Да, иногда они выражаются вполне определённо. КС РФ вынес весьма интересное постановление, которое, скажем, ещё полвека назад могло быть только в фантастических романах и повестях.
Вот оно:
Помнится, похожее дело, ещё и усложнённое суррогатным материнством, было: тогда постмортальное зачатие было ещё и сопряжено с тем, что оно было постмортальным не только со стороны отца, но и со стороны матери. Там вообще встал вопрос: а чей ребёнок-то?
Между прочим, с суррогатным материнством тоже не всё просто:
И тут же: а допустим, что суррогатная мать это вообще устройство-инкубатор, а не человек...
О, я отлично помню, как улыбались мои коллеги, когда я распространялся на тему «А допустим, что...»! Далее шли всякие, как моим коллегам представлялось, фантастические предположения и попытки выстроить правила для них.
А допустим, что фабрика производит продукт вообще без участия человека.
А допустим, что речь идёт о гибриде человека и высшей обезьяны.
А допустим, что дельфины — лица.
А допустим, что поселенцы на Марсе изменились настолько, что причислять их к тому же виду, что и нас, как минимум, неверно...
А допустим. что музыку сочинила ЭВМ...
Вот ведь фантазёр! делать ему нечего... Ну да, все заняты серьёзным «здесь и сейчас», а тут нашёлся остряк-самоучка.
Среди моих предположений, между прочим, было и такое:
«А допустим, что ребёнок родился через много лет после смерти его биологического отца...»
Ха-ха-ха!
И вот оно — нате!
Сразу: да, КС РФ в данном постановлении прав, однако возьмусь показать, что не правы были суды, которые рассматривали дело. Тем более, что как «остряк-самоучка» «в порядке общего бреда» я эту ситуацию так-таки рассматривал.
Итак, что мы имеем из установленных и никем не оспариваемых фактов (пишу так, поскольку мы тут вовсе не будем проводить всякие сложные экспертизы, которые, к слову сказать, к правоведению никакого отношения вообще не имеют):
- ребёнок биологически есть дитя именно того человека, который назван отцом
- ребёнок зачат после смерти отца (не важно — через пять минут или, скажем, через десять лет)
- ребёнок родился и жив
И тут вопрос: должны ли выплачивать в связи с этим пенсию по потере кормильца?
Суды, рассматривавшие дело, сочли, что нет, поскольку умерший отец никогда на иждивении ребёнка этого не имел, а его зачатие произошло заведомо после смерти отца и, следовательно, его мать (вот тут внимательно!) не могла рассчитывать на указанную пенсию, зачиная ребёнка, так как достоверно знала, что её муж умер.
В чём тут ошибка судов, даже и при том, что «а допустим....», что КС РФ не выносил указанного Постановления вообще?
Ошибка состоит в неверном применении законодательства. Суды как истолковали закон?
- Право на пенсию по потере кормильца имеет право выживший родитель, опекун или попечитель ребёнка.
- Пенсия по потере кормильца выплачивается только в том случае, когда ребёнок уже был на иждивении умершего.
- Мать, зачиная ребёнка, отдавала себе отчёт, что никакого кормильца, то есть лица, на иждивении которого находился бы ребёнок нет.
И то, и другое, и третье — в принципе неверно.
Во-первых, начнём с того, что в законодательстве нигде не сказано, что только в том случае, когда ребёнок был на иждивении умершего, выплачивается пенсия по потере кормильца.
Там сказано иначе.
Там сказано, что
если такое случилось и лицо, на иждивении которого находился ребёнок, умерло (кстати, а если пропало без вести, например? тоже, скажете, фантастика «от делать нечего»?),
то выплачивается конкретная категория пенсии.
Но из того, что если мы имеем неяловую корову, то мы можем получать от неё молоко, никак не следует, что только от неяловой коровы мы можем получать молоко. От козы или овцы тоже, между прочим, можем. И от верблюдицы, от кобылы... от ячихи... Не верите? А вот так! Так что представить себе молоко без коровы вполне можно, вопреки утверждению в пародии на лектора из общества «Знание». Можно даже представить себе и соевое или рисовое молоко.
Тут простая логика: если нет прямого указания на исключительность условия в законе, значит, правило не носит исключающего характера пока и поскольку оно касается прав и свобод граждан или прав человека и основных свобод. Почему? А потому что самой Конституцией РФ запрещено таким образовать толковать закон, чтобы умалять или ущемлять такие права и свободы, а перечень случаев, когда это конституционное правило не применяется, как раз именно исчерпывающий.
В лучшем случае суды были обязаны констатировать, что подобной ситуации вообще не предусмотрено напрямую в законодательстве и... правильно! — применить аналогию права, а, как по мне, так именно закона. Сделали это суды? — Нет. Они продолжали механически цитировать норму законодательства, даже не вчитываясь в неё. Уверяю Вас, в этих судебных актах они понаписали ссылок на всякие нормы и даже цитировали их — «мама-не-горюй», но хоть кто-то из судей внимательно, дословно, вот прямо так, как написано (а не как звучит в его сознании!), прочёл то, что они цитировали? Уверен, что нет. И вот с таким механическим применением те, кто работают в судах (но не только!), сталкиваются весьма часто.
А это — порок. Порок профессионала прежде всего как юриста.
Цитировать норму и применить норму не суть одно и то же. Равным образом как цитирование первого закона Ньютона не означает, что человек его применяет (кстати, а кто вспомнит — в чём состоит этот самый первый закон Ньютона? В средней школе, поди, все учились?).
Во-вторых, простите, а кто имеет право на пенсию по потере кормильца? Неужели выживший родитель, опекун или попечитель? А я-то по скудости своего мышления полагал всегда, что такая пенсия выплачивается не им, а... ребёнку. И да, это означает, между прочим, что вполне возможен публичный контроль над тем, как именно эта пенсия расходуется: на опекуна, родителя или попечителя или всё же в пользу ребёнка. Иными словами: да, необходимо контролировать, чтобы затраты на содержание ребёнка не были меньше, чем сумма указанных пенсионных выплат. Вот тут как раз и место ювенальной юстиции. Вот чем надо заниматься, а не кошмареньем людей и детей. Так, значит, надо и плясать с этого места: речь идёт о праве родившегося человека, а не о праве его матери, попечителя или опекуна.
В-третьих (это прямо связано с «во-вторых»), а какое вообще значение имеет то, с какими мыслями и сведениями зачинала ребёнка мать, если речь идёт вообще не о её правах, а о правах ребёнка? Разве сам ребёнок в состоянии вообще регулировать момент своего зачатия? Ну, если суды не в состоянии это понять... никто не возражает против приглашения в суд специалиста, который запросто может разъяснить, что момент зачатия вообще от субъекта, в пользу которого, собственно, и выплачивается пенсия по потере кормильца, не зависит. Хотя, полагаю, что сложно найти судью, который бы это не вполне понимал и без всяких специалистов. Так что отдавала себе отчёт мать или нет — вот абсолютно несущественный момент, который в данном деле даже и исследовать не надо, так как вопрос стоит вообще не о правах матери.
Ну и, наконец, последнее, может быть самое важное:
скажите, а почему ни одна из судебных инстанций не обратилась в Конституционный суд Российской Федерации, поставив под сомнение конституционность правила, которое они вознамерились применять... при указанных обстоятельствах? Откуда такая даже не профессиональная, а нравственная глухота?
Только не говорите мне, что это — такая экзотика, мол. Такое суды делали. И не один раз, между прочим. И не кто-то там в судебных эмпиреях, а прямо в суде первой инстанции, в районном суде, то есть как раз те самые судьи, которые ближе всего сталкиваются с людьми «на земле». Судья вовсе не обязан быть нелюдью. Почему судьи мытарили женщину с новорождённым столько времени? Вы же догадываетесь, наверное, что она писала множество бумаг и находилась в состоянии, мягко говоря, правовой неопределённости? Мне вот интересно — а этим судьям за подобное не стыдно?
А представляете — какие вопросы бы задали при отчёте этих судей вот по этому делу избиратели, если бы судьи были выбираемыми? Я как раз отлично представляю. И представляю себе блеяние в ответ на подобные прямо поставленные вопросы в такой вот ситуации.
Ну и в заключение: то, что КС РФ принял указанное постановление — замечательно. Но, как мне кажется, системные проблемы надо решать системным образом, а вот КС РФ принимает частные решения по частным вопросам и исключительно только в том случае. когда некто частный туда обратился. Между тем, ни за что не забуду фразу, которую обронил на квартире С.Б. Поливановой Г.П. Щедровицкий: «... потому что задачу можно считать решённой только в том случае. когда она решена в принципе».
Да, вот такой я экстремист.
PS Нет, всё-таки прав был И. Ефремов, описывая будущее, в котором дети — люди общества, а не люди своих родителей.
Эпилог и вопрос
И уже опубликовав статью, я вдруг заметил, что ведь КС РФ был формально, но крупно неправ. Сможете определить — в чём именно? (А ведь я уже подсказал!)