Представьте: обычное утро вторника. Я сижу на кухне, лениво помешивая кофе. На столе — записка. Всего несколько слов, написанных знакомым почерком: "Прости, но жить с тобой невыносимо. Я ухожу."
Десять лет брака. Десять. И всё уместилось в одну фразу?!
— Серёга, ты как? — голос Димки, моего лучшего друга, возвращает меня в реальность. Оказывается, я уже полчаса пялюсь в одну точку.
— Да нормально... наверное.
— Три недели прошло, старик. Может, пора?..
— Что пора? — огрызаюсь я. — Начать "новую жизнь"? Или пуститься во все тяжкие?
Димка вздыхает и открывает холодильник. Пустой, если не считать пары банок консервов и заветревшегося сыра.
— Для начала — пора помыть посуду и сходить в магазин. А потом...
— А потом что? — я почти кричу. — Понимаешь, я просто не могу... Вот так взять и перевернуть страницу. Будто ничего и не было!
Вечером я перебираю старые фотографии. На каждой — её улыбка. Такая родная и теперь такая чужая. Вот мы в Крыму, три года назад. Катя смеётся, прикрывая лицо от брызг. А здесь — наша первая квартира, ремонт... Она в старой футболке, перемазанная краской.
Что изменилось? Когда всё пошло не так?
Телефон вибрирует. Сообщение от тёщи:
"Сергей, зайди завтра. Надо поговорить."
Я почти слышу, как в голове щёлкает переключатель. Наконец-то! Хоть какая-то зацепка...
На следующий день я стою у знакомой двери. Внутри всё сжимается: сколько раз мы приходили сюда вместе на воскресные обеды?
— Проходи, — Анна Михайловна непривычно серьёзна. — Чай будешь?
— Где она? — вопрос вырывается сам собой.
Тёща качает головой:
— Не скажу. Она просила...
— Просила что?! — я снова срываюсь. — Десять лет... Десять лет, чёрт возьми! Я имею право знать!
— Имеешь, — она неожиданно соглашается. — Присядь.
И я узнаю. Узнаю, что последние два года Катя ходила к психологу. Что она "задыхалась" в наших отношениях. Что я даже не замечал, как она меняется.
— Она говорила, что ты прекрасный человек, Серёжа. Просто... вы перестали расти вместе.
— Абсурд какой-то, — шепчу я. — Почему она просто не сказала?
— Говорила. Много раз. Ты не слышал.
Я вспоминаю: её новые увлечения, которые я считал блажью. Разговоры о саморазвитии, которые раздражали. Её попытки что-то изменить, на которые я отмахивался:
"Зачем, если всё и так хорошо?"
Домой я возвращаюсь пешком. В голове крутится калейдоскоп воспоминаний, но теперь они окрашены в другие цвета:
"Серёж, давай запишемся на танцы?"
— "Зачем? Мы что, подростки?"
"Может, возьмём отпуск и поедем на Байкал? Просто так, без плана..."
— "Давай лучше подкопим на ремонт"
"Я хочу поменять работу".
— "Но у тебя же стабильная должность!"
Господи. Я же сам... Сам построил эту клетку. Уютную, комфортную — и невыносимую.
Звонок телефона застаёт меня у подъезда. Номер незнакомый.
— Алло?
— Сергей Николаевич? Это Марина, я психолог. Екатерина дала ваш номер...
Пауза. Я молчу, не зная, что сказать.
— Она очень переживает за вас. И если вы готовы... может быть, мы могли бы встретиться?
Я смотрю на своё отражение в витрине: помятый костюм, щетина, круги под глазами. Кто этот человек? И куда делся тот парень, в которого десять лет назад влюбилась Катя?
— Да, — говорю я. — Да, пожалуй, нам стоит встретиться.
Прошёл месяц.
Я до сих пор не знаю, где она. Но теперь это не так важно. Потому что я наконец-то начал искать ответы не в её уходе, а в себе.
Знаете, что самое важное в расставании? Нет, не научиться жить одному. И даже не отпустить прошлое.
Самое важное — это понять, что иногда человек уходит не потому, что разлюбил. А потому, что слишком долго любил того, кем ты перестал быть.
Год спустя.
— И что ты чувствуешь сейчас, Сергей? — Марина откладывает блокнот и внимательно смотрит на меня.
— Знаете... Благодарность, — я усмехаюсь, замечая её удивлённый взгляд. — Да-да, именно благодарность. Катя... она как будто со всей силы дёрнула стоп-кран моей жизни. Больно? Чертовски. Но если бы не это — я бы так и продолжал...
— Существовать вместо того, чтобы жить? — подсказывает Марина.
— Именно!
Выйдя из кабинета, я достаю телефон. Три пропущенных от Димки и сообщение: "Серёга, ты где? Все уже собрались!"
Чёрт, чуть не забыл! Сегодня же открытие нашей школы танцев. Нашей — до сих пор не верится.
Полгода назад это казалось бредом. Димка тогда впервые пришёл на танцы за компанию со мной:
— Слушай, а ведь классно получается! — он вытирал пот после занятия. — Жаль, что в нашем районе всего одна студия...
И тут меня осенило. Через неделю мы уже изучали бизнес-план, через месяц нашли помещение...
Двери студии открываются. Музыка, смех — гости уже во всю празднуют.
— Ну наконец-то! — Димка хлопает меня по плечу. — Думал, придётся речь толкать одному.
Я оглядываю зал — наш зал с огромными зеркалами и профессиональным паркетом. Кто бы мог подумать...
— Серёж, — Димка вдруг становится серьёзным. — Там это... В общем, Катя пришла.
Сердце замерло…
— Давно?
— Минут двадцать назад. Она с каким-то парнем...
Я киваю. Странно, но внутри — никакой бури. Только лёгкое волнение, как перед выступлением.
Она стоит у окна. Всё такая же красивая, только волосы короче. Рядом — высокий брюнет в очках, что-то увлечённо рассказывает.
— Привет, — я подхожу первым.
— Привет, — она улыбается. — Поздравляю! Я... я очень рада за тебя.
— Познакомишь? — киваю на её спутника.
— Да, конечно. Это Андрей, мы вместе...
— Преподаём в художественной школе, — подхватывает он. — Я наслышан о вас, Сергей. Катя говорила, что вы...
— Андрей у нас рисует потрясающие городские пейзажи, — перебивает Катя. — Кстати, Серёж, помнишь, как я всё просила тебя сходить на пленэр?
— Помню, — я смеюсь. — "Зачем рисовать, если есть фотоаппарат?" Какой же я был...
— Ты не был, — она качает головой. — Ты просто... был другим. Мы оба были.
Повисает пауза. Не тяжёлая, как раньше, а какая-то... правильная.
— Катя! — кричит кто-то из гостей. — Иди сюда, тут твои бывшие ученики!
— Пойду поздороваюсь, — она слегка касается моей руки. — Ты молодец, Серёж. Правда.
Я смотрю, как она идёт через зал — уверенная, счастливая. Свободная. И впервые за долгое время чувствую то же самое.
— Серёга! — Димка машет от диджейского пульта. — Иди сюда, сейчас твой выход!
Музыка стихает. Я поднимаюсь на небольшую сцену, обвожу взглядом собравшихся. Год назад я и представить не мог, что буду стоять здесь. Что смогу...
— Друзья! — голос звучит уверенно. — Я хочу поднять этот бокал за перемены в нашей жизни. За смелость всё изменить. За людей, которые уходят, чтобы мы могли найти себя. И за новые начала, которые...
Договорить мне не дают аплодисменты. Краем глаза замечаю, как Катя украдкой вытирает слезу. Андрей приобнимает её за плечи.
А я... я наконец-то чувствую себя живым. По-настоящему активным.
Три месяца спустя.
Звонок раздался в два часа ночи. Я не спал — готовил программу для нового набора.
— Серёжа... — голос Кати дрожал. — Прости, что так поздно. Можешь приехать? Это срочно.
Сердце ухнуло куда-то вниз.
— Что случилось?
— Я... не могу по телефону. Пожалуйста.
Через двадцать минут я уже паркуюсь у незнакомого дома на окраине города. Катя ждёт у подъезда — бледная, в наброшенной на плечи куртке.
— Прости, — она нервно теребит рукав. — Я не знала, кому позвонить...
— Где Андрей?
— Он... — она запинается. — В общем, за этим я тебя и позвала. Помнишь Игоря с работы?
Как не помнить. Её бывший коллега, вечно крутился рядом, даже когда мы были женаты.
— Андрея нашёл его сообщения в моём телефоне. Старые, ещё... ещё те. Я давно не обращала на них внимание. Забыла про них… И он решил...
— Что ты ему изменяешь? — догадываюсь я.
Она кивает, пряча глаза:
— Устроил сцену. Ушёл. А через час прислал сообщение, что едет к Игорю "разбираться"...
— Адрес?
— Серёж! Я поэтому тебя и позвала — остановить его! Они же там… друг друга!
Игоря мы нашли у бара в центре. Судя по состоянию, он уже хорошо "принял". Андрей стоял напротив — трезвый и оттого ещё более злой.
— А вот и группа поддержки подтянулась! — хохотнул Игорь. — Бывший муж защищать примчался? Или тоже в очередь встал?
Я едва успел перехватить Андрея, рванувшего вперёд:
— Тихо, тихо! Остынь!
— Пусти! — он вырывался. — Ты не понимаешь! Она же...
— Хватит! — Катин крик заставил всех замереть. — Вы что, с ума сошли?! Андрей, между мной и Игорем ничего не было! Ни тогда, ни сейчас! А ты... — она повернулась к Игорю. — Какое право ты имеешь так говорить обо мне?!
— Катька, брось, — он усмехнулся. — Все же видели, как ты...
— Как я что? — она подошла вплотную. — Как я отказала тебе? Как сказала, что люблю мужа? Это все видели?
Повисла тишина. Андрей медленно опустил руки:
— Почему... почему ты не сказала раньше? — его голос звучал глухо.
— Потому что это было неважно! — она всхлипнула. — Потому что я думала, ты мне доверяешь...
Краем глаза я заметил, как Игорь пытается незаметно слинять.
— Стоять! — мой окрик заставил его вздрогнуть. — Ты должен кое-что объяснить.
— Да пошли вы... — он дёрнулся, но я держал крепко.
— Либо ты сейчас при всех рассказываешь правду, либо, клянусь, я сам всё выясню. И тогда...
— Ладно, ладно! — он сдулся. — Не было ничего. Я... я просто думал, может, сейчас, когда она одна...
"Когда она одна..." Я с трудом подавил желание врезать ему. Господи, и этот слизняк портил наши отношения столько лет?
— Убирайся, — процедил я. — И не смей больше...
— Не смей больше попадаться мне на глаза, — закончил Андрей.
Игорь исчез в темноте. Мы остались втроём.
— Поехали домой, — Андрей осторожно обнял её. — Простишь меня?
— Не знаю, — она вздохнула. — Доверие нельзя включить обратно как выключатель...
Он кивнул:
— Я понимаю. Я... я постараюсь заслужить его снова.
— Серёж, — Катя повернулась ко мне. — Спасибо. Правда.
— Да ладно, — я улыбнулся. — Должен же кто-то спасать тебя от глупости мужчин.
В машине я поймал себя на странной мысли: год назад эта ситуация разбила бы мне сердце. Сейчас же...
Уже утро…
Телефон пиликнул. Сообщение от Алины, нашего нового хореографа: "Не спишь? Может, кофе?"
Я улыбнулся. Кажется, жизнь действительно продолжается.
Два месяца спустя.
— Нет, так не пойдёт! — Алина качает головой. — Смотри, здесь нужно мягче, плавнее...
Она подходит сзади, кладёт руки мне на плечи, направляя движение. От её прикосновений по коже бегут мурашки.
Мы репетируем уже третий час. Через неделю — большой отчётный концерт школы, и я должен станцевать с ней показательный номер.
— Серёж, ты опять зажимаешься, — она отстраняется. — О чём думаешь?
О том, что боюсь всё испортить. Снова.
Наши отношения с Алиной развиваются так... странно. Будто идём по тонкому льду: шаг вперёд, два назад. Кофе после занятий, долгие разговоры, случайные прикосновения. Но что-то держит нас обоих на грани.
— "Земля" вызывает Сергея! — она улыбаясь щёлкает пальцами перед моим лицом. — Так, соберись. Перерыв. Пойдём проветримся.
На улице моросит мелкий дождь. Алина поёживается, и я накидываю ей на плечи свою куртку.
— Знаешь, — она вдруг останавливается, — я должна кое-что рассказать...
— Я... я получила приглашение из городского танцевального центра...
Внутри всё обрывается.
— Поздравляю, — выдавливаю я. — Это... это здорово.
— Правда? — она пристально смотрит мне в глаза. — И это всё, что ты можешь сказать?
— А что ты хочешь услышать?
— Не знаю! — она почти кричит. — Может быть, "не уезжай"? Или "ты мне нужна"? Что-нибудь, Серёж! Хоть что-нибудь настоящее!
Я молчу. В голове крутятся тысячи слов, но все они застревают в горле.
— Ясно, — она горько усмехается. — Знаешь, я думала, что это я боюсь отношений после развода. А оказывается...
Она разворачивается и быстро идёт к студии. Дождь усиливается.
— Стой! — я догоняю её у самых дверей. — Подожди...
— Зачем? — она не оборачивается. — Всё же ясно...
— Ничего не ясно! — я резко разворачиваю её к себе. — Ты думаешь, мне легко? Думаешь, я не хочу сказать "останься"? Просто...
— Просто что?
— Просто я боюсь, что снова всё испорчу! Что снова не замечу, как человек рядом со мной задыхается. Что снова построю эту чёртову клетку и...
Договорить она мне не даёт. Целует — резко, отчаянно, со вкусом дождя на губах.
— Дурак, — шепчет, отстраняясь. — Какой же ты дурак...
В этот момент дверь студии распахивается:
— Ой, простите! — Димка делает вид, что смутился. — Я это... просто шёл мимо...
— Да неужели? — Алина смеётся…
— Между прочим, — он картинно надувается, — я хотел сообщить важную новость! Звонили организаторы фестиваля... Они... они хотят видеть нашу школу в качестве специального гостя!
Мы с Алиной переглядываемся.
— То есть... — начинаю я.
— То есть надо усиленно заниматься…, — она улыбается. — Если, конечно, босс не против...
— Босс очень даже за, — Димка подмигивает. — Особенно учитывая, что второй босс только что чуть не съел нашего хореографа...
— Дим!
— Ладно-ладно, ухожу! — он поднимает руки. — Только это... квартиру там сразу на двоих снимайте, чего мелочиться...
Дверь закрывается. Мы остаёмся вдвоём под дождём.
— Так что, босс? — Алина хитро прищуривается. — Рискнёте начать всё сначала?
Вместо ответа я целую её. Долго, нежно, чувствуя, как внутри разливается тепло.
Говорят, нельзя войти в одну реку дважды. Но иногда... иногда можно найти совершенно новую реку. И научиться плавать заново.
Месяц спустя.
— Серёж, можно тебя на минутку? — Катя поймала меня после занятия. Она стала регулярно приходить в нашу студию — записалась на парные танцы с Андреем.
— Что-то случилось?
Она присела на подоконник, нервно теребя край футболки:
— Андрей... он сделал мне предложение.
Я замер. Внутри что-то кольнуло — не больно, скорее удивлённо.
— И что ты ответила?
— Пока ничего, — она вздохнула. — Сказала, что мне нужно подумать. И знаешь, что самое странное? Первый человек, с кем я захотела об этом поговорить — это ты.
— Боишься повторить ошибку? — я присел рядом.
— Да нет... То есть, конечно, боюсь. Но дело не в этом. Просто... — она запнулась. — Помнишь, как мы поженились? Мне казалось, что это какая-то сказка. Что теперь всё будет идеально, само собой...
— А потом оказалось, что сказки нет?
— Именно! — она оживилась. — И сейчас я думаю: вдруг я опять чего-то не замечаю? Вдруг...
В этот момент в зал вошёл Андрей. Увидел нас, замер на пороге.
— Я помешал?
— Нет-нет, — Катя вскочила. — Мы просто...
— Разговаривали, — я поднялся. — Знаешь, Андрей, можно тебя на пару слов?
Катя удивлённо посмотрела на меня, но вышла из зала.
— Слушаю, — он напрягся.
— Расслабься, — я усмехнулся. — Не собираюсь я читать тебе нотации или угрожать. Просто хочу кое-что сказать.
Он молча кивнул.
— Знаешь, в чём была моя главная ошибка с Катей? Я думал, что любовь — это состояние. Достиг его — и всё, живи себе счастливо. А оказалось, что это работа. Ежедневная, постоянная...
— К чему ты это?
— К тому, что она боится. Не тебя — себя. Боится снова построить иллюзию вместо отношений.
Андрей задумчиво потёр переносицу:
— И что ты предлагаешь?
— Покажи ей, что ты готов работать. Не обещай вечную любовь — покажи, что готов создавать её каждый день заново.
Он долго молчал, глядя в окно. Потом медленно произнёс:
— Знаешь... Когда она ушла от тебя, я думал: "Вот оно, моё счастье!" А потом понял: она ушла не ко мне. Она ушла к себе. И теперь...
— Теперь ты должен показать ей, что рядом с тобой она сможет оставаться собой.
На следующий день я застал их в пустом зале. Они танцевали — без музыки, просто глядя друг другу в глаза. Андрей что-то тихо говорил, Катя слушала, чуть прикрыв веки.
Я тихонько прикрыл дверь. Некоторые разговоры должны оставаться между двумя.
Вечером пришло сообщение от Кати:
"Спасибо. За всё."
А через минуту — от Андрея:
"Она сказала да."
Я улыбнулся, набирая ответ:
"Береги её. И себя береги."
Алина заглянула через плечо:
— Что-то случилось?
— Да так... — я притянул её к себе. — Просто иногда жизнь делает неожиданные повороты. И знаешь? Это прекрасно.
Полгода спустя.
Свадьба Кати и Андрея получилась совсем не такой, как наша десять лет назад. Никакого пафосного ресторана и классического марша Мендельсона. Они расписались тихо, в кругу самых близких, а праздник устроили в нашей студии.
— Это место изменило всё, — сказала Катя, когда Андрей предложил более традиционный вариант. — Здесь начался наш настоящий танец.
Я наблюдал за ними издалека. Они кружились в центре зала — счастливые, настоящие. Катя в простом белом платье, больше похожем на танцевальный костюм, Андрей в джинсах и белой рубашке. Никакой фальши, никаких масок.
— О чём думаешь? — Алина положила голову мне на плечо.
— О том, как странно всё складывается, — я обнял её. — Знаешь, когда Катя ушла, мне казалось — это конец. А оказалось...
— Начало?
— Именно.
Димка подкрался сзади:
— Так, голубки, хватит обниматься! У меня важное объявление!
Все собрались в круг. Даже музыку приглушили.
— Друзья! — Димка прокашлялся. — Год назад в этом зале мы праздновали открытие нашей школы. Тогда это казалось авантюрой...
— Потому что это и была авантюра! — крикнул кто-то из гостей.
— Не перебивайте оратора! — Димка шутливо погрозил кулаком. — Так вот, сегодня я хочу объявить, что мы открываем второй филиал! И...
Он сделал драматическую паузу.
— И директором его станет... Екатерина Андреевна!
Катя ахнула. Андрей крепче сжал её руку.
— Но... как же художественная школа? — она растерянно посмотрела на мужа.
— А кто сказал, что нельзя совмещать? — он улыбнулся. — Тем более, новый филиал будет в одном здании с нашей художкой...
— Вы... вы всё спланировали? — она переводила взгляд с него на меня.
— Не без этого, — я подмигнул. — Знаешь, ты научила меня одной важной вещи: нельзя заставить человека быть счастливым. Но можно создать пространство, где он сможет найти своё счастье.
Катя порывисто обняла меня:
— Спасибо. За всё.
— И тебе спасибо, — я тихо рассмеялся.
— Эй! — Алина шутливо толкнула меня в бок. — Не обнимай так долго чужую жену!
— Ревнуешь? — я притянул её к себе.
— Нет, — она лукаво улыбнулась. — Просто хочу сказать кое-что важное...
Музыка снова заиграла громче. Димка начал рассказывать про планы развития школы. Катя с Андреем о чём-то шептались в углу.
— Что важное? — я наклонился к самому уху Алины.
Она помолчала, потом тихо произнесла:
— Кажется... кажется, нам скоро понадобится детская группа в новом филиале.
Я замер. Потом медленно опустил взгляд на её живот:
— Ты... ты серьёзно?
Она кивнула, закусив губу:
— Третья неделя. Я сегодня узнала...
Я закружил её по залу, не обращая внимания на удивлённые взгляды.
— Тише! — она рассмеялась. — Все же смотрят!
— Пусть смотрят! — я поцеловал её. — Пусть все видят, какое оно — настоящее счастье.
Катя с Андреем подошли к нам:
— Что за секреты?
Мы переглянулись с Алиной.
— Ну... — я обнял её за плечи. — Кажется, в нашей танцевальной семье скоро будет пополнение.
— О боже! — Катя взвизгнула и бросилась обнимать Алину. — Я так и знала! Я же говорила тебе, Андрей!
— Поздравляю, брат, — он крепко пожал мне руку.
А я смотрел на них всех и думал: как удивительно устроена жизнь.
Иногда... иногда фраза "Прости, но жить с тобой невыносимо" становится не концом, а началом. Началом нового пути, новой любви, новой жизни.
Началом настоящего счастья.
