ней стояла неизвестная фигура. Лена помахала рукой и прокричала:
— Доброе утро!
— Доброе, — ответила Тамара Георгиевна. — Умывайся и иди к нам.
Пожав плечами, Лена так и сделала. Умылась и побрела в ту сторону, где стояла мать. Чем ближе она подходила, тем сильнее нарастало её напряжение. Она была уверена, что мама лишь болтает с соседями, не более, но, увидев, что рядом с Тамарой Георгиевной стоял молодой парень, Лена почувствовала, что-то не так. Увидев дочь рядом, Тамара Георгиевна широко улыбнулась.
— Вот и Леночка, наконец-то. Познакомься, это наш сосед. Его зовут Андрей.
Лена посмотрела на незнакомца и неуверенно сказала:
— Привет.
Молодой человек по имени Андрей заметно смутился.
— Привет.
Тамара Георгиевна захихикала и поспешила скрыться.
— Ну, молодежь, общайтесь. А потом приходите в дом. Будем вместе завтракать.
Лена отступила на шаг. — Мама, мне нужно собираться.
— Что? Ничего не слышу, я ушла.
Тамара Георгиевна убежала, и Лена осталась один на один с незнакомым ей ранее соседом. Оба они были смущены. По какой причине Андрей неизвестно, а Лена начинала в очередной раз злиться на мать. И зачем ей знакомиться с этим чужим человеком? В тот момент, когда Лена собиралась попрощаться, он подал голос.
— Твоя мама сказала, что ты мечтаешь выйти замуж.
— Чего? — от злости Лена аж сжала кулаки.
От нарастающей ярости заболела голова да так сильно, что Лена даже не стала оправдываться. Лишь резко развернулась и твердой походкой пошла к дому. Ее мама сидела в кухне с хитрой улыбкой.
— Ну, как тебе Андрей? Хороший мальчик, да?
— Зачем ты ему соврала? — сходу спросила Лена.
— В чем? — Тамара Георгиевна притворно удивилась.
— В том, что я якобы хочу замуж.
— Все девушки твоего возраста хотят замуж, это нормально. Просто ты ещё этого не поняла.
Лена была так зла, что осознала, она даже не хочет в этом разбираться. Подобно урагану, быстрому и беспощадному, она рванула в свою комнату и побросала в сумку вещи, которые привезла. Вернулась в кухню и прокричала
— Мне это всё надоело! Ты меня совершенно не слышишь. Я уезжаю и больше не вернусь.
— Лена! — Тамара Георгиевна схватилась за грудь. — Ну что я сделала?
— Если ты даже не понимаешь, то и не пытайся. Прощай, мама, пока.
Лена пулей вылетела из дома. В слезах она бежала к выходу с территории поселка, и, хотя она помнила, что в ближайшие пару часов автобусы ходить не будут, ей было на это абсолютно плевать. Она так сильно обиделась на мать, настолько, что и правда была уверена, больше она никогда сюда не вернется. Её абсолютно не волновал тот факт, что придётся скитаться в глуши, дожидаясь автобуса, лишь бы не видеть мать и опостылевшую деревню. Она долго шла в сторону автобусной остановки, плача навзрыд. Обида не хотела отпускать, напротив, она лишь нарастала. Тот день оказался одним из худших дней в жизни Лены. И хотя ничего критичного не произошло, Лена чувствовала себя самым несчастным человеком во всем мире.
Она вернулась в большой город и постаралась о своем происхождении забыть навсегда. В последующие годы жизнь Лены била ключом. Наивные подростковые мечты о том, чтобы сделать матери ремонт, остались в далеком прошлом. Теперь Лена думала лишь о себе. Она продолжила работать в отделе косметики, увлекаясь искусством наложения макияжа и часто красила подруг на свидания и другие важные мероприятия. Со временем Лена съехала из общежития и сняла себе квартирку. Она жила жизнью свободной, независимой городской девушки. Ходила на концерты, в кино, каталась зимой на лыжах и коньках и любила гулять по вечерам с подругами. У Лены было много ухажеров, и пару раз её даже звали замуж, но Лена всегда отказывалась. После настойчивости матери у Лены словно развелась аллергия на брак. Она любила ходить на свидания, была не против мужской компании, однако ни о каком замужестве не могло идти и речи. Лена была счастлива. И хотя о маме она часто думала, она не позволяла этим мыслям слишком уж портить её жизнь.
В 1990 году Лена повстречала мужчину своей мечты. Он был вокалистом знаменитой музыкальной рок-группы, кассеты которой Лена дослушала до самых дыр. Они познакомились после их концерта, и между ними сразу вспыхнула страсть. Лена была вне себя от радости. Такой знаменитый, и безумно крутой музыкант обратил на нее внимание. Они провели вместе все то время, что он пробыл в Свердловске. Им было хорошо вместе, но не более того. Он, как и сама Лена, не спешил связывать себя какими-то обязательствами. Он был музыкантом, художником, творцом. В общем, свободным человеком. Лену такие временные отношения более чем устраивали, и та пара недель её жизни оказалась навсегда в памяти, как одна из самых счастливых. Группа уехала, а Лена осталась в любимом городе.
Но осталась не одна. Через пару недель после их отъезда она узнала, что беременна. Лена и не думала расстраиваться. Она очень обрадовалась такой новости. Подруги крутили пальцем у виска, мол, ты должна его найти и сообщить ему об этом. Но Лена не видела в этом никакого смысла. Она и без этого хотела ребёнка, тем более ей по возрасту было давным-давно пора бы забеременеть. И она была рада, что забеременела именно от него. Она знала, что он никогда не доставит ей проблем. Тем более, что он о ребёнке и не узнает. Лена начала готовиться к рождению младенца, и даже тяжёлые в стране времена её не волновали. Она мечтала о том, что родит малыша, похожего на его отца. Надеялась, что ребёнок будет таким же творческим, может, он тоже станет музыкантом. Пока подруги в открытую осуждали Лену, мол, такого мужика упустила, она счастливая, готовилась к родам.
Лена родила в 1991 году девочку, которую назвала Алисой. Времена были тяжелыми, но Лена сумела удержаться на плаву. С того момента, как Лена покинула родную деревню, прошло много лет. Она убегала в Свердловск, а отныне жила в Екатеринбурге. Времена сильно изменились. Наблюдая за тем, как растет дочь, Лена поняла важную вещь - нужно расти и ей. Не вверх, конечно, и не дай бог вширь, а в личностном и, разумеется, в финансовом плане. На скопленные деньги ей удалось купить квартиру на окраине города, и тогда Лена бросила работу в универмаге. Уже взрослая, давно самостоятельная, она трезво оценила ситуацию в стране и поняла, что самое время развивать свой бизнес, и даже не думала над тем, каким именно он должен быть.
Как только Лене помогли устроиться на работу, сразу после того, как она познакомилась с миром косметики, она осознала — это ее тема. Лена просто обожала макияж. Любила не только декоративную косметику, но и уходовую. Она любила не только краситься, но и изучать состав того или иного средства. Нанося маску на лицо, она наслаждалась не только последующим эффектом, но и самим процессом нанесения. Иногда Лена даже шла на свидание с тем, кто ей не симпатичен, лишь для того, чтобы не пропадал хороший, красивый макияж. Как только Лена уволилась, она сразу поняла, чем должна заниматься в будущем. Косметикой. Перед Леной образовались два пути. Начать закупаться за границей и продавать на родине втридорого, или же запустить свою линию косметики.
Как по волшебству, именно в момент ее раздумий на Лену положил глаз один мужичок-химик. Вместе они решили заняться собственным делом. Ее ухажер занялся разработкой состава, а сама Лена занималась продвижением, бухгалтерией и прочими более приземленными делами. Работы было много. Лена не спала ночами, лишь бы это дело не прогорело. К тому моменту XX век уже подбирался к концу, а дочка Алиса вошла в самый возраст настоящей непоседы. Лене было трудно. Все деньги уходили в бизнес, и няню нанять Лена не могла. И вот, спустя столько лет, Лена поняла, самое время помириться с матерью.
Одним ранним утром, в самый разгар весны, Лена, взяв с собой дочь, поехала в родные края. Лена и Алиса вышли из машины, девчушка глубоко втянула воздух и восхищенно спросила:
— Мамочка, а где это мы? Это здесь ты выросла, да?
— Да, — тоскливо ответила Лена, всматриваясь в старый мамин дом. — Здесь я и выросла.
— Тут так красиво!
— Красиво? Алис, ты серьёзно?
— Конечно. А когда я познакомлюсь с бабушкой?
Лена набралась смелости, несколько раз глубоко вдохнула и взяла дочь за руку. — Сейчас. Пошли.
Лена и Алиса вместе зашли на участок. Лене было трудно смотреть по сторонам. Словно не было всех этих лет, в этом месте время как будто остановилось. Всё было такое же старое, обшарпанное. Сердце Лены сжалось от тоски. Держа дочь под руку, она постучала во входную дверь. Через пару минут на пороге показалась Тамара Георгиевна. Сгорбленная старушка прищурилась.
— Вы кто?
— Мама, это я, — прошептала Лена.
Глаза Тамары округлились. Она выпрямила спину настолько, насколько могла, и перевела взгляд на Алису.
— А это...
— Твоя внучка, — кивнула женщина.
Тамара ахнула. — Внучка… И ты нас знакомишь только сейчас? Лена, а где твой муж?
Лена поджала губы.
— Пустишь нас? Я приехала просить тебя о помощи.
Тамара Георгиевна высоко подняла брови.
— Заходите, раз уж приехали.
Продолжение :