Глава 15
Обычная газета, определила я. Не урожай, в горах обвал породы, затянувшаяся осень. Народ бедствует, налог подняли... Куда хоть, чем отдавать будут, если неурожай?
Ну и сплетни! В соседнем мире один из родственников короля готовится переехать сюда. Его назвали самым ближайшим по крови претендентом на трон. В качестве будущего наследника.
— Что?!
«Так», — я задумалась. А причем тут я? Или меня изгнали, потому что было непонятно, кто отец? Убрать с глаз долой. Да и тем более я ношу девочку, и она вряд ли сможет претендовать на трон. Но и вроде как королева беременна.
Или как раз это произошло из-за того, что я ношу девочку, а не мальчика?
Надо перестать об этом думать. Все равно мне это теперь вряд ли поможет.
Мне нужно думать о том, как выбраться отсюда. И вот мне кажется, если сюда едут гости, то можно попытаться уехать с ними. Хотя Альберт говорил про казнь, если я сбегу… Для чего меня надо стеречь?
Может это просто угроза, чтобы я и не пыталась сбежать?..
Пока я размышляла, замок ожил, из холла слышался женский смех. Но я не пошла, что-то мне кажется мне там нет места. Если я была фавориткой короля, в лицо меня знали все… И тем более стыдно сейчас показываться на глаза кому-то.
Но выйти пришлось, половина слуг тоже ожила голосами. Кто-то кокетливо хихикал, и незнакомый мужчина отвечал в тон девичьим голосам.
Мирт, показала комнаты для прислуги гостей, и, проходя мимо, заглянула ко мне.
— Для приготовления ужина мне нужна будет помощь…
— Иду, — буркнула я и пошла за ней.
На кухне меня загрузили чисткой овощей. Я села на стул, поставила ведро картошки, взяла несколько морковок и луковиц. Мирт, разделывала перепелок и курицу, ставя их запекаться в печь.
Картошку Мирт поставила вариться, а часть забрала на рагу, видимо, для нас, слуг. Я сделала все, что она мне дала, вымыла посуду, налила себе кружку теплого чая и села в уголок. Тепло здесь, и пахнет так вкусно.
В углу кухни стояла старая печь, ее стены были покрыты копотью, но она все еще служила верой и правдой. Я смотрела на огонь, который танцевал внутри, и чувствовала, как усталость покидает мое тело.
В кухню зашел Гавин и принес дров, снова ушел, занятый своими делами. Я почему-то не решилась выйти из своего убежища, Мирт, словно меня не замечала, занимаясь приготовлением ужина.
Но пришлось, Ерошка шепнул что служанки прибывшие с двумя леди, несильно прячась, полезли ко мне в комнату. Ну да, замки слугам не положены, что им прятать…
Я поднялась, и поспешила застать девушек за этим делом. Хотелось знать, что они там решили найти, эти несчастные монеты?..
— Хозяюшка, шаги приглушил, двери не скрипят, — помогал, как мог домовой.
Я открыла дверь и замерла на пороге. Места для третьего человека здесь действительно не было. Две девушки, не стесняясь, быстро и умело обыскивали комнату. Они проверяли каждую деталь: полки, шкаф, матрас и даже заглядывали в углы. Крышка верхнего чемодана была открыта, видимо, они что-то искали, но не нашли или уже забрали. Однако монеты были спрятаны в нижнем чемодане, и, кажется, его пока не трогали.
— Что вы ищете? Может, я могу помочь? — спросила я, пытаясь нарушить их сосредоточенность.
Девушки замерли и выпрямились, глядя на меня с вызовом. Одна из них хмыкнула и, проходя мимо, толкнула меня бедром. Я потеряла равновесие и упала на попу, больно ударившись.
— Не твоего ума дело! — грубо ответила первая, проходя мимо меня.
— Расскажешь кому-нибудь — получишь еще… Подстилка! — добавила вторая, демонстративно вынося мое зеркало из комнаты.
Я была так ошеломлена и напугана, что не могла вымолвить ни слова. Мои руки дрожали, а сердце бешено колотилось в груди. Что происходит? Кто эти девушки и почему они так грубо со мной обращаются?
Я поднялась на ноги и, стараясь не привлекать их внимания, тихонько отошла в сторону. Нужно было срочно что-то предпринять, но я не знала, что именно. В голове мелькали мысли о том, чтобы позвать на помощь, но я боялась, что это только усугубит ситуацию. Они выглядели так, словно им разрешили это сделать...
Вдруг одна из девушек обернулась и посмотрела на меня. В её глазах мелькнуло что-то зловещее, от чего по спине пробежал холодок. Она слегка прищурилась, словно пытаясь запомнить меня, и, не сказав ни слова, скрылась в одной из комнат.
Её подруга, с которой она до этого смеялась, тоже бросила на меня быстрый взгляд, полный презрения. Они продолжали хихикать, довольные тем, что произошло. Их смех эхом разносился по коридору, усиливая моё чувство одиночества и несправедливости.
Я закрыла лицо руками и снова расплакалась. Слёзы катились по щекам. Как они могли так со мной поступить? Почему они позволили себе подобное поведение?