Одной из причин начала аграрных выступлений многонационального крестьянства Среднего Поволжья в годы Первой русской революции (1905–1907 гг.) стал нерешенный «земельный вопрос». «Демографический взрыв», произошедший в России в XIX – начале ХХ в. привел к значительному аграрному перенаселению, что в свою очередь способствовало быстрому уменьшению земельных наделов хлебопашцев. Это привело к парадоксальной ситуации – многие крестьяне в условиях экстенсивного хозяйства уже не могли прокормиться исключительно за счет сельскохозяйственной деятельности.
Это порождало социальное напряжение в деревне. В результате в крестьянской массе зрели ожидания о более справедливом распределении земли.
Одним из регионов, где «земельный вопрос» стоял очень остро был Буинский уезд. Здесь хроническое малоземелье усугублялось нерешенными земельными спорами между отдельными общинами и домохозяйствами. Особо остро этот вопрос стоял у татар. Большинство из них были потомками служилых татар, которые еще в XVII – начале XVIII в. за свой ратный труд получи от царя земельные поместья.
Несмотря на то, что со времени правления первого российского императора Петра I служилые татары Предволжья были фактически деклассированы и превратились в «лапотных мурз» (чабаталы мурзалар) несших лашманскую повинность по заготовке корабельного леса для строительства флота, они сохраняли за собой права на наследственные поместные земли.
Ситуация изменилась в конце XVIII – начале XIX в. В результате проведения Генерального межевания (мероприятия по установлению точных границ отдельных владений) земли разных сельских общин были объединены в «государственные дачи».
При этом на территории Буинского уезда землемеры проигнорировали наследственные земельные права служилых татар объединяя жителей разных деревень и разных сословных групп в общие «дачи», внутри которых земли уравнивались по количеству «душ» мужского пола. В результате служилые татары потеряли часть своих владений.
Свою лепту в обезземеливание служилых татар внесли и крупные русские помещики беззастенчиво захватывая «излишки» татарской земли, пользуясь для этого связями среди высшей российской бюрократии и отсутствием у татар правоустанавливающих документов на данные участки.
Нарушение земельных прав вызвали массовые судебные тяжбы.
Татары, помня заслуги своих отцов и дедов перед российским государством, их службу во благо Отечества, стремились доказать свое «высокое» положение и вернуть родовые владения.
В результате, в ходе многочисленных судебных процессов жителям многих татарских аулов удалось доказать свои земельные права.
В тоже время по разным причинам, часть земель осталось во владении новых хозяев. Не имея возможности законно вернуть их татары продолжали считать их своими владениями.
Начало революции 1905 года вызвало среди потомков служилых татар надежду на восстановление справедливости. В это время в некоторых деревнях Горной стороны отмечается акты самовольного захвата спорных земель. В ряде случаев эти акции сопровождались вооруженными выступлениями.
Бунт потомков служилых татар в Верхнем Каракитане
Один такой случай, приведший к трагическим последствиям, отмечается в д. Верхний Каракитан (совр. Дрожжановский р-н РТ). 25 июня 1905 г. жители этой деревни заняли участок спорной пашни и установили здесь для ее защиты вооруженный отряд. 26 июня чины уездной полиции и волостного правления прибыв сюда просят жителей прекратить «бунт», на что получают категорический ответ: «не оставим нашей земли, пусть расстреляют».
Понимая, что подавить организованное и массовое выступление небольшим отрядом сельской стражи в 21 человек не представляется возможным уездный исправник был вынужден отступить, а затем обратиться к губернскому руководству с просьбой прислать отряд казаков.
27 октября 1905 года он с усиленным отрядом сельской стражи, сельской администрацией близлежащих деревень, а также шестью сотней 13-го Оренбургского казачьего полка возвращается в Верхний Каракитан. Навстречу им вышло все взрослое мужское население аула, составлявшее в это время из 890 человек.
Бескомпромиссный характер позиции татар в отстаивании своих прав, подчеркивал их боевой настрой – большинство пришло вооруженное пиками, кольями, цепами, переделанными для колющих ударов косами, у некоторых имелось и огнестрельное оружие. Наряду с пешим отрядом у верхнекаракитанцев была и импровизированная конница из деревенской молодежи.
Для переговоров со стороны уездной администрации был отправлен исправник, начальники сельской стражи и казачьего отряда, от местных жителей – Рахматулла Ахметов (Киргиз) и Исмаил Фахретдинов. Разговор не получился и перерос в открытое вооруженное противостояние – был ранен верховой казак Гаврилов и старшина охраны Фокин. Татары бросились на казаков и стали их избивать, раздались выстрелы. Не выдержав шквального огня казаков верхнекаракитанцы были вынуждены скрыться в деревне.
В селении продолжилось вооруженное сопротивление, шла перестрелка между местными жителями и казаками. Но долго противостоять регулярным военным подразделениям крестьяне не могли и были вынуждены сдаться. В результате выступления серьезные ранения получили несколько казаков, были убиты: Зайнулла Кадиатуллов 30 лет, Халит Хасанов 60 лет, получили увечья Исхак Халитов 40 лет, Ибет Азисов 60 лет.
По решению Буинского уездного суда от 7 ноября 1907 г. за сопротивление властям к различным тюремным срокам были приговорены местные жители: Исмаил Фахретдинов, Калимула Ахметов, Валиула Сайфетдинов, Идиатулла Тохваткуллин, Сарезетдин Абубякаров, Рахматулла Ахметов, Сафа Измайлов, Фахретдин Баталлов, Валиулла Айзетдинов, Садык Салимов, Саразетдин Айнетдинов, Сабит Незаметдинов, Насыбулла Хайруллов, Садетдин Абейдуллов, Сенатулла Валиулов, Низаметдин Пейнетдинов, Зайнетдин Абузяров, Шайдулла Саммаров.
Так завершились события, вошедшие в историю под названием «Верхнекаракитановского бунта».
Публикация подготовлена по материалам Государственного архива Ульяновской области.