Ирина молча смотрела на бумажку, где чернели цифры: «Колье из белого золота с бриллиантами — 350 000 рублей». Свадебный подарок от родителей. Последняя семейная реликвия, которую она берегла двадцать лет.
— Дима, ты же обещал, — её голос дрожал. — Клялся, что больше никогда...
Муж дёрнулся, словно от удара:
— Это другое! Абсолютно верное вложение. Через месяц верну втрое больше.
Ирина горько усмехнулась. Сколько раз она слышала эти обещания? Сначала была квартира бабушки — «надёжный партнёр, беспроигрышная схема». Потом машина — «криптовалюты сейчас взлетят». Теперь колье...
Три месяца назад...
— Ириш, солнышко, с днём рождения! — Дима протянул ей огромный букет пионов и маленькую коробочку.
В тот момент она ещё верила. Верила, что чёрная полоса позади, что муж наконец-то взялся за ум. Устроился менеджером в приличную компанию, завязал с сомнительными схемами заработка.
В коробочке оказались серьги — точная копия тех, что пришлось продать год назад. Ирина расплакалась от счастья.
— Милый, они прекрасны! Но... это же дорого?
— Не переживай, — Дима поцеловал её в макушку. — Премию получил. Теперь всё будет по-другому, обещаю.
И она поверила. Снова. Как верила последние пять лет, когда их жизнь покатилась под откос.
Звонок в дверь заставил обоих вздрогнуть.
— Ты кого-то ждёшь? — Ирина напряглась, заметив, как побледнел муж.
— Н-нет... — Дима затравленно оглянулся на дверь. — Не открывай!
Но было поздно. В прихожей уже грохотали тяжёлые шаги.
— Дмитрий Сергеевич? — двое крепких мужчин в костюмах выглядели неуместно в их скромной квартире. — Служба безопасности банка. У нас есть основания полагать, что вы причастны к хищению средств...
Ирина медленно опустилась на стул. В ушах звенело, а слова «хищение», «служебное положение», «мошенничество» доносились словно сквозь вату.
— Я не понимаю... — она перевела взгляд на мужа. — Дима, что происходит?
Но тот молчал, сгорбившись под тяжёлым взглядом следователя.
— Ваш супруг, работая менеджером по работе с корпоративными клиентами, оформлял фиктивные кредиты на подставных лиц, — пояснил второй мужчина, раскладывая на столе документы. — Общая сумма ущерба — четыре миллиона рублей.
«Премия», — пронеслось в голове у Ирины. Серьги, новый телефон, дорогие рестораны последние месяцы... Всё было украдено у других людей.
— Дмитрий Сергеевич, вы добровольно согласны проехать с нами для дачи показаний?
Муж кивнул, не поднимая глаз.
— Можно... можно хотя бы переодеться? — его голос звучал надломлено.
— Пять минут.
Когда Дима скрылся в спальне, Ирина машинально начала собирать документы со стола. Среди бумаг мелькнул знакомый бланк — тот самый чек из ломбарда.
— Простите, — она протянула листок следователю. — Возможно, это важно...
Мужчина бегло просмотрел чек, что-то пометил в блокноте.
— Когда было сдано украшение?
— Сегодня утром...
Из спальни послышался грохот. Следователи среагировали мгновенно, распахивая дверь.
Окно было открыто. На шестом этаже.
— Твою мать! — рявкнул один из мужчин, бросаясь к подоконнику.
Ирина зажала рот рукой, сдерживая крик. Но тут снизу донеслось приглушённое чертыханье и звук удара.
— Живой, — доложил второй следователь, выглянув в окно. — На козырьке магазина. Вызывайте наряд.
*****
Два месяца спустя Ирина сидела в зале суда, механически теребя ремешок сумки. Она похудела, под глазами залегли тени. Дима, бледный, осунувшийся, в застиранной футболке, казался незнакомцем.
— Подсудимый, встаньте, — голос судьи звучал устало. — Признаёте ли вы свою вину?
— Признаю, — Дима говорил тихо, но твёрдо. — Я... я хотел всё вернуть. У меня был план...
«Всегда у тебя были планы,» — думала Ирина, глядя на его поникшую спину. Вспомнился их первый год брака — счастливый, беззаботный. Дима тогда работал простым менеджером, мечтал открыть своё дело. Она верила в него, поддерживала. А потом начались «гениальные идеи».
— ...приговаривается к трём годам лишения свободы в колонии общего режима...
В коридоре суда её догнала молодая женщина в строгом костюме.
— Ирина Александровна? Я из службы безопасности банка. Нам удалось отследить большую часть похищенных средств.
— И что теперь? — Ирина чувствовала себя опустошённой.
— Имущество вашего мужа арестовано, но этого недостаточно. По закону ответственность ложится и на членов семьи...
Ирина кивнула. Она ожидала этого.
— Сколько?
— Два миллиона триста тысяч.
Цифра оглушила, но где-то внутри шевельнулось странное облегчение. Теперь хотя бы всё ясно.
Вечером, разбирая бумаги, она нашла старую фотографию — их свадьба, они молодые, счастливые. На шее поблёскивает то самое колье...
Телефон разразился трелью. «Мама» — высветилось на экране.
— Ириша, девочка моя! Как ты? Я всё знаю, мне соседка рассказала...
Ирина сжала переносицу, сдерживая слёзы:
— Мам, я справлюсь. Правда.
— Конечно справишься! — в голосе матери звучала сталь. — Мы с отцом уже всё решили. Продаём дачу, этого хватит...
— Нет! — Ирина вскочила. — Даже не думайте! Я сама.
— Как сама? — мать всхлипнула. — Это же огромные деньги! Квартиру придётся продавать...
— Не придётся, — Ирина уже лихорадочно считала. — У меня высшее экономическое, опыт работы. Устроюсь на вторую работу, возьму подработки. Главное — составить план.
План действительно появился. Через неделю она устроилась бухгалтером в крупную компанию, а вечерами вела учёт нескольким небольшим фирмам. График выматывал, но каждый внесённый платёж по долгу приносил странное удовлетворение.
Шли месяцы. Ирина почти не бывала дома — работа, курсы повышения квалификации, снова работа. Похудела ещё сильнее, но в глазах появился жёсткий блеск. Коллеги шептались за спиной, но она не обращала внимания.
От Димы приходили письма — сначала каждую неделю, потом реже. Он просил прощения, рассказывал о жизни в колонии, строил планы на будущее. Ирина складывала их в ящик стола, не отвечая. Внутри была пустота.
Однажды вечером, разбирая старые вещи, она наткнулась на коробку со свадебными фотографиями. Снимки рассыпались по полу — счастливые лица, смех, танцы... Где-то здесь всё пошло не так. Может, когда она закрывала глаза на его авантюры? Или когда без конца прощала и верила обещаниям?
Зазвонил телефон. Незнакомый номер.
— Ирина Александровна? — мужской голос показался смутно знакомым. — Это следователь Корнев, который вёл дело вашего мужа.
Она напряглась:
— Слушаю.
— У нас появилась новая информация. Похоже, ваш муж действовал не один. Мы вышли на организатора схемы — некого Станислава Реутова. Знакомо имя?
Ирина похолодела. Стас Реутов — старый друг Димы, успешный бизнесмен. Именно он предложил мужу работу в банке...
— Нам нужны ваши показания. И... — следователь помедлил. — Есть шанс значительно уменьшить сумму ущерба, если ваш муж согласится сотрудничать.
Руки дрожали, когда она набирала номер колонии.
*****
Через две недели она сидела в том же зале суда. Теперь на скамье подсудимых был холёный Реутов, а Дима давал показания в качестве свидетеля. Он осунулся, но держался прямо. Только пальцы, сжимающие папку с документами, побелели от напряжения.
После заседания они впервые за полгода остались наедине в коридоре суда.
— Ира... — он шагнул к ней. — Прости меня. Я всё испортил.
Она смотрела на него — такого знакомого и одновременно чужого. В голове крутились десятки заготовленных фраз, но вырвалось только:
— Почему, Дим? Зачем всё это было?
Он горько усмехнулся:
— Хотел быть достойным тебя. Красивая жизнь, подарки... Думал, так будет правильно.
— А по-честному — не пробовал?
Повисла тяжёлая пауза.
— Знаешь, — Ирина расправила плечи, — я ведь всегда гордилась тобой. Когда ты после института простым менеджером работал. Когда с клиентами возился допоздна. Ты был настоящим тогда.
В его глазах мелькнула боль:
— А теперь?
— А теперь у меня две работы, ипотека на пятнадцать лет и суд через неделю — банк требует признать меня созаёмщиком по кредитам. Как думаешь, есть чем гордиться?
Дима побледнел:
— Созаёмщиком? Но ты же не подписывала...
— Общее имущество супругов, — она невесело усмехнулась. — Я же была такой доверчивой женой — ни о чём не спрашивала, во всём поддерживала. Вот и получила.
— Я всё исправлю, — он шагнул ближе. — Выйду — устроюсь на работу, буду выплачивать...
— Кому, Дим? — она устало покачала головой. — Через полтора года, когда выйдешь, долг будет уже три миллиона. С твоей судимостью много не заработаешь. А мне жить как-то надо уже сейчас.
За окном моросил дождь. Типичная московская осень — промозглая, серая. Как их жизнь последние годы.
— Знаешь, что самое обидное? — Ирина смотрела куда-то мимо мужа. — Я ведь правда верила, что у нас всё наладится. Когда ты серьги мне подарил на день рождения... Красивая сказка вышла. Жаль, краденая.
Дима дёрнулся как от пощёчины:
— Я не хотел... Думал, всё получится. Стас обещал...
— Всегда кто-то что-то обещал, — перебила она. — А ты верил. Или делал вид, что веришь. Так проще, да? Чем самому решения принимать.
Он молчал, опустив голову. В коридоре появился конвоир:
— Время.
— Ира... — Дима поднял глаза, в них стояли слёзы. — Я люблю тебя. Правда.
Она смотрела, как его уводят. Внутри было пусто и холодно.
Вечером, разбирая почту, Ирина нашла письмо из банка. Новое предложение по реструктуризации долга. Усмехнулась — теперь она разбиралась в финансах лучше любого менеджера.
Достала из шкафа потрёпанную папку с документами. Где-то здесь должны быть те самые договоры... Из папки выскользнула фотография — их первое свидание. Летний парк, мороженое, они смеются. Беззаботные, влюблённые...
Ирина долго смотрела на снимок. Потом решительно убрала его обратно в папку. Прошлого не вернёшь. Но будущее... будущее всё ещё в её руках.
А как бы вы поступили на месте Ирины? Простили бы мужа или поставили точку в отношениях?
Истории, которые могут вам понравиться:
🎀Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить выход новых историй и рассказов.💕