В нашем случае есть несколько флажков, по которым особенности ребенка видны даже непосвященным окружающим людям. Я Ксения. Сын Лёня, 8 лет. РАС. 5 лет в коррекции. Здесь «об жизни тех, кто обжегся». В первую очередь, это эхолалии и стереотипии. Далее следуют не до конца отлаженные социальные границы. Прокомментировать действия других людей, например, в лифте — наш любимый аттракцион. «Мама, этот дядя живет на восьмерке» (переносит любовь к советскому автопрому на нумерацию этажей); «Тетенька зашла на шестерке»; «Мальчик вышел на двойке» и так далее. Задавать вопросы чужим людям стало излюбленным занятием. В обязательном перечне вопросов: как зовут, как фамилия, на каком этаже живешь, номер квартиры, марка машины, марка телефона, номер машины. Эдакий ходячий агент по сбору персональных данных. Берегитесь, госуслуги, у вас есть конкурент! Эмоциональная нестабильность. В этом учебном году, с появлением школы и увеличением нагрузки, капризы и истерики словно вышли из тени. Вокал