В сегодняшней заметке речь пойдет сразу о трех зданиях на Большой Ордынке. Они стоят отдельно друг от друга и, казалось бы, ничем не связаны. Кроме, если вчитаться в их историю, имени одной из своих владелиц, и эта владелица имеет прямое отношение к купеческой фамилии, которая в моих рассказах звучит, вполне вероятно, чаще большинства других.
Я начну с дома, который стоит дальше по моему маршруту, а затем немного вернусь назад, ближе к тому месту, о котором писал вчера.
Дом №41 по Большой Ордынке и он же №24 по Малой, построили в самом начале девятнадцатого столетия по проекту неизвестного архитектора, предварительно объединив для создания довольно-таки обширной усадьбы два земельных участка. Сегодня…
…Ее признают самой красивой, торжественной и богатой усадьбой всей улицы
Ее владельцем сделался потомственный дворянин, майор Алексей Никитич Киреевский с семейством.
При этом первый участок земли под усадьбу он приобрел аж в 1770-е годы, вскоре после того, как утихла в Москве эпидемия чумы.
В пламени Отечественной войны дом сгорел, и к 1821-му его перестроили уже в нынешнем виде, с торжественным портиком из шести коринфских пилястр и треугольным фронтоном – в стиле ампир, который победившая француза Россия так стремительно начала перенимать у побежденной Франции («Empire» – «имперский» на языке Наполеона).
Киреевские владели усадьбой до 1835 года. Затем имение перешло в руки малоизвестной купчихи, а в 1875 году его…
…Приобрели Тимофей Саввич Морозов и его жена Мария Федоровна
Правда, некоторые историки рассказывают, что усадьбу Мария Федоровна купила втайне от всей родни и чуть ли не против воли мужа – старообрядца весьма строгих правил и взглядов. Покупка была сделана в качестве подарка дочери Анне Тимофеевне. Та свою первую часть жизни прожила затворницей, выходя в свет буквально по нескольку раз в год. А выйдя замуж, стала поистине многодетной матерью – за всю семейную жизнь она принесла своему мужу пятнадцать (!) детей.
Девушка поступила на Высшие женские курсы, по завершении которых должна была стать учительницей. И вот на одном вечере, что устраивался в Благородном собрании, она познакомилась с будущим историком Геннадием Федоровичем Карповым, человеком совсем небогатым и скромным. Тогда еще и мысли не было, что в будущем он сделается профессором Московского университета, одним из лучших специалистов по истории Малороссии, а их будущий сын Тимофей Геннадьевич – сотрудником великой княгини Елизаветы Федоровны.
Но отец – известный купец и, повторюсь, человек строгих религиозных и моральных взглядов – брак не одобрил. Тогда девушка набралась храбрости и бежала из дому. Родители в конечном итоге смирились и дали благословение на брак.
Этот дом и стал их семейным гнездом – достаточно великим, чтобы вместить такую ораву детей. Правда, спустя десять лет пришлось увеличить и его.
(7 фото)
В 1885 году архитектор Адольф Николаевич Кнабе добавил справа от главного усадебного дома новую пристройку. А в 1909-м дом реконструировали снова, теперь уже по проекту Михаила Федоровича Бугровского. Известный скульптор Сергей Тимофеевич Коненков, трудившийся в Марфо-Мариинской обители, о чем я писал недавно, создал для усадьбы Карповых новые скульптуры. А интерьеры в доме в том же году обновили в соавторстве два гениальных архитектора – Федор Осипович Шехтель и Иван Сергеевич Кузнецов.
Вестибюль, парадную лестницу и комнаты второго этажа оформили в неоклассицизме, а столовую Шехтель устроил в своем любимом модерне. Её главным украшением стал огромный камин с резными колоннами и майоликой. Стены обвил лепной фриз из цветов, масок сатиров и изображений химер, обезьян и попугаев. А над камином разместилось деревянное панно «Пиршество» работы Коненкова.
- Кстати сказать, раз уж я упомянул в одном предложении Федора Осиповича и скульптора Коненкова, вспомню на минутку особняк Морозовых в Подсосенском переулке. Некоторые москвоведы-любители полагают, что атлантов на его фасаде также создал Коненков. Правда, это маловероятно, потому что когда строился дом и на нем появились те могучие бородатые мужи, скульптору было всего пять годиков. (А вот над интерьерами дома одновременно с Шехтелем тот действительно мог потрудиться.)
Мой же сегодняшний архитектурный герой помимо всего прочего…
…Превратился еще и в художественный салон
Морозовы всегда были меценатами, покровительствовали искусствам и слыли известными коллекционерами. И супруга Федора Геннадьевича, одного из пятнадцати детей Карповых, Маргарита Давыдовна, к слову, сестра Саввы Морозова, не отстала от семейных традиций. Она устроила в родительском доме салон, частыми гостями которого бывали Михаил Александрович Врубель, Константин Алексеевич Коровин, Валентин Александрович Серов, Антон Павлович Чехов, Петр Ильич Чайковский и Константин Сергеевич Станиславский.
Но и это не все. Помимо обширной усадьбы возле Иверского храма, Анна Тимофеевна Морозова приобрела на Большой Ордынке…
…Еще два дома
В итоге у Карповых получилась довольно-таки любопытная и совсем необычная усадьба, чьи постройки разделены между собой вполне большим расстоянием и даже стоят по разные стороны улицы.
Это дом № 38, бывший левый флигель городской усадьбы купца Кирилла Ивановича Лебедева, в котором новая владелица, на тот момент уже вдова, устроила меблированные комнаты (7 фото)
и дом №36 – правый флигель той же усадьбы, в 1913 году перестроенный по проекту архитектора Ивана Андреевича Германа (9 фото).
И в этом доме Анна Тимофеевна поселилась сама после того, как в 1917-м все имущество Карповых-Морозовых национализировали. Ей позволили прожить в одной из его квартирок до самой ее кончины в 1924 году.
Сегодня в этом доме располагается Елизаветинская гимназия Марфо-Мариинской обители.
А в главном усадебном доме находится Институт корпоративной реформы.
* * *
Большая и искренняя благодарность каждому, кто дочитал статью до конца. Буду рад вашим комментариям, лайкам и репостах статей в ваших любимых соцсетях.
И конечно, не пропустите новые истории, ведь продолжение следует!