С правдой антилиберализма мы разобрались.
Она в том, что либеральная демократия не является высшей и конечной формой организации человеческого общества. Социальная эволюция на ней не заканчивается и конец истории никогда не наступит.
Верно так же и то, что в своём самомнении либерализм и навязывает себя всем государствам, безотносительно степени социального развития и специфики национального характера проживающих в них народов.
Ложь же заключае6тся в том, что именно приверженность западным политическим идеалам – политическому плюрализму, транспарентности власти, терпимости по отношению к инакомыслящим, мигрантам и меньшинствам приводит к утрате культурной самобытности.
Мария Шмидт, ведущий идеолог из окружения Орбана (не пойму, как венгерская еврейка, почти Мадлен Олбрайт, оказалась в рядах удмуртских националистов) так формулирует требование современных антилибералов:
«Мы не хотим делать то, что делают немцы и французы. Мы хотим жить своей жизнью»
Ну так живите, кто вам не дает? ЕС? Вы сами в него просились, потому что только единое европейское экономическое пространство позволяет держать высокий уровень потребления.
Из слов Шмидт следует, что у народов есть только один способ «зажить своей жизнью» – отказаться полностью или частично от политических свобод и человеческих прав.
Но стала ли Россия более русской от того, что российская элита абсолютно непрозрачна и мы фактически до сих пор не знаем человека, который уже как четверть века ведет страну неизвестно куда (а потому что не снисходит до демократических процедур типа дебатов кандидатов в президенты)? Вопрос риторический.
Критикуя политические косяки и перекосы либерализма, наши борцы с мировым злом борются со следствиями, а не с причиной «токсичности» либерализма.
А причина лежит в принципах организации экономики современного капиталистического общества, в пресловутом обществе потребления.
Совсем кратко: для снижения социальной напряженности и избежания всякой экспроприации, капитал перенес основную сбытовую активность с рынков внешних на рынок внутренний. Это привело к его насыщению и резкому росту благосостояния населения. Более того, для увеличения емкости этого рынка, капитал сам оказался заинтересован в росте потребления (и способности потребления) населением своих товаров.
Результатом является контроль капитала не только над производством, но и над потреблением товаров (перевожу – контроль не только над рабочим, но и над свободным временем людей), создание (и последующее удовлетворение) искусственных т.н. невынужденных потребностей, превращение потребления даже не в удовольствие, а в смысл и цель жизни.
Именно общество потребления (универсальное для всех развитых государств) и дает тот нелюбимый антилибералами тип человека с усредненной национальностью, гражданственностью и полом, который они ставят в вину политической системе демократии.
Можно сколько угодно проводить уроки о главном или пугать друг друга мигрантами, но как только под угрозой окажется радость потребления, все высшие доводы будут забыты.
Поэтому весь этот традиционализм, почвеннический национализм, ксенофобия и даже гомофобия – это всё относится ко лжи. Современный антилиберализм во всех вариантах сохраняет первопричину деградации человека Европы – общество потребления.
Это особенно бросается в глаза по сравнению с антилиберализмом прошлого века. Если возьмем три главных альтернативы – коммунизм, национал-социализм и фашизм – каждая из них предлагала своё вариант экономического устройства.
Да, даже фашизм предлагал довольно интересный проект корпоративного государства с мощным рабочим контролем над производством.
Современный антилиберализм поднялся на демографической панике 2015-2018 гг., когда в Европу хлынули толпы африканских и азиатских беженцев. Кстати, никогда не задумывались, зачем Путин поддержал безнадежный режим Асада? Да-да, именно чтобы кровопролитие продолжалось и люди продолжали ломиться в перепуганную Европу.
Однако сегодня паника (вместе с потоком беженцев) постепенно сходит на нет и фальш популистов-«антилибералов» становится очевидна.
Поэтому и закачались кресла под Фицо, Вучевичем, даже гуру антилиберализма – Орбаном. Поэтому право-популистская партия "Право и справедливость" в Польше привыкает к роли системной оппозиции.
Случай России гораздо более запущенный. И по срокам, и по симптоматике.
Моментом истины станет выход из горячей фазы конфликта с Украиной. Как поведут себя элиты и общество после спада милитаристского угара, когда придет время подсчитывать и осмысливать. Когда Цезарю придется как-то объяснять не только начало, но и конец войны. И ее цену.