Петр I – тиран и реформатор?(I)
Нет, одним постом тут ограничиться нельзя, слишком уж противоречивая натура была у этого царя, и слишком много чего он понаделал на Руси.
1672 – 1725 гг. – время жизни и правления Петра I.
Но реформатором он был, безусловно. Невозможно даже перечислить все нововведения, которые он ввел в России – от картофеля, табака, иноземного платья и бритья бород до построения морского флота и новой столицы Петербурга.
Однако еще Пушкин заметил, что все его реформаторские указы словно бы «написаны кнутом», и все время его правления над Россией стелилась незаметная дымка кровавых человеческих испарений всех жертв, замученных на дыбах в Преображенском приказе – от казни стрельцов до отрубленной головы Виллиама Монса, заподозренного в благосклонности к императрице Екатерине.
Объективности ради нужно сказать, что Россия стояла перед необходимостью неотложных реформ. Крепнущие европейские державы, стремительно развиваясь, грозили поглотить «варварскую Московию», как они ее называли. Пребывать и дальше в уверенности, что мы – «Третий Рим», «Новый Израиль» и «Новый Иерусалим», и, дескать, нам никто не страшен, ибо Бог за нас заступится – это было бы не просто глупо, но и смерти подобно. Бог, скорее всего, и отдал бы нас на порабощение европейцам, чтобы излечить от этой ленивой гордыни, как, кстати, поступал и с историческим Израилем.
Петр это понимал. Реформы были необходимы. Но так ли и такой ли ценой? Из двух вариантов – постепенное внедрение новшеств с параллельным убеждением народа в их оправданности и быстрыми насильственными реформами, вызывающими озлобление при внешней покорности, Петр выбрал второй вариант. И с тех пор оставил на века эту парадигму для всех будущих реформаторов. Мы к ней еще вернемся.
1697 – 1698 гг. – «великое посольство» в европейские страны.
Пока о хорошем. В чем Петр I был безусловным гением – так в умении учиться. Он на лету схватывал то, что его учителя постигали годами – и этим приводил их в несказанное удивление.
Великое посольство в Голландию и Англию – тому подтверждение. Царь учился всему – от умения рвать зубы и препарировать трупы до математической навигации, от умения держать топор в плотницком деле до тонкостей составления химических препаратов и вычерчивания географических атласов. А уж в военном деле ему не было равных, причем как в сухопутных войсках, так и в совершенно новом для России деле – военно-морском флоте.
И этим оставил после себя великий довод против утверждений в прирожденной русской лени. Петр и сам никогда не ленился, и безжалостно искоренял этот порок у своих современников. Есть чему поучиться.
Но великое посольство пришлось прервать из-за восстания стрельцов. И тут мы видим уже другого Петра – не просто безжалостного и жестокого, а прямо даже свирепого. Ко времени его возвращения в Москву восстание, как мы знаем, было уже подавлено, причем, малой кровью, стрельцы разведены по монастырям на «покаяние».
Но Петру всего этого показалось мало. Он устраивает новое кровавое следствие (закончившееся, кстати сказать, ничем – никто из стрельцов так и не показал на Софью как организаторшу бунта), которое заканчивается печальным «утром стрелецкой казни», напомнившим казни Ивана Грозного. Впрочем, таких «утр», было осенью 1698 года много, когда казнено было более тысячи стрельцов, а сам царь лично рубил головы несчастным.
Вообще-то это неслыханно. Ремесло палача («ката») всегда считалось презренным и ужасающим, он становился как бы «неприкасаемым» по типу индийских каст. А тут мало того, что сам царь рубит головы (вы бы стали лично отрубать головы своих врагам?), да еще заставляет делать это своих приближенных бояр, чтобы проверить их лояльность. Такую практику возродили недавно во время чеченских войн самые конченные боевики: они заставляли одних пленных русских солдат отрезать головы другим за сохранение собственной жизни.
Увы плохое в истории повторяется чаще, чем хорошее.
(продолжение следует... здесь)
начало - здесь