Всю оставшуюся неделю баба Валя пыталась дозвониться до отца Машеньки, но тот как в воду канул. Трубку в общежитии, где теперь обитал отец девочки, обычно снимала вахтерша, которая убеждала Валентину Петровну, что мужчины попросту нет в комнате и, возможно, он сейчас на работе, но обещала передать, что та звонила. Вскоре выяснилось, что мужчина уехал в командировку и не сказал, когда вернется. Баба Валя насторожилась, что Олег ничего ей не сообщил и так внезапно пропал, но решила какое-то время выждать. Не может же человек просто так исчезнуть?
В любом случае следовало хоть что-нибудь предпринять, чтобы девочка была готова к школе, поэтому бабушка взяла дело в свои руки: закупила нужные тетради и прописи, учебные принадлежности и даже раздобыла для Маши школьную форму, которая влетела ей в копеечку, но она не собиралась жалеть денег на единственную внучку. Девочка долго крутилась перед зеркалом в новенькой форме, пребывая в восторге от белого фартучка.
Маша очень хотела пойти в школу и грезила как будет стоять на первой в своей жизни школьной линейке с букетом цветов, представляя, что мама держит ее за руку, но ее настроение тотчас портилась, когда она понимала, что матери до нее теперь нет никакого дела, да и про отца ничего не известно, словно он тоже решил отказаться от дочери. Откуда было знать крошке, что отец наоборот решился на рисковое предприятие, согласившись помочь своему товарищу перегнать иномарку из Владивостока в Москву, но по пути попал в жуткую передрягу и пропал без вести, но об этом инциденте еще пока не знал никто, даже органы правопорядка, которые начнут заниматься поисками спустя месяц после таинственного исчезновения, когда супруга приятеля поднимет тревогу, но и тогда двух мужчин никто не найдет, хотя искомый автомобиль все же доберется до столицы, правда за его рулем будут находиться совсем другие люди.
Бабушка оттягивала визит в местную школу до самого последнего момента, ожидая, что вскоре на пороге появится отец Маши, который вряд ли бы мог позабыть про ребенка или, возможно, у Леночки, наконец, проснется совесть и она задумается о судьбе малышки, но время шло и ничего не происходило. Августовские деньки становились все короче и короче, а ночи холоднее. Ребятня все чаще заводила разговор о школьных уроках, жалея, что лето так быстро пролетело и нужно снова садиться за парту. Все чаще на улице теперь шли затяжные дожди, а ребятишки сидели по домам.
К счастью, в последние летние дни погода вновь наладилась, и дети высыпали на улицу погонять мяч. Баба Валя не стала удерживать ребенка дома и отправила ее к ребятам, а сама занялась уборкой урожая. К счастью, удалось вырастить неплохой лук и морковь, картошка тоже обещала хороший урожай.
Когда она возилась в огороде, выдергивая лук и складывая на грядке на просушку, прежде чем срезать засохшее перо, к ее дому неожиданно подкатил незнакомый автомобиль и из него быстро выбрались двое мужчин. Тот, что был постарше, оказался одет в пиджак и выглядел вполне интеллигентно, а вот второй больше походил на недоумка – с огромной выдающейся вперед челюстью, богатырского телосложения мужчина мог согнуть в бараний рог кого угодно. Они посмотрели по сторонам и целенаправленно напаривались к дому Валентины Петровны. Прошли к дверям и деликатно постучались, но, когда им никто не ответил, обошли дом вокруг, обнаружив старушку на огороде. Она, кряхтя, разогнулась и недоверчиво посмотрела на пришельцев.
– Валентина Петровна, не так ли? – она еще больше напугалась, когда интеллигентного вида мужчина назвал ее по имени.
– Откуда вы меня знаете? – женщина не могла скрыть испуг, чувствуя, что эти люди пришли вовсе не с добрыми намерениями.
– Работа такая – все про всех знать, – мужчина в пиджаке улыбнулся, но его улыбка оказалась такой холодной, что от нее бросало в дрожь.
– Что вам нужно? – баба Валя мгновенно забыла про лук и стала посматривать в сторону улицы, где резвились дети.
– Дочку вашу ищем, – снова заговорил мужчина в пиджаке, мордоворот хранил молчание, стреляя глазами по сторонам, словно боялся, что прямо сейчас на него нападут. – Случайно не знаете, где она может быть?
– А мне-то откуда знать, – сейчас Валентина Петровна должна была убедить этого незнакомца, что между ней и дочерью произошел конфликт и она понятия не имеет где теперь обретается Елена.
– Ну как же так, Валентина Петровна, – он прищурил глаза, чувствуя, что старушка лукавит или просто не желает говорить всей правды, – она же ваша дочь. Неужели вы ничего не знаете о ее местонахождении?
– Не знаю и знать не хочу, – в сердцах выпалила баба Валя. – Вам-то какое дело?
– Самое что ни на есть прямое, – мужчина достал из кармана на груди расчёску и зачесал волосы назад после чего положил ее обратно, – впрочем, нас больше интересует не ваша дочь, а ее новый дружок – Петр, который должен нам много денежек, но вместо того, чтобы вернуть долг, он пустился в бега и у меня есть основания полагать, что он скрывается в вашем доме вместе с вашей дочерью.
Теперь Валентина Петровна поняла, от кого именно скрывался хахаль Леночки и почему так быстро сбежал, когда баба Валя отказала дочери в приюте. Значит этот человек задолжал большую сумму денег бандитам и те теперь бросились на его поиски. Впрочем, чтобы убедить их, что она ничего не скрывает, достаточно показать им пустой дом. Главное, чтобы они не узнали, что дочь Елены гостит у бабушки. Сейчас она больше опасалась за судьбу собственной внучки нежели беспутной дочери.
– Я живу одна, – баба Валя заковыляла к крыльцу дома, собираясь отомкнуть замок и продемонстрировать, что не врёт. По старой привычке она всегда закрывала дверь на навесной замок, даже если сама возилась в огороде, боясь, что в ее отсутствие кто-нибудь проникнет внутрь, особенно после истории с Василием.
– А это мы сейчас посмотрим, – стоило Валентине Петровна распахнуть дверь как мордоворот ужом скользнул внутрь дома, выхватив из-за пояса самый настоящий пистолет, какие баба Валя видела только в кино. Сердце женщины тотчас стало биться часто-часто. Мужчина в пиджаке остался снаружи, но старушка поняла, что он тоже вооружен.
– Не переживайте, мой товарищ очень аккуратный, – предупредил он старушку, внимательно следя за окнами и ожидая, что беглец вполне может выкинуть фортель и выбраться через окно.
Мордоворота не было минут пять, но когда он вышел наружу, то только отрицательно качнул головой ничего больше не сказав, затем застыл как статуя в ожидании приказаний старшего товарища, который нахмурился и призадумался, не ожидая, что единственная ниточка окажется тупиком.
– Что ж, – бандит почесал подбородок, – это очень-очень плохо, что его здесь нет.
– Ну, а я что сделаю? – всплеснула руками баба Валя.
– Ни за что не поверю, что вы действительно не знаете, где сейчас ваша дочь? – бандит не собирался сдаваться просто так, собираясь вытрясти из старушки всю информацию.
– И что же мне сделать, чтобы вы мне поверили? – баба Валя поняла серьезность намерений этих людей, когда увидела в их руках оружие – шутить с такими не стоило.
Может быть все закончилось совсем иначе. Но неожиданно калитка отворилась и Маша застыла на тропинке, не ожидая увидеть бабушку в компании незнакомцев.
– А кто это у нас? – Мужчина в пиджаке присел на корточки и пальцем поманил к себе девочку. – Это, наверное, Маша – дочь Елены, не так ли?
Он сразу понял, что старушка что-то недоговаривает, а возможно точно знает, где прячется Елена вместе с Петром.
– А где твоя мама, Машенька? – девочка посмотрела на напуганную бабушку, совсем не понимая, что происходит, но в ответ лишь пожала плечиками. – Как же так? И куда она подевалась?
– Мама уехала, – ребенок неожиданно стал серьезным, в сердце кольнула знакомая боль от расставания с родным человеком, который ее бросил.
– И куда же мама уехала? – мужчина пытался быть добрым и спокойным, но ребёнок уже почувствовал неладное.
– Не знаю, – потупилась Маша и снова пожала плечиками.
– Прямо Санта –Барбара какая-то, – бандит поднялся на ноги и пристально посмотрел на Валентину Петровну, – уверены, что все еще не хотите ничего рассказать?
Перед бабой Валей встала настоящая дилемма – либо предать собственную дочь, либо всеми правдами или не правдами защитить внучку, но раздумывать времени не было.
– Она была у меня неделю назад, – взгляд женщины потускнел, – приехала на красной машине в компании незнакомого мужчины, просила дать ей приют вместе с ним, но я отказала.
– К сожалению, я вам не верю, – бандит оставался непреклонен. – Признайтесь, что ее укрывает один из ваших знакомых, тогда все для вас закончится вполне нормально. Я очень не люблю лжецов, а мой приятель так их вообще на дух не переносит.
– Я говорю правду, – забеспокоилась Валентина Петровна, думая, что сейчас они ей поверят и уберутся восвояси, но у них оказались совсем другие планы.
– Хотите, чтобы я поверил в то, что ваша дочь доверила вам своего ребенка и не оставила никакого экстренного канала связи: ни номера телефона, ни адреса. Вы же пронимаете, что мать всегда, в первую очередь, беспокоится о своем ребенке, а уж потом о любимом мужчине.
Баба Валя неожиданно поняла, что этот малознакомый мужчина и бандит оказался гораздо добропорядочнее его собственной дочери, бросившей ребенка на произвол судьбы и связавшейся с настоящим вором, которого теперь разыскивали другие преступники. Как ей было убедить бандита, что ее дочь оказалась вовсе не образцовой матерью и сейчас может быть где угодно?
– Молчите, – он расценил ее молчание по-своему. – Тогда нам придётся у вас немного задержаться и допросить вас, так сказать, с пристрастием. Знаете, мой товарищ большой мастер беседовать с неразговорчивыми людьми, и я ни разу не видел, чтобы хоть кто-то в итоге не развязал язык и не рассказал все, что нам было нужно. Так вы готовы пожертвовать своим здоровьем и здоровьем этого милого ребёнка, чтобы защитить человека, которого даже не знаете? Поверьте, у нас нет намерений причинить зло вашей дочери, в конечном итоге денег нам должен Петр, а не она. Нам нужно лишь знать, где их обоих искать, и я вам клянусь, что Елена не пострадает.
Сейчас Валентина Петровна ему верила. Верила, что его жуткий друг вполне способен на пытки, а также верила, что ее дочь их совсем не интересует и главная цель для них – это вор, но как ей было убедить мужчину, что она действительно не знает где скрываются беглецы.
Бандит тягостно вздохнул. Ему самому не нравилось, когда его товарищ брался за дело. Ему не приятно было слышать мольбы о пощаде, крики боли и чувствовать запах их страха, но что было поделать, раз старушка так уперлась.
– Чибис, – он впервые обратился к мордовороту, – давай их обеих в дом, а я пока тут подожду.
Он вытащил из кармана пиджака заграничные сигареты, выбил одну и закурил, жалея, что все обернулось именно так, хотя все вполне можно было уладить миром. Чибис толкнул старушку внутрь дома, схватил ребенка за руку и поволок за собой. Бандиту не нравились методы Чибиса, но они всегда оказывались более эффективными, чем обычный разговор по душам. Он никогда не понимал, почему люди всегда предпочитали терять свое здоровье, нежели просто рассказать всю правду.
Едва дверь за ними затворилась как калитка вновь скрипнула и на тропинке показался незнакомый мужчина. Он замер на месте, уставившись на бандита, который нахмурился, бросил сигарету под ноги и затоптал ее каблуком ботинка. Василий никак не ожидал увидеть на крыльце Валентины Петровны посторонних и смутился, завидев лощеного франта в дорогом пиджаке. Раньше он здесь его не видел, да и автомобиль, в котором он приехал, оказался с номерами другого региона. Он хотел поинтересоваться, что за гости решили посетить старушку, но наткнулся на тяжелый взгляд незнакомца, не зная, с чего лучше начать разговор.
– Потеряли что-то, любезный? – поинтересовался бандит, на миг подумав, что он тоже может быть связан с теми, кого они теперь ищут.
– Да я сосед, – Василий расплылся в добродушной улыбке, – а Валентина Петровна разве не дома? Соли хотел попросить в долг.
– Нет ее дома, – соврал бандит, наблюдая как себя поведет мужчина. – В магазин, наверное, ушла. Вот сам жду.
В этот момент в доме что-то грохнуло, и Василий невольно взглянул на окна, ожидая, что в одном из них покажется старушка, но занавески даже не шелохнулись.
– Что это там? – Василий двинулся было к двери, но бандит преградил ему дорогу.
– Шел бы ты домой, сосед, – процедил он сквозь зубы, собираясь применить силу, если мужчина окажется не таким сговорчивым.
Василий сразу смекнул, что дело нечисто, поэтому понял, что без подмоги не обойтись. Он пожал плечами и развернулся, чтобы покинуть двор, когда в доме снова что-то грохнуло.
– Свою соль надо иметь, – бандит специально громко сказал это в спину уходящему, чтобы тот не смог услышать работу Чибиса, который взялся за дело слишком рьяно и нужно было его немного осадить, поэтому бандит подождал пока сосед скроется за калиткой и быстро вошел внутрь помещения, чуть не растянувшись в сенях, когда котёнок неожиданно оказался прямо перед ногами, но быстро выскочил на улицу.
– Чтоб тебя! – выругался он, отряхивая колени, а в доме снова послышался странный шум.
Василий, оказавшись на улице, не мог удержаться, чтобы не пуститься бежать, но все же довольно спокойно прошел мимо двух домов, после чего подобрался и помчался что было сил. Он должен был как можно быстрее добраться до дома на перекрестке, где у единственных жильцов их улицы был установлен домашний телефон, чтобы вызвать милицию.
Тем временем бандит в пиджаке взялся за ручку двери, ведущий в дом, когда услышал грохот выстрела. Он резко дернул ее на себя, готовый своими руками удавить Чибиса, решившего с какой-то стати открыть стрельбу по безоружным, хотя обычно использовал утюг или паяльник, но то, что он увидел в кухне повергло его в настоящий шок.
Когда Чибис препроводил своих пленников на кухню, то толкнул ребенка в спальню, пригрозив, чтобы тот не поднимал шума, собираясь вплотную заняться старушкой. Он силой усадил ее на стул посреди кухни, собираясь отыскать в доме утюг и начать допрос, но тут стало происходить странное.
Посуда на кухне вдруг стала дребезжать, словно в непосредственной близости проносился скоростной локомотив. Шкафы сами собой открывались и на пол стала сыпаться посуда, разбиваясь вдребезги в мелкое крошево, которое хрустело под ногами напуганного мужчины, никак не ожидавшего ничего подобного. Он заметался по крохотной кухоньке, не понимая, что происходит и напрочь забыл про старуху, которая оказалась напугана не меньше него. Маша поспешила забраться на кровать с ногами и от испуга накрыла голову подушкой, зная, что Кузя может не на шутку разбушеваться и даже поджечь дом, если ему не понравятся визитеры. В доме будто поднялся ветер, хотя было совершенно непонятно, откуда он вообще мог взяться.
Кочерга соскочила со своего места и больно ударила Чибиса по спине, но не стала как в прошлый раз охаживать мужчину по бокам, безвольно упав на пол к его ногам. Бандит совсем опешил, не понимая, какая сила способна привести в движение все эти предметы. Им овладел поистине животный ужас. Посуда, табуретки, тряпки – все кубарем завертелось вокруг него, словно он очутился в настоящем вихре. Неожиданно его взгляд остановился на старушке, сжавшейся в комок на стуле – ни один предмет ее не касался, тогда как все норовило ткнуть его в бок.
– Ах, ты ведьма! – разъярился Чибис, решив разом покончить с этим сверхъестественным явлением. Он рывком вытащил из-за ремня пистолет и направил дуло прямо в лоб бабе Вале, собираясь пристрелить ее, думая, что причиной этого ужаса является именно эта старая женщина. Та покорно закрыла глаза, ожидая смерти. В последние месяцы ее жизни случилось много такого, чего она никак не ожидала, и такая кончина была для нее вполне логичной. Жаль только было внучку, которая теперь совсем может остаться сиротой при живых родителях.
– Прекрати это! – Чибис тыкал в нее стволом, надеясь, что так заставит старуху подчинить себе предметы и те, наконец, замрут на своих местах или прекратят кружиться по комнате в безумном хороводе.
Он больше не мог терпеть и выстрелил в потолок. Из дырки от пули тотчас посыпался опилок, которым был посыпан чердак, но это действие возымело свой эффект – вещи тотчас замерли, некоторое время повисели в воздухе и осыпались вниз как палая листва, усеивая кухонные половицы.
– Так-то лучше ведьма! – он оскалился, продолжая держать старуху на мушке и готовый выстрелить в ту же секунду, если она выкинет очередной фортель. Но Валентина Петровна тряслась от страха. Ее дом показался вдруг совершенно чужим местом, где поселилось зло, которое недовольно новыми гостями и готово выдворить их прочь. Откуда ей было знать, что чужаков, в первую очередь, не привечал Кузя, чувствуя, что они настроены недоброжелательно к хозяевам этого дома.
Человечек, в отличие от людей, мог на ином уровне сознания ощущать чувства человека. Он прекрасно понимал, когда кто-то пришел, чтобы совершить зло, а в этом мужчине зла оказалось так много, что оно превратилось в самую настоящую тьму, поселившуюся в его сердце. Эта тьма пугала даже его самого, хотя в своем довольно преклонном возрасте он повидал всякое. Он видел в его душе одну лишь смерть и знал, что этот мужчина умел забирать жизни других и порой делал это с большим удовольствием. С таким противником следовало биться один на один, лицом к лицу, поэтому человечек поспешил показаться ему на глаза, чтобы отвести подозрения в колдовстве от бабы Вали.
Он выкатился из темного закоулка за печкой представ перед бандитом, который растерялся и даже потер ладонью глаза, отказываясь верить в увиденное. Впрочем, в таком виде, человечек мог вызвать только приступ смеха. Грязный, крохотный мужчинка в кукольном платьице с ненавистью смотрел на огромного человека, который неожиданно взял его на прицел и спустил курок. Пуля просвистела над головой Кузи и воткнулась в половицу за его спиной.
Баба Валя тоже увидела маленького человечка и в ее памяти тотчас возникли знакомые образы детства, которые она давным-давно позабыла, а ведь когда-то она прекрасно его знала. После того как Чибис еще раз выстрелил, она больше не смогла держаться и кулем рухнула на пол, потеряв сознание.
Бандит даже предположить не мог, что это существо невозможно убить обычными пулями, но после второй попытки понял, что нечто перед ним вовсе не относится к человеческому миру. А вот с Кузей стали происходить странные метаморфозы – он стал стремительно увеличиваться в размерах, теряя при этом человеческий облик. Кукольное платьице мгновенно разошлось по швам и упало к ногам лохматого чудовища, в которое он обратился. В одно мгновение Кузя превратился из крохотного гнома в огромное жуткое существо, подпиравшее холкой потолок жилища и горой нависшее над сжавшимся от ужаса Чибисом, еле сдерживающимся, чтобы не намочить штаны. В отчаянной попытке защитить свою никчемную жизнь, он вновь направил ствол пистолета на чудище и выстрелил, но пуля неведомым образом просвистела мимо него. Пистолет выпал из рук ослабевшего мужчины и с грохотом ударился об пол. Чибис сжался, прикрывая незащищенную голову руками и ожидая, что в это мгновение на него обрушиться когтистая лапа чудовища, чтобы забрать его жизнь.
Именно в это мгновение его напарник ворвался в дом, увидев перед собой невероятную картину – коленопреклонённый Чибис и страшное существо над ним, готовое его растерзать. Ему тотчас стало понятно в кого стрелял напарник, но, судя по всему, все его попытки оказались бесполезны, поэтому он предпринял единственное, что мог сделать в этой ситуации – вытащил свой пистолет и тоже стал стрелять в чудовище, надеясь спасти товарища, хотя никогда не пылала к нему дружескими чувствами и в иной ситуации с превеликим удовольствием оставил бы его на съедение этой твари.
Существо несколько смешалось, завидев нового противника и это сыграло на руку Чибису, который опрометью бросился прочь, чуть не сбив с ног своего невольного спасителя. Его спаситель высадил весь магазин, несказанно удивившись, что ни одна его пуля так и не нашла цели, поэтому поспешил ретироваться следом за товарищем, боясь, что тот сейчас прыгнет в автомобиль и умчится в закат, оставив его одного.
Василий с удивлением наблюдал как двое взрослых мужчин наперегонки мчатся к автомобилю из дома Валентины Петровны, отталкивая друг друга, чтобы протиснуться внутрь, а когда, все же, сумели оказаться в машине, то мотор тотчас взревел и автомобиль так рванул прочь, что чуть не въехал в дерево, оказавшееся на его пути.
Мужчина выждал некоторое время, чтобы убедиться, что бандиты точно сбежали и помчался на выручку соседке, так и не дождавшись наряда милиции, который тоже спешил к месту происшествия. Он застал старушку лежащей на полу среди груды разбитой посуды, а девочку, зарывшейся в одеяло на постели. На первый взгляд, обе были невредимы, лишь баба Валя до сих пор пребывала без сознания. Ничто не говорило о том, что с бандитами расправился некто другой, поспешивший принять свой прежний облик и скрывшийся за печкой. Впрочем, Василий и сам догадывался, что причиной бегства бандитов вряд ли могли стать бабушка и ее внучка, но сейчас об этом было некогда думать. Он уложил Валентину Петровну на кровать и снова побежал к соседям, чтобы вызвать карету скорой помощи.