Секретарь вызвала в кабинет Лену и Виктора. Она вошли, сели на предложенные им стулья. Женщина за столом спросила дежурным голосом, не передумали ли они разводиться. Виктор сразу ответил, что нет. Женщина обратила взгляд на молчавшую Лену. Та неуверенно сказала:
- Я не знаю. Дело в том, что я узнала недавно, что я беременна. Как теперь быть, я не знаю. Вот справка.
Она протянула женщине справку из женской консультации о беременности сроком восемь недель. Та, прочитав справку, подняла брови. Такое здесь случается нечасто, чтобы после совместного заявления один из супругов отказывался от расторжения брака.
- Вы знаете о беременности жены? – обратилась она к Виктору.
- Первый раз слышу, - удивленно ответил он. – Мы давно не живем...
- Как давно?
- Да уже больше месяца.
- А в справке написано, что беременность восемь недель, то есть два месяца.
Она положила справку на стол, вздохнула, спросила Лену:
- Значит, вы отказываетесь от расторжения брака?
- Я не знаю, -повторила Лена. – А как мне рожать – одиночкой?
- Ну, это как вы решите.
Виктор повернулся к Лене:
- Ты это специально придумала? Только ты же знаешь, я с тобой жить не буду, мы с Татьяной тоже решили ребенка родить.
- Витя, я не придумала. Это наш с тобой ребенок. Ты ведь очень хотел его.
- Значит, так, молодые люди, - сказала заведующая, - вы решите сначала, а потом приходите. Хотя теперь вам нужно в суд, а не сюда.
Она с осуждением взглянула на Виктора, убрала их заявления в папку.
Виктор и Лена вышли в коридор, к нему сразу подошла Татьяна.
- Ну что? Можно поздравить со свободой?
Она улыбалась, с торжеством посмотрев на Лену.
Виктор махнул рукой:
- Да где там! Она, – он кивнул в сторону Лены, - она беременная! Представляешь?
- Как беременная? Ты же говорил, что не спишь с ней уже полгода? Она что, от святого духа залетела?
- Что ты кричишь? – недовольно ответил Виктор. – Мало ли чего я говорил!
Он пошел к выходу, не дожидаясь своей спутницы. Она поспешила за ним.
На работе Лену сразу стала расспрашивать сменщица:
- Ну что? Как он воспринял твою беременность? Развели вас?
- Лена покачала головой:
- Нет, не развели. Я не согласилась.
- И правильно сделала! А то смотри ты – то люблю, то не люблю! И еще. Ты имеешь право жить там, где прописана. Поняла? И ребенок имеет право на жилплощадь. А то они хорошо устроились: выгнали из дома и успокоились! И ты тоже хороша – сразу ушла! Я бы им показала, где раки зимуют!
- Нет, я не пойду туда. Только теперь жить у Александра Викторовича я тоже не могу...
- Вот видишь! Значит, нужно идти домой, то есть по прописке. А если будут мешать, звони в милицию, и все!
Лена смотрела на подругу с улыбкой. Как легко у нее все получается! Советовать, конечно, всегда легче.
... Саша знал, что сегодня у Лены должен состояться развод с мужем, и ждал его: тогда у него появится надежда на то, что Лена обратит внимание на него. Он зашел в магазин к знакомой матери и купил коробку конфет.
- Зачем, интересно, тебе конфеты? – спросила она, заигрывающе стреляя глазами. – Неужели у тебя, Сашенька, появилась пассия? Наконец мама порадуется!
Саша промолчал, улыбнувшись: вряд ли мама обрадуется, когда узнает, кого он ей в невестки присмотрел.
- Возьми тортик, Саша! Свежий! Вот, принесли, а мне, сам понимаешь, - она показала руками на свою фигуру – нельзя.
Саша, недолго думая, взял и тортик.
Вечером Лена пришла с работы, и Саша, встретив ее у порога, старался угадать, какое у нее настроение. Хотя какое может быть настроение, когда разрушена семья? Саша хорошо знал это состояние – вроде бы и хотел этого, а все же веселья это не вызывало.
Лена переоделась, вошла в кухню и замерла на пороге: на столе стояла ваза с тремя гвоздиками, коробка с тортом и коробка конфет. Она поняла, что Саша ждал другого результата... Он подошел сзади, тихонько тронул ее за плечо:
- Проходи, Леночка! Сейчас ужинать будем.
На плите засвистел чайник. Саша выключил плиту, встал у стола. Лена смотрела на него и понимала, что нужно внести ясность в ситуацию.
- Александр Викторович, - начала она, - дело в том, что нас не развели.
- Почему? – вырвалось у Саши.
- Я узнала, что жду ребенка...
- И что это меняет? Ты передумала разводиться? Или он вдруг захотел вернуть тебя?
У Саши пропало все настроение. Значит, она уйдет к этому Вите... Повезло же этому идиоту! Он вспомнил, как хотел когда-то, чтобы Настя вернулась к нему...
- Ну что ж, давай все равно ужинать! Чай готов, торт на столе.
- Александр Викторович, мне придется уйти от вас.
- Ты вернешься к мужу?
- Не знаю. Мне сказали, что я имею право жить там, где прописана...
- Но ведь там он с этой... подругой. Тебе там нельзя, тем более в твоем положении.
Саша налил чай в чашки, разрезал торт.
- Знаешь, Лена, послушай меня. Я старше тебя, кое-что уже понимаю. Если ты решила рожать ребенка, то нужно узнать, что думает по этому поводу его отец. И если он готов все вернуть назад, я только буду рад за тебя. Но если он не собирается жить с тобой, то и ребенок ему не нужен. Значит, тебе там делать нечего.
- Но я не могу оставаться у вас, вы же понимаете?
- Нет, не понимаю! Я что – гоню тебя? Живи здесь, пока выяснишь все. Хорошо? Ну, бери тортик, он свежий!
Ночью они оба не спали. Лена раздумывала, что делать, рисовала в воображении картинки, как она приходит в дом к Виктору, располагается в одной комнате, зарывает ее на замок, видит недоуменные глаза Виктора и ее, той самой. Нет, лучше по-другому: она приходит, а Витя бросается к ней, говорит, что все понял, что ему нужна только она и их ребенок! А когда появляется Татьяна, он говорит, что она была ошибкой и он возвращается к жене. Лена вздохнула, повернулась лицом к окну. Вряд ли так будет в жизни. Скорее всего, все будет иначе. Жить вместе с ними она, конечно, не станет. А если он захочет вернуть ее... Что-то не похоже на это было в ЗАГСе...
В окно заглядывала полная луна. На полу от нее вырисовался светлый квадрат с легким узором от гардин. Неподвижные ветки деревьев голубоватым узором обрамляли окно. Казалось, что там такая тишина, которая называется полной, в которой ни звука, ни шелеста, ни шороха, ни вздоха... Свет от фонаря, стоявшего на углу улицы, терялся в листве, казался совершенно ненужным никому – листьям тоже нужно было спать, а на улице было совсем пусто. Луна немного поднялась и скрылась из виду, оставив только свет на полу, на подоконнике... Лена уснула, глядя на свет и тени окна.