Долгое время считалось, что если ребенок имеет умственную отсталость, то ситуация в развитии является необратимой. Таких детей выделяли в отдельную группу, и развитие для нее подбирали по соответствующему маршруту. Педагоги тихо шептались: «Что тут дефект на уровне поражения головного мозга, и что вообще можно от таких ожидать, научить их как-то бытовым навыкам и слава богу». Программа обучения в принципе не предусматривала никакой работы с невропатологией, а обучение олигофренопедагогов выглядело весьма наглядно и примитивно, базируясь в основном на зрительное восприятие.
Сложно осуждать систему, ведь изначально она имеет в основе массовый характер, а каждый такой ребенок требует индивидуального подхода. Даже я в процессе написания уроков для разных по уровню развития восприятия и мышления детей формирую уроки, в которые включены все формы нарушений сенсорного восприятия, однако проводя урок с конкретным ребенком, понимая конкретный набор его дефекта делаю упор на нужные лично ему задания, остальные оставляя на профилактическую отработку с родителями. Здесь такого индивидуального подхода к сожалению не было. Да чего говорить, само значение патологии в принципе не изучалось, не делалось на него упор, ведь программы по обучению писали простые педагоги, часто даже не психологи, которые и близко не имели статуса клинических медицинских специалистов. В итоге всех особых и сложных детей, как стадо маленьких барашков гнали в далекое и не совсем светлое будущее, без какой-либо надежды на иной вариант судьбы.
Сегодняшнюю статью хочу посвятить механизму компенсации сложного дефекта, возникшего на фоне патологии развития головного мозга, либо полученного человеком по средствам травм или инсультов разной этиологии. Постараюсь быть наиболее наглядной и доступной, чтобы родители поняли принципы и базовые основы работы головного мозга и его восстановления.
Начнем! Сегодня один из моих учеников очень сильно меня порадовал. Этот мальчик не смотря на свой комплексный недуг достаточно хорошо поддается коррекции, а какого специалиста не радует видеть динамику своей работы. Но вернемся к сути. У моего ученика помимо основных недугов мышления есть выраженная зрительная предметная агнозия. В свое время чтобы компенсировать эффект эхолалии- динамической формы патологии и понимания речевой конструкции-семантической формы мы с ним ушли на словесно-логическое мышление и оттачивали обработку построения сложных суждений и умозаключений на слух. На зрительном же анализаторе у мальчика царил полный хаус. Он, глядя на два круглых колеса, не отличал очки от велосипеда, в небе у него летали крысы с лапами-крыльями, а поезд мчался по реке, и ничего его не смущало. Не мог он назвать персонажей на прямой картинке, определить, что они делают, про эмоции и серии динамических картинок вообще говорить не приходилось.
Меня всегда очень поражал вот этот стандартный маршрут дефектологов и психиатров вручить ребенку серию динамических картинок, уповая на то, что зрительный образ шифровать проще и доступнее. Да как бы не так, далеко не всем детям это дается проще, многим данный тест крайне усложняет жизнь и дает неверную оценку в диагностике. Но вернемся к сути. Сегодня я показала мальчику картину, где бабушка и дедушка в деревне, сидя за столом у окна, встревоженно и напряженно читают письмо. Мальчик определил персонажей, понял, что они делают даже отличил радость от тревоги на их лицах. А потом я спросила какое же здесь время суток? "Ночь"- ответил ребенок. "Почему ночь?"-Спросила я. "Мальчик указал на горящую свечку с иконостасом за спиной бабушки и ответил, потому что зажгли свет". - Он ошибся, так как в окне у стола было светло, но для меня это было не столь важно. Я была счастлива, что ребенок научился строить и проводить зрительные аналитические параллели, обрабатывать видимый поток, обосновывать свой ответ. Мы с мамой объяснили ему, что свечки перед иконой можно жечь в любое время суток, думаю мама наглядно покажет ему этот процесс.
Итак, что же такое компенсация недуга, почему ребенок со сложным дефектом, наконец, начал видеть и осознавать окружающую реальность? Для этого стоит обратиться к основам одной из ведущих отраслей психологии- системе гештальта. Три великих мировых психолога М. Вертгеймер, В.Кёлер и К. Коффка создали ее как продолжение системы психоанализа З.Фрейда дополнив ее идеями буддизма в системе идеи перерождения душ и наполнения жизненного опыта индивидуума на стыке процесса его взаимодействия и восприятия с окружающей агрессивной средой.
Да именно по этой системе создан знаменитый сериал Триггер, но мне как нейропсихологу интересен другой момент данной фундаментальной работы. Ученые изучили систему стимульного восприятия головного мозга, причем первые их работы были основаны на системе иллюзии. Думаю очень многие видели неподвижные черно-белые картинки, кажущиеся нам крайне активными и живыми, кривые линии на деле оказывающиеся ровными, два наложенных друг на друга изображения светлое и темное, определение того, что человек воспринимает в первую очередь. Такими тестами сейчас пестрят многие аналитические системы, я сама пользуюсь некоторыми из них для определения системы шизопатологии на основании неправильных зрительных ассоциаций мышления, когда больной человек видит изображение недоступное мозгу здорового. Но речь не об этом, главный вопрос, который задали себе ученые звучал так: "Почему это происходит?" Почему мы видим то, чего нет, или не должно быть. Ответ прост наш мозг выдвигает ассоциативную теорию, полученную по средствам обработки иных информационных источников. К примеру, мы привыкли, что на горизонте дорога сойдется в одну точку, именно эту идею мозг и переносит на две параллельные линии искажая процесс восприятия информации. Самый простой пример, это чтение текста, в котором все буквы перепутаны местами и сохранена лишь первая и последняя буква в слове. Однако несмотря на это, наш мозг прекрасно читает и понимает вроде бы абсурдный набор знаков, вот она система построения параллели от обратного. Слово и его значение записано на уровне внутренней речи и сличая с логикой и памятью даже искаженный восприятием поток мозг дорабатывает мыслительный шаблон, выстраивая корректные связи. Именно на этом принципе и работает вся система коррекции невропатологии мышления.
Представим себе ребенка с аутизмом. Вот наш малыш шатается без дела по комнате, он выглядит отрешенным и отстраненным, он словно здесь и одновременно далеко. Что-то он знает, что-то видит, но что конкретно он знает и видит он недопонимает, так как его восприятию мешает патологи различных участков головного мозга. Он пытается зацепиться за объект, провести параллель, но понимания и обработки информации нет на словесно-логическом источнике внутренней речи, ему сложно сознать окружающую реальность. Начинаем вытягивать такого ребенка. Даем ему буквы, обучили сливать их в слова и читать. (Важный момент здоровых детей мы учим читать от 5 лет, когда у ребенка пройдет и сформируется звукобуквенный анализ слова, больных учим читать от 2х от буквы и символа, на основании чтения этот анализ мы будем создавать искусственно.)
Вот мы научили ребенка читать. Теперь акустическая апраксия, так что формировала у ребенка процесс нарушения слухового восприятия и перемешивала поток слышимых звуков в бессвязную ахинею взята в узду буквенной последовательности. Теперь мы проворачиваем со слышимым потоком ту же тренировку, что наглядно видна при чтении слов с перепутанными символами, теперь мы можем опереться на базовые принципы компенсации.
Ребенок не понимает видимого изображения, дорабатываем через чтение и слух набор характеристик к видимым предметам, учим строить видимые параллели и вот искусственная обработка потока возвращает малыша в режим здесь и сейчас, он начинает просыпаться и осознавать окружающую действительность.
Сама система гештальтпсихологии, вооружившись данными механизмами пошла намного дальше. Она сделала упор на восприятие человеком ускользающей от его внутреннего психологического фона реальной картины происходящей действительности. Осознания своего места в данной картине. Места, что часто является для человека неприглядным и болезненным, скрытым от его внутреннего я. По средствам особых психологических приемов данная теория выводила таких больных на стык с конфликтом реальности, который мешал человеку жить. Она помогала преодолеть этот стык и принять его, каким бы сложным и болезненным он не был. Не напоминает работу в системе АВА терапии, когда ребенка с аутизмом выводят порой жестко и резко и по системе дрессировки с применением руководящего контроля на контакт с миром и пытаются адаптировать его к новым, доселе страшным и сложным условиям?
Я не очень люблю именно АВА терапию, не нравится мне ее не системность, отсутствие научной нейропсихологической базы, выход на проблему не от пораженного участка головного мозга и объема наслаивающихся узких патологий, а от поведения в целом, которое часто совершенно не дает нужного узкого маршрута в коррекции, а лишь адаптирует ребенка с тем что есть, дрессирует поведение, но не компенсирует сам дефект. Но стоит отдать должное, что родилась эта методика совсем не на ровном месте. Свои истоки она так же черпала в фундаментальных психологических работах. Однако гештальтпсихология никогда не писалась для людей с умственными отставаниями, в своей основе она имела цели проработать несколько иные механизмы восприятия относительно работы мышления и психологического интеллекта здорового человека.
Система психологии гештальта достаточно жесткая, к примеру в ней специалист имеет статус провоцирующего фактора и зачастую вызывает раздражение клиента. что собственно наглядно продемонстрировано в фильме. Применять ее для людей с аутизмом, даже на этапе хорошей компенсации патологии мышления и эмоциональной сферы весьма сомнительное предприятие. Однако ее доказанные принципы и основы прекрасно описывают механизмы компенсации и восстановления дефекта работы головного мозга и весьма применимы для многих иных психологических сфер.
Как же компенсировать сложный дефект ребенку. Ответ прост, нужно выявить пострадавший источник восприятия- сочетание сенсорных агнозий или апраксии, разработать обходной маршрут, сформировать обходной шаблон наполнения информации об окружающей действительности, дать мышлению опору на данный шаблон в моменте компенсации недуга и его коррекции. Натренировать неправильно работающий мозг на систему верного восприятия. Иными словами, научить глаза, видящие две ровные прямые воспринимать их сходящимися, или научить мозг воспринимающий некорректный слышимый поток слышать слово правильно с привязкой на знание тембра, темпа, буквенной и звуковой последовательности набора данного слова.
Надеюсь, статья была для Вас понятной.
Подписывайтесь на канал и ставьте лайки, буду Вам очень признательна.