Родной берег 195
Настя давно не видела Киру такой: взволнованной, оживлённой, искренне счастливой. Утром она быстро жевала булку и рассказывала о вчерашней встрече.
— Он приехал ко мне на два дня, —Кира сделала глоток ароматного кофе. — Остановился в гостинице, не хочет идти к тёте и слышать о ней не желает.
Настя молча слушала, нервно вертя в руках ложку.
— Хочет устроить выставку здесь, в Нью-Йорке. Говорит, что будет искать талантливых художников, чтобы собрать лучшие работы. Но здесь вряд ли получится, аренда залов дорогая.
Настя кивнула, но не прервала её.
— А ещё… — её губы растянулись в счастливой улыбке. — Говорит, что скучает. Что хочет быть со мной.
— Это прекрасно, Кира, - Настя решила поддержать подругу.
— Правда? — Кира пристально посмотрела ей в глаза, словно пытаясь увидеть то, о чем Настя молчит.
— Главное, что ты счастлива.
И это было чистой правдой. Кира сияла. Она была другой — лёгкой, беззаботной, словно сбросила с плеч груз ожидания, тоски и разочарований.
Оба дня, пока Пётр был в городе, Кира возвращалась домой под утро. Настя не расспрашивала, не пыталась узнать лишнего. Она знала: если Кира захочет, то расскажет сама.
Потом Пётр уехал. И всё изменилось. Весь вечер она просидела в комнате, не произнеся ни слова. А потом расплакалась. Настя растерялась. Видеть Киру плачущей было чем-то из ряда вон выходящим. Она привыкла к её бодрости, уверенности, бесконечным шуткам.
— Ну-ну… — Настя осторожно положила руку ей на плечо. — Перестань, Кира.
— Он уехал… — всхлипнула она. — А я осталась.
Настя тяжело вздохнула.
— Знаешь, мне приходится ждать Алекса месяцами. И я жду.
Кира подняла на неё заплаканные глаза.
— Но он… он же придет.
— Пётр тоже приедет.
— Когда? Иногда мне кажется, что он со мной играет. Потом ему это надоест и он меня бросит.
- Если бросит, значит не любит. Тогда зачем он тебе?
Эти слова сподвигли Киру опять удариться в слёзы.
- Не плачь, время покажет.
Настя замолчала. Кира смахнула слёзы, судорожно вздохнула и пробормотала: Я просто хочу, чтобы он был рядом.
Настя обняла подругу, не зная, что сказать. Она тоже хотела, чтобы было именно так.
Время медленно отсчитывало дни. Вечера проходили за тетрадями, карандашами и бесконечными попытками Киры полюбить буквы. Иногда ей это удавалось. Порою она раздражённо захлопывала тетрадь и объявляла, что сегодня точно выходной. Но Настя знала, что через день-два подруга снова вернётся к занятиям.
— Ну, читать ты уже умеешь, — однажды сказала Настя. — Теперь осталось научиться писать.
Кира картинно закатила глаза.
— Я и так пишу, как настоящий профессор!
— Как профессор, который впервые взял в руки ручку, — засмеялась Настя.
Однажды вечером Кира задумчиво спросила:
— Когда вернётся твой Алекс?
Настя сразу улыбнулась:
— Через месяц. И мы, наконец-то, увидимся.
Кира отложила карандаш:
— Мне надо искать квартиру.
— Ты ещё можешь пожить здесь месяц. Мы ещё успеем поучиться.
— Да ну тебя с твоими уроками! — Кира махнула рукой. — Вы будете праздновать свадьбу?
Настя пожала плечами.
— Не знаю. Алекс ничего не говорил. Мы вообще не обсуждали это.
Кира хитро прищурилась:
— А где его родители? У него случайно нет такой тётушки, как у Петра?
Настя рассмеялась:
— Нет, кажется, у него нет такой. Он только говорил о маме. Она живёт далеко отсюда. Он редко её видит, но помогает деньгами, пишет письма. Это всё, что я знаю.
Кира довольно кивнула:
— И правильно. Вам такая тётушка ни к чему. Алекс хорошо зарабатывает, а тебе хватает твоей зарплаты. Мы же не барыни.
Обе расхохотались.
Настя вдруг подумала, как хорошо, что Кира снова рядом. С ней не просто веселее, с ней легче дышится.
--
Кира была дома одна, когда в дверь позвонили. Она взглянула на часы. Настя предупреждала, что сегодня задержится, но было рано, и Кира пока ее не ждала. «А вдруг это Петр?» — подумала она.
Девушка открыла дверь и остолбенела: на пороге стоял Алекс. В форме, с цветами в руках. Увидев Киру, лучезарная улыбка сползла с его лица, уступив место неприкрытому недовольству.
Взгляд Алекса становился суровым. Цветы, которые он держал в руках — нежные, аккуратно перевязанные лентой, точно такие, какие дарят любимым - совсем не сочетались со вспыхнувшей злостью.
— Мне Настю, — его голос прозвучал отрывисто, как будто он отдавал приказ.
Кира моргнула, заставляя себя не отводить взгляд.
— Её нет, — быстро сказала она. — Она на работе, у них там какой-то крупный заказ.
Она не знала, зачем добавила последнее. Возможно, ей просто было невыносимо стоять перед ним в гнетущей тишине. Алекс ничего не ответил. Только его глаза, холодные и внимательные, словно пытались прочитать в ней то, что было спрятано от чужих людей. Через секунды он молча развернулся и ушёл. Кира дрожащей рукой закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и закрыла глаза: «Ну и встреча».
Алекс шёл по улице, сжимая в руках букет. Его раздирали злость, раздражение, непонимание. Всё это бурлило в нём.
Ещё на корабле он представлял себе момент, когда откроется дверь, Настя бросится ему на шею, он будет обнимать ее и целовать. Но вместо Насти его встретила Кира. Человек, который предал Билла, его лучшего друга.
«И Настя пустила её в свою квартиру, живёт с ней под одной крышей,» - эта мысль сверлила голову, вызывая физическую боль.
«Почему Настю это не тревожит? Почему она не осуждает поступок Киры?» - Алекс глубоко вдохнул. Настроение было катастрофически испорчено.
Алекс шёл по улице, сжимая в руке букет. Он старался успокоиться, но злость внутри только нарастала. Какого чёрта она делает в квартире Насти? Он этого не понимал. Его мысли неслись по кругу, вызывая все большее раздражение. Когда он, полный радости, приехал к любимой, он представлял себе совсем другую встречу. А вместо этого он увидел Киру. Эту Киру. Самоуверенную предательницу.
Алекс остановился. Он понимал, что в таком состоянии не стоит идти в салон. Нужно было взять себя в руки. Он мог вернуть свое психологическое равновесие: морских офицеров обучали такой премудрости. Он глубоко вдохнул.
Чем ближе он подходил к салону, тем спокойнее становился его шаг, но внутри всё ещё кипело.
В салоне было оживлённо. Группа пожилых людей из соседнего городка пришла привести себя в порядок перед важной встречей. Алекс вошёл внутрь и сразу же увидел Настю. Она стояла у стойки, что-то записывала в журнал, слегка склонив голову. Волосы были собраны в аккуратный пучок, лицо сосредоточено. Она почувствовала на себе взгляд и подняла голову.
И в следующую секунду замерла.
— Алекс…