Петр I – тиран и реформатор?(II)
Петра Первого иногда называют первым русским большевиком. И право же – есть общее в их методах. Они не щадили человеческих жизней для достижения собственных целей. Даже не то, что не щадили – словно бы и не замечали. О большевиках поговорим в свое время, а пока пришло в голову Петру построить новую российскую столицу. И кости десятков тысяч крепостных со всей России еще наверно до сих пор недогнили под гранитными набережными Невы.
1704 г. – основание Санкт-Петербурга.
1709 г. – Полтавская битва.
Впрочем, и сам царь не щадил своей жизни. Он так и сказал бойцам перед началом знаменитой и победоносной Полтавской битвы со шведами:
«Вы сражаетесь не за Петра, а за государство, Петру врученное… а о Петре ведайте, что ему жизнь не дорога, только бы жила Россия, слава, честь и благосостояние ея!»
Запомним эти слова. Да - и не щадил своей жизни, когда спасал всю ночь в ледяной невской воде тонущих моряков за несколько месяцев до своей смерти, от чего скорее всего и умер (застудил почки), прожив всего 52 года.
Мало того, что не щадил других – не пощадил своего собственного сына, царевича Алексея, создав тяжкую для себя и России проблему престолонаследия. И тут они похожи с Иоанном Грозным – оба стали причиной смерти собственных сыновей. Тут, как бы некая духовная закономерность прослеживается: душегубцы многих людей должны стать убийцами и своих собственных детей. Так словно бы восстанавливается некая неотмирная справедливость.
Но если Иван Грозный убил сына, не контролируя себя, в припадке гнева, Петр I сделал это вполне сознательно и причем, не очень чисто в плане личной честности. Сначала пообещал сбежавшему от отцовского гнева за границу сыну полное прощение, а затем, подозревая его в заговоре с «бородачами» (так Петр называл русских, противящихся его реформам), учредил следствие, приговорил к смерти и наконец замучил пытками.
Урок ли это? Его собственное «дело» - дело преобразования России стало для Петра важнее жизни собственного ребенка.
У вас есть в жизни что-то такое, ради чего вы могли бы пожертвовать собственными детьми – и даже собственноручно обречь их на смерть?.. То-то и оно. А вот у Петра было такое дело. И мы сейчас во многом пользуемся плодами его «дела».
Еще одно противоречие нельзя не отметить в личности Петра – его отношение к вере. Он был, безусловно, верующим человеком. Когда патриарх Адриан вышел к нему с иконой, ходатайствуя за приготовленных к казни стрельцов, Петр ему сказал:
«Зачем пришел сюда с иконою? Убирайся скорее, поставь икону на место и не мешайся не в свои дела. Я побольше тебя почитаю Бога и Пресвятую Богородицу. Моя обязанность и долг перед Богом охранять народ и казнить злодеев, которые посягают на его благосостояние».
Но если мы поверим в его искренность, как тогда совместить ее с устраиваемыми им же «всепьянейшими и всешутейшими соборами», где под видом поклонения Бахусу пародировались важнейшие христианские таинства – крещение и причащение?
И то, что он сделал над православной верой иначе как насилием назвать нельзя. Полностью подчинил ее государству, заменил патриарха учреждением светского «святейшего синода», да еще и обязал священников нарушать тайну исповеди и доносить о «государственных» преступниках. И действительно казнил их за недонесение.
А теперь зададимся главным вопросом: ради чего все это? Что Петр Первый любил больше жизни своих подданных, жизни своего собственного сына и своей собственной жизни? Можете ответить на этот вопрос?
Ответ парадоксален: он любил Россию. Не людей, не народ, а именно Россию. Но так – как Иван Грозный. Он считал ее своей собственностью, своим «телом», над которым он волен делать все, что хочет.
Знаете, как он относился к людям, простым русским людям? Вот его собственные слова:
«С другими европейскими народами можно достигать цели человеколюбивыми способами, а с русскими не так: если бы я не употреблял строгости, то бы уже давно не владел Русским государством и никогда не сделал бы его таковым, каково оно теперь. Я имею дело не с людьми, а с животными, которых хочу переделать в людей».
Теперь вы понимаете Петра? Большевики тоже хотели переделать людей насильственно, считая всех кроме пролетариата недолюдьми.
Так какой же главный урок оставил нам Петр? Вернемся к изначальной парадигме всех реформаторов. Любой из нас на хоть сколько-нибудь маломальской начальствующей должности может оказаться перед ситуацией: как проводить реформы: быстро или медленно. Убеждением или насилием?
И тут пусть встанет у нас перед глазами Петр. Он выбрал скорость и насилие. В результате большинство его реформ оказались поверхностными и непрочными. Россия преобразилась внешне, но не внутренне, а народ раскололся на поверхностное лояльное дворянское меньшинство, внешне усвоившее европейские привычки, но потерявшее веру, и глухое, надорванное насилием и непомерной эксплуатацией, крестьянское большинство, оставшееся темным и невежественным, но сохранившим устои православной веры.
Этот раскол аукнется во время Второй российской смуты – начала XX века.
(продолжение следует... здесь)
начало - здесь