Родной берег 205
Настя снова провожала Алекса в поход, после чего её жизнь возвращалась в привычное русло: дом, работа, забота о маленьком Ванечке. Алекс только уехал, а она уже скучала. Однако, Настя не позволяла тоске завладеть собой — она точно знала, что лучшее средство от грусти — это занятость.
Днём она полностью погружалась в работу: новые клиенты, обработка заказов, финансовые расчёты. А вечером её ждало главное счастье — встреча с Ванечкой.
Как только малыш замечал Настю в дверях, он радостно тянул к ней пухлые ручки. Недавно он научился топать своими маленькими ножками и теперь с гордостью демонстрировал свои успехи. Пусть движения были ещё неуверенными, но он упорно шагал к Насте, а она ловила его, подбрасывала вверх, вызывая звонкий счастливый смех.
— Ну вот и всё, — с улыбкой говорила Кира, наблюдая за этой сценой. — Теперь ты для него важнее, чем я.
Настя ласково гладила малыша по голове.
— Ты же знаешь, что маму никто не заменит.
Кира только махала рукой, но в душе радовалась: её сын рос в атмосфере любви и тепла.
К концу недели усталость давала о себе знать. В субботу Настя чувствовала, как груз забот тяжело давит, требуется отдых. Она решила, что можно позволить себе небольшую вечернюю передышку, а в воскресенье снова отправиться к Кире.
Настя вздрогнула от резкого звонка. Спросонья она даже не сразу поняла, что это телефон, а не какой-то звук во сне. Сердце ёкнуло. Ранние звонки — это всегда тревога. Она подскочила, схватила трубку, даже не успев подумать, кто это мог быть.
— Настя!
Голос Киры звенел от волнения. Быстрый, сбивчивый, словно подруга пыталась сказать сразу всё и ничего.
— Что случилось? — Настя уже знала, что в такие моменты хороших новостей не бывает.
— У отца Петра… Фёдора Николаевича случился инсульт. Только что позвонили из его города. Нам срочно нужно ехать, решать вопрос с лечением, страховкой, документами и оплатой.
Настя окончательно проснулась.
— Кира…
— Няню я на воскресенье отпустила, — перебила она, словно боялась, что Настя ещё не поняла. — Ты же приедешь? Нужно, чтобы с Ваней кто-то остался.
Конечно, приедет.
— Я скоро буду.
Настя быстро оделась. Через пять минут она уже ловила такси, а ещё через двадцать стояла у двери Кириной квартиры, мысленно готовясь к очередному вихрю событий, который, как всегда, закружил её с головой.
Дома царил настоящий хаос. Пётр, нахмурившись, листал телефонный справочник, искал автопарк, где можно было бы взять машину напрокат. Кира металась по квартире — одной рукой она варила кашу для Вани, другой пыталась прибрать разбросанные вещи, одновременно давая Петру наставления.
— Поездом слишком долго, — объясняла она, мельком взглянув на Настю. — Нам нужно быть там, как можно быстрее. Без нас вопрос с оплатой не решат. Скорее всего, понадобится ещё и сиделка.
Настя молча кивнула, взглянула на Ванечку — малыш сидел в своём стульчике, сжимая в пухлых ручках ложку и с любопытством разглядывая маму, которая носилась по дому, как ураган. В такой ранний час ему нужно было еще спать, но видимо, звонки и разговоры разбудили его.
— Нам нужно вернуться к завтрашнему дню, — продолжала Кира. — У меня куча дел, и у Петра тоже. Ты сможешь остаться на ночь? Мы, скорее всего, вернёмся только под утро.
Настя посмотрела на подругу. Та выглядела напряжённой и взволнованной.
— Конечно, останусь.
Кира выдохнула с облегчением, схватила кофту и на ходу поправила причёску.
— Спасибо тебе, Настя. Без тебя было бы совсем тяжко.
Настя лишь кивнула. Она понимала, что в такой момент Кира нуждается не в словах, а в уверенности, что дома всё будет в порядке.
После их отъезда суматоха утихла, но день обещал быть непростым. Ванечка с самого пробуждения был не в духе — капризничал, требовал внимания, то тянулся к ней, то начинал хныкать, сам не зная, чего хочет.
Настя носила его на руках, напевала песенки, пыталась увлечь игрушками — ничего не помогало. И только долгая прогулка сумела его успокоить.
Однако, после дневного сна всё началось по новой.
— Что с тобой, родной? Животик? Зубки? Или просто такой день? — шептала она, прижимая его к себе.
Настя могла перевести дух. Она присела на диван, прислушалась к тишине и вдруг поняла, как сильно устала. Но отдыхать было некогда. Она привела в порядок детскую, вымыла посуду, поставила на плиту лёгкий ужин. В голове мелькнула мысль: вот каково это — быть матерью. Это не просто радость, это ещё и постоянная тревога, забота, бессонные ночи.
Вечером история повторилась. Ванечка снова плакал, никак не мог успокоиться, его личико то хмурилось, то кривилось от недовольства. На фоне детского плача в душе Насти тоже поднималась тревога. Она не находила себе места. И даже когда Ваня уснул, она еще долго лежала, не в силах сомкнуть глаз. За окном шумела улица, в подъезде хлопала дверь и слышались разговоры. Настя, которая раньше никогда не слышала всех этих звуков или просто не обращала на них внимания, вдруг обнаружила их присутствие и уверовала, что именно из-за них не может уснуть.
Сон был тревожным. Ваня тоже просыпался и опять плакал. И только к утру оба успокоились и провалились в сон.
Настя очнулась, когда солнечные лучи уже заглядывали в окно. Глаза слипались, тело налилось тяжестью, но времени на раскачку не было — часы показывали, что пора вставать. Она резко села.
Кира с Петром так и не вернулись…
Конечно, путь неблизкий, а дела могли задержать их дольше, чем планировалось. Но тревожные мысли не покидали Настю.
Когда пришла няня, Настя чмокнула Ваню в мягкую щёчку, убедилась, что всё в порядке, и поспешила на работу. По дороге её не оставляло чувство тревоги. Ведь Кира с Петром обещали вернуться к утру, а их до сих пор не было.
Настя периодически звонила домой, надеясь услышать знакомый голос. Но всякий раз трубку брала няня и отвечала, что хозяева пока не появлялись.
Настя кивала. Внутри всё сжималось от неизвестности.
К полудню беспокойство переросло в страх. Мысли путались, работа выполнялась на автомате, но в голове пульсировала одна мысль: почему так долго? Что могло случиться?
Каждый звонок в салоне заставлял её вздрагивать. Она бросалась к телефону, надеясь услышать голос Киры, но звонили клиенты или те, кто хотел ими стать.
В какой-то момент Настя поймала себя на том, что просто сидит, сжимая трубку в руках. Она медленно положила её и крепко сцепила пальцы.
Телефон зазвонил снова. Она взяла трубку, ожидая услышать чужой голос, но на том конце была няня.
— К нам пришла полиция… — голос ее дрожал. — Хозяева попали в аварию… Приходите скорее…
Настя почувствовала, как холодеют руки.
— Что?! — сердце заколотилось в груди.
—Полицейский говорит, что вам надо прийти домой…
Мир вокруг покачнулся.
Как-то машинально она сорвалась с места, на ходу бросив Изабелле:
— Я… мне нужно уйти! У подруги случилось несчастье!
Настя не помнила, как поймала такси, как добралась до дома Киры, как взбежала по лестнице — всё было словно в тумане.
Дверь в квартиру была приоткрыта. В гостиной сидел полицейский. Ванечка плакал при виде незнакомца, няня безуспешно пыталась ребенка успокоить.
Настя схватила мальчишку, прижала к себе.
— Тшш… Ванечка, я здесь… Тихо, всё хорошо.
Он всхлипнул, уткнулся ей в плечо и сжал кулачками её платье.
Полицейский внимательно посмотрел на Настю.
— Кем вы приходитесь ребёнку?
Настя сглотнула, голос не сразу её послушался.
— Я… я его крёстная. Близкая подруга Эммы… Что с ней?
Мужчина отвёл взгляд.
— Мне жаль… Нам сообщили, что на обочине найдена машина. Видимо, супруги ехали на большой скорости и на крутом повороте машину занесло. Скорее всего авария случилась перед рассветом, в ста километрах отсюда. Пассажир и водитель не выжили. Возможно, у мужчины был небольшой опыт вождения?
Настя покачала головой.
— Я не знаю…