Перепуганный звонком Барсукова Павел примчался в редакцию через полчаса и буквально влетел в кабинет главного редактора.
- Уф, Олька…, - выдохнул он, увидев её ещё бледную сидящей за столом. – Ну, хоть вы, Василий Фёдорович, скажите ей, что нельзя же так…, - ни с кем не здороваясь, Павел подошёл к Ольге и встал за её спиной.
- Как нельзя? – переспросил главный редактор и строго посмотрел на супруга своей сотрудницы.
Глава 18
- Как? Как? Вдохновение на неё снизошло, видите ли. Не спит…, рисует по ночам…, - размахивал руками Павел. – А ей беречь себя надо, и не только себя…, - взорвался он.
- Паш, - попыталась остановить его Ольга, развернувшись к нему лицом.
- Что, Паш? Вот отвезу сейчас тебя в больницу…, положат на сохранение…, будешь там отдыхать, если по-другому не хочешь. А твою срочную работу отдадут другой художнице. Ты этого хочешь? – смотрел он в её глаза.
Мужчины, сидящие за столом переглянулись, поняли о чём говорит Павел.
- Не отдадут. Роман выйдет только с её иллюстрациями, - сказал незнакомый Павлу мужчина лет сорока пяти на вид. Павел посмотрел в его сторону. Он в это время складывал письмо.
«Наше письмо», - в голове Павла мгновенно произошла переоценка ситуации.
- Если нужно будет ещё что-то перевести, звоните, - вытащил он из визитницы свою карточку, и передал её вместе с письмом Ольге.
- Спасибо, - улыбнулась Ольга. Лёгкий румянец заиграл на её щеках.
- Из-за письма? – тихо спросил Павел, наклонившись к супруге.
Ольга в ответ кивнула.
Илья Анатольевич собирал рисунки в папку.
Павел помог Ольге встать из-за стола.
- С вашего разрешения, - посмотрел Павел на главного редактора - Она сегодня отдохнёт, а завтра приедет…
- Конечно, конечно, пусть отдохнёт, - согласился Василий Фёдорович.
- Ну, пойдём, - сказал он и вывел Ольгу из кабинета.
**** ****
Ольга сидела на диване, отрешённо смотрела в окно и молчала. За окном накрапывал дождь.
- Может, расскажешь, что произошло? – спросил Павел, передавая в руки супруги чашку горячего сладкого чая.
- Что произошло? – повторила она, забирая из его рук чашку. - Я не знаю, как тебе объяснить. Он закончил читать письмо..., и у меня всё поплыло перед глазами…
- Ты что-то видела? – спросил Павел.
- Нет. Чувствовала…, ну, как Анна…, чувствовала, что никогда больше его не увижу…, - по щекам Ольги покатились слёзы. Она их не смахивала, а они, скатившись, капали прямо в чашку. Ольга не замечала. – Я на телефон записала перевод. Послушаем вместе? – посмотрела она на него заплаканными глазами.
- Давай, послушаем…, - Павел взял с журнального стола её телефон и передал ей.
- Поставь на стол, - отдала она ему кружку, - потом выпью. В сумочке письмо…, принеси, пожалуйста, попросила она и уткнулась в телефон.
Через несколько минут они уже сидели рядом и, затаив дыхание слушали ровный голос Погодина, читавшего письмо. Павел обнимал её за плечи. Раскрытое письмо лежало у неё на коленях.
«Душевно преданный вам и безмерно любящий вас, Александр»…, - закончил читать письмо Погодин.
Павел притянул её к себе и поцеловал в висок.
Ольга выключила запись.
- Ты понимаешь, да, что на самом деле всё было совсем не так, как написано в романе, - спросила она.
- Понимаю, - кивнул Павел.
- Анна всё знала. Она была с ним…, но ей пришлось уехать. На лечение нужны были деньги. Она хотела быстро продать или заложить что-то, и вернуться, но не успела… Она его жена. А в романе Анна его любимая…, - говорила Ольга.
- Погодин Михаил Александрович…, - вертел в руках визитку Павел. – Он рассказывал, откуда появился у него этот сюжет?
- Он сказал, что работал с архивными бумагами Александра. Как они к нему попали, я не знаю. Сказал, что основой сюжета послужили эти бумаги, - ответила Ольга.
- Ладно, оставим пока Погодина в покое. Я сейчас позвоню Игорю. Ему же тоже интересно…
- Пригласишь его к нам? – спросила Ольга.
- Да. А что?
- Только без Любы, ладно? Я не хочу её сегодня видеть, - сказала Ольга.
Павел набрал номер друга и позвонил.
- Алло, - услышал он голос Игоря.
- Игорёк, привет, - сказал Павел.
- Привет. Ты меня опередил. Я тоже хотел тебе позвонить сегодня. Как ты? Как Ольга?
- Нормально. У тебя какие планы на вечер? Может, заскочишь к нам после работы, а? – спросил Павел.
- Ладно, ждите, заеду, - пообещал Игорь. – Паш, извини, другая линия…
- Ждем, пока, - сказал Павел и отключил связь. – Ну, вот, заедет после работы, - положил он телефон на стол…
**** ****
- Коль, что ты копаешься? - спросила Мария Фёдоровна.
- Дрель на зарядку ставлю. Хочу в комнате Игоря картину повесить на стену, - ответил Николай Александрович. - Ты мне поможешь выбрать место?
- Помогу, конечно. А что за картина?
- Пойдём, сама увидишь, - загадочно улыбнулся Николай Александрович.
Они зашли в комнату Игоря. – Вот, полюбуйся…, бывшая хозяйка нашего дома собственной персоной…, - показал Николай Александрович на карандашный рисунок, вставленный в старинную рамку.
- Ууу, какая красавица, - рассматривала Мария Фёдоровна тонкий силуэт в изящном платье с оборками. – А почему такая печальная? – спросила она.
- Наверное, плохие новости прочитала. Видишь, держит в руках сложенное письмо.
- Вижу. А скамейка…, какая скамейка-то…, - восхитилась Мария Фёдоровна.
- И три липы, совсем ещё молодые…, - задумчиво сказал Николай Александрович.
- Это когда ж было то? – целую минуту стояла, задумавшись Мария Фёдоровна.
- Игорь сказал, двести лет назад, - ответил Николай Александрович. – Вот где надо искать историю, - кивнул он на стеллажи с книгами, - а не у экстрасенсов…
- Ой, пожалуйста, не напоминай…, - замахала руками Мария Фёдоровна.
- Не бойся, сегодня он не придёт.
- Почему ты так думаешь?
- Дорогу развезло, дождь идёт, а ему из города надо ехать.
- А если он не уезжал…, тусуется здесь у кого-то? – предположила Мария Фёдоровна, – я думаю, не стоит нам терять бдительность.