Ещё одним интересным образцом бронеавтомобилей стал «Рено Братолюбова-Некрасова», который был разработан в конце 1914 года. Авторами проекта стали штабс-капитан Некрасов, генерал-лейтенант Дурляхер (он же Дурляхов), а сборку единственного образца проводили в мастерских Братолюбова. Чем был интересен этот бронеавтомобиль?
История создания
Вскоре после начала Первой Мировой Войны, военный министр генерал-адъютант Сухомлинов приказал начать работы по созданию отечественных бронеавтомобилей перспективной конструкции. Вся перспектива в них должна была заключаться не в «одноразовой» конструкции, но надёжной и смертоносной машине, которая способна войти в бой и выйти из него с минимальными потерями, но с победой. Под этим «соусом» в Российской Империи стартовало множество различных проектов, которые не совсем (а иные и совсем не) отвечали требованиям военного министерства.
Однако были в то время и достаточно перспективные машины, производство которых осложнялось, в первую очередь, отсутствием большого количества комплектующих. Закупить их не было возможности – проблемы были и с финансами, и с их поставкой. Можно было, конечно, их скопировать, но культура производства на заводах Российской Империи всё ещё была на низком уровне, да и лицензии на копирование получить было непросто. Тогда военное руководство империи инициировало работы по поиску или созданию надёжного полностью отечественного бронеавтомобиля, но в текущем моменте рекомендовало конструкторам использовать то, что было доступно. Так начались работы по созданию бронеавтомобиля конструкции штабс-капитана Некрасова на базе гражданского автомобиля Renault.
Согласно требованиям военного руководства, бронеавтомобиль должен был получить пулемётно-пушечное вооружение, достаточный уровень бронирования, защищающий от стрелкового оружия и осколков, а также достаточную манёвренность и подвижность. Под эти требования штабс-капитан Некрасов, в соавторстве с генерал-лейтенантом Дурляхером разработали несколько проектов – один на базе легкового автомобиля иностранного производства и ещё два на базе отечественного Руссо-Балт (о них позже). Однако первый образец бронеавтомобиля на базе шасси Renault был совсем не подходящим под требования военных (они, по правде говоря, тоже менялись) и отправлен на Ижорский завод для добронирования.
Добронированный бронеавтомобиль (будучи в единственном экземпляре) всё-таки попал на фронт, но пробыл там недолго – выявились серьёзные проблемы с проходимостью, и как следствие, с надёжностью боевой машины. И история боевой машины едва не закончилась в 1915-1916 годах. Но об этом ниже в публикации.
Описание конструкции
Единственное, что на мой взгляд, было интересным в конструкции бронеавтомобиля Некрасова – это грамотно подобранное вооружение, позволявшее решать довольно широкий круг задач.
Бронированный корпус
Корпус был разработан штабс-капитаном Некрасовым, что называется, «с нуля». Для начала он разработал пространственную раму-каркас будущего бронекорпуса, придав ему форму. После на этот каркас, при помощи заклёпок и болтов крепили листы 4-мм хромоникелевой стали, избегая при этом создания углов рационального наклона. Единственным местом, где применялся хоть какой-то наклон, судя по фотографии, был лобовой смотровой щиток, прикрывавший головы командира машины и водителя. Всё остальное можно было использовать для наглядной демонстрации известного армейского принципа «квадратно, параллельно и перпендикулярно».
Разделялся бронеавтомобиль чисто символически – в передней его части находилось моторное отделение, в котором помещалась силовая установка, система охлаждения и трансмиссия. В лобовой части моторного отсека располагались два подъёмных щитка, служившие для лучшего охлаждения двигателя на марше, а также непонятно почему не скрытые дуги для установки отбойника (современным читателям будет больше знакомо слово «бампер»). По бокам моторного отсека не прорезалось технологических лючков, но его крышка крепилась на болтах – видимо, для доступа к двигателю и его обслуживания.
Сразу за моторным отсеком располагался отдел управления – он вмещал в себя двух членов экипажа (водитель и командир машины), сидевших бок о бок друг с другом. Они имели весьма ограниченный угол обзора – никаких боковых смотровых окошек им не полагалось, что довольно сильно снижали боеспособность машины. Сразу за ними, условно отделённое от отдела управления, располагалось боевое отделение – в нём размещались ещё два человека экипажа, которые управляли вооружением машины. Никаких башен для защиты личного состава в боевой обстановке не предусматривалось – конструктор просто оснастил пушку и пулемёт щитками, оставив остальные проекции бойцов без защиты. И если конструкция установки для пулемёта позволяла вращение на 90 градусов (причём строго по ходу машины), то станок для пушки, скорее всего, имел возможность ездить по специальной рампе (что-то подобное в виде кольцевого лафета, используется и сейчас), имея небольшие углы горизонтальной наводки.
Борта и корма корпуса были вертикальными – так было задумано конструктором. И хотя 4 миллиметра стали не защитят экипаж от выстрелов, другого конструкторы предложить не смогли в силу ограничений по массе боевой машины. Таким образом, серьёзного боя бронеавтомобиль бы не выдержал – попросту не хватило бы живучести и бронирования. Тогда зачем он был нужен? Читайте дальше.
Вооружение
Штатным вооружением бронеавтомобиля выступали стандартный для Русской Императорской Армии пулемёт Максим образца 1910 года и 37-мм полуавтоматическая пушка Гочкис (более известная как Puteaux SA 18).
Такой выбор вооружения обусловлен сразу несколькими факторами:
- Можно снизить численность экипажа (пулемётом или пушкой мог управлять один человек);
- Не особо влияет на итоговую массу боевой машины;
- Просто в обслуживании и не требует высокой квалификации оператора.
А самое главное – как оказалось впоследствии, Некрасов и Дурляхер проектировали бронеавтомобиль не для прямого боя, а для конвойного сопровождения. Фактически, бронеавтомобиль им задумывался как защита от «глупых зусулов» партизан, воюющих без серьёзного вооружения – для них установленного на боевой машине вооружения более чем хватало.
Двигатель, трансмиссия и ходовая часть
Скорее всего, бронеавтомобиль был построен на шасси от гражданского автомобиля Renault type EI – довольно лёгком и прочном. Отсюда и проистекает база – двигатель рядный четырёхцилиндровый, карбюраторного типа, мощностью от 30 до 40 лошадиных сил. Работал двигатель в паре с четырёхступенчатой коробкой передач, от которой крутящий момент передавался на задний мост при помощи цепей Галля. Не совсем подходящая конструкция для боевого автомобиля, но на безрыбье, как говорится…
Подвеска бронеавтомобиля была традиционно листовая, рессорная полуэллиптической формы. Пружинную подвеску на легковые автомобили тогда ставить ещё не додумались, поэтому иного ожидать не приходилось. Конструкция ходовой части – двухосная, односкатная, на зависимой подвеске. Учитывая, что удельное давление на грунт было достаточно высоким (колёса тех лет не отличались большой шириной), высокой проходимости можно было не ждать. По ровной дороге бронеавтомобиль выдавал до 35 км/ч, а по пересечённой местности – не более 20 км/ч в зависимости от состояния местности. На «лунном грунте», по моим соображениям, более 5 км/ч бронеавтомобиль Некрасова выдать не мог бы при всём своём желании.
Боевое применение
Учитывая, что собранный на коленке бронеавтомобиль не был предназначен для прямого столкновения с противником, его перевели в конвойную службу. Данных о том, как эта служба протекала, мне найти не удалось, как и большей части данных об этом бронеавтомобиле (пришлось собирать по крупицам, что-то додумывать, что-то определять по фотографии) – поэтому домысливаю, что боевой путь данной машины был если не безоблачным, то проходил при ясной погоде.
Однако всё имеет свой ресурс – перегруженное шасси не демонстрировало надёжности, требовало частого ремонта. Да и по некоторым заявлениям в сети, охладитель в радиаторах часто кипел – это конкретно указывает на перегрузку двигателя. Именно поэтому ждать от бронеавтомобиля какой-то надёжности не стоит. А учитывая, что дело происходило на фронтах Первой Мировой, вероятность того, что его подбили или вовсе уничтожили очень высока. В любом случае, даже если бы он пережил войну и оставался бы на службе, его всё равно уничтожили бы в начале 20-х годов, когда всю «некондицию» списывали в утиль.
Заключение
К сожалению, 1914 год в области разработок боевой техники изобилует подобными примерами – военные в спешке требовали что-нибудь годное, а конструкторы не могли сообразить, как и что нужно делать. С другой стороны – опыт, сын ошибок трудных, является наилучшим учебным пособием – уже в 1915-1916 годах в Российской Империи стартовали разработки куда лучших машин. И во многом понимание того, как строить не надо, возникло не на пустом месте – его дали большинство образцов военной техники образца 1914 года…
С вами был Историк-любитель, подписывайтесь на канал, ставьте «лайки» публикациям, впереди ещё много интересного!