У Корочи помимо Мичуринской улицы, есть и посёлок Мичуринский. Мы сплошь мичуринцы
Виктор Рубцов, специально для: Григорий И. Дзен
Окончание. Начало: 1. Запретный плод Балабанова | Григорий И. | Дзен
Нет, я изредка беседую не только с умным компьютером, развесившим интернетовские сети. По большим праздникам, когда расположенность к общению превалирует, общаюсь и с умными людьми. А люди у нас ой какие умные, потому что безграмотность искоренили сразу же после Гражданской войны. И всё про всё хорошие люди знают. Вот только не могли мне сразу объяснить, где Балабановское Никольское. Оказывается, Афанасовский хутор Никольское это всего лишь тёзка того хутора, на котором жил наш практический создатель гимна Корочанскому яблоку. Он, Балабановский хутор, оказывается, действительно в двух шагах от города, только в противоположную сторону. И называется сейчас посёлком Искра.
Узнал я это от хорошего, доброго и умного краеведа, метеоролога и историка Василия Васильевича Потапова, написавшего и издавшего в Курске в 2023 году книгу «Балабановы. Хроника семейства в восьми поколениях: XVIII–XXI вв.» И он уже не юнец, за 70 перевалило. Но в отличие от нас, старых выцветших перцев, выращенных на фермах страны начиная ещё с первой половины прошлого столетия, он родился уже во второй половине прошлого века. Прошлого века, уважаемая читающая молодёжь. Во второй половине – значит, ближе к вам. Прошлый век, выходит, не совсем забыт, и есть надежда, что когда-нибудь кончится у нас зуд переименовательства. И вспомнят тех великих неприметных людей, как Михаил Софронович Балабанов, усердствовавших не ради собственной славы, но отчизны для.
Автор и его своевременная книга о весьма нужном отчизне семействе Балабановых
У книги скромный тираж 300 экземпляров. Книга увлекательнейшая и повествует о Балабановых, начиная ещё со слободы Стрелица Корочанского уезда. Мне в районной библиотеке выдают по настоятельным просьбам такие раритеты. Остались ещё у нас библиотеки, едва ли не единственное, что осталось доступным после советской власти. Балабанов не дырявил атмосферу из личного пистолета, когда у него в 1918 году сад и имущество были национализированы, и он вынужден был вместе с семьёй покинуть своё имение под Корочей. При советской власти его знания были востребованы, он трудился по своей специальности в разных местах до самой кончины. Все его потомки, которых не мало, живут и трудятся в России. Одно исключение – пианистка мирового уровня Ольга Пушечникова-Керн живёт в Америке и её слушают в крупнейших залах мира. Это веточка от сестры Михаила Софроновича – Пелагеи, которая переписывалась с П.И. Чайковским и повела на самых высоких нотах музыкальную линию от Корочанских яблочек.
Усадебный дом М.С. Балабанова в Никольском, теперь Искре, с цивилизационным следом – газопроводом – налицо
Не раз уже побывал в Искре, бывшем хуторе Никольском, рядом ведь, радость для прогулок. Основная улица названа именем Балабанова. Про носителя имени свои соседи подзабыли, пришлось с названием улицы писать на знаке чуть не всю его биографию. Почему хутор Никольский? Потому что церковь рядом расположенного села Поповка называлась просто Николаевской. Хотя была двупрестольной – во имя Святого Николая и Святого Благоверного Александра Невского. Много поселений носит имена от стоявших в них церквей. Сколько у нас по стране Никольских? Не счесть. Но два Никольских достойны особого преклонения: поэта Николая Рубцова под Тотьмой и садовода Михаила Балабанова в Короче. И церквей многих теперь уже нет, и сёл. Но наша людская память никогда не угаснет. Надеемся, что будет восстановлен усадебный дом Балабанова и создадут в нём музей, посвящённый балабановскому яблоку.
Газифицированная всем на зависть улица Балабанова на хуторе Никольском (в посёлке Искра)
Возрождаются коммерческие сады и питомники. Набирает мощь аграрное предприятие «Корочанские сады». Там же, между Поповкой и Искрой (бывшим Никольским). Прошлая зима весенними заморозками больно ударила по яблочному урожаю. Выручили садоводы других областей. Меня удивило, что чаще всего на упаковках значился Ломоносовский район Санкт-Петербурга. Неужели садовые товарищества из-под Питера теперь всю страну снабжают яблоками?
Всплыла в памяти другая история, из которой явствует, что многократно чаще Балабанова в Короче называют имя учёного садовода, доктора наук, Николая Ивановича Кичунова. Достойный человек, родом из города Луга, что под Санкт-Петербургом. В 1892 г. был направлен в Корочанский уезд для устройства земских садоводческих учреждений. Выступал как хороший организатор, курсы садоводства и огородничества для народных учителей – его рук дело. Особой заслугой Николая Ивановича является создание Корочанской школы садоводства. В 1896 году Кичунов открыл при Корочанском земском питомнике первую в Курской губернии трехлетнюю школу садовых рабочих. Советский Герой Труда и прочая, и прочая.
Я не удивляюсь предпочтениям, Кичунов облачён званиями и регалиями, у него профессорские знания столичного человека. Тогда как Балабанов местный, без университетского образования, практически естествоиспытатель-самоучка. Но вот Гуйванюк, мой давный друг-сосед из рядом расположившегося было ненадолго государства, заявляет категорично. У Кичунова, мол, семьи не осталось, он умер в Ленинградскую блокаду. А у Балабанова потомков куча, вдруг станут требовать назад своё законное. Я своему другу всегда доверяю, у меня только каждый раз возникает вопрос, на сколько ему доверять сейчас, на треть или только на четверть. Хотелось бы закончить оптимистически бессмертными словами Маяковского: «Сочтемся славою – ведь мы свои же люди, – пускай нам общим памятником будет построенный в боях...» Но на этом месте всегда пресекаюсь, потому что несмотря на смекалку, инициативу и героизм мы непонятно чего построили. Если у вас есть ответ, вы – счастливые люди! Но если нет ответа, то тоже не несчастные, где наша не пропадала. И президент пообещал – нам всем будет место в раю!
Это интересно: