— Вроде бы оторвались от погони, — произнёс Эрлон, вороша веткой тлеющие угли, на которых медленно поджаривалась толстая куропатка.
Лишившись доспехов, одетый в потрёпанный гамбезон и льняные штаны, рыцарь сейчас походил на бродягу, каких множество отирается близ города Вальмона.
— Хорошо если так, только мы остались без лошадей, — недовольно сказала Найлинда, подсаживаясь к углям и прижимаясь боком к парню. В отличие от рыцаря, на ней не так сильно сказалось долгое бегство от королевских гвардейцев и мстительных воинов-церковников. Очаровательная рыжеволосая ведьма выглядела изящно в своем простеньком суконном платье и практичных дорожных сандалиях. Девушка удобнее устроилась и стала обрезать маленькими ножницами копну длинных волос, сильно мешавших ей последние дни, когда она с Эрлоном пробиралась через дебри Беронского леса.
Протестовавший против этой варварской процедуры парень только вздохнул, глядя как красавица-ведьма наполовину укорачивает рыжие роскошные пряди.
С того момента как они разобрались с напавшими на них из засады гвардейцами епископата, Эрлон и Найлинда оказались вне закона. Впрочем, Найлинда, последняя ведьма из Хелингтона, никогда законам королевства и не подчинялась. Для неё мало что изменилось. Она продолжала выживать. Зато пленивший ее рыцарь-инквизитор Эрлон после нападения церковников потерял всё, включая службу короне. Этот неожиданный и вынужденный союз был необычен, но иначе им было не спастись.
Седьмой день беглецы уходили от отрядов преследователей на запад, в направлении границы с Равеллумом. На линии пограничья королевские солдаты от них отстали, не желая забираться в чащи Беронского леса, сразу за которым начинались первые развалины некогда великой процветающей империи. Пятьсот лет назад Равеллум главенствовал на всем континенте. Его могучих легионов опасались даже те соседи, на земли которых империя не претендовала.
Двадцати лет хватило, чтобы раздираемая войной между тремя наследниками страна погрузилась в бесконечные сражения, а ее территории сократились вчетверо не без помощи алчных соседних государств. Предания, прочитанные Эрлоном в библиотеке замка Арман, гласили, что ни один наследник не мог взять верх в гражданской войне, и тогда чародей Боэн, поддерживающий старшего принца, прибегнул к помощи высших, но недобрых сил. Старый маг открыл портал в сумрачный мир и пытался с помощью хлынувших оттуда монстров привести опекаемого наследника к победе.
Сначала всё шло как он задумал, армии бесов уничтожили армии соперников, разрушили их крепости и сторожевые охранные башни. Однако когда пришло время вернуть оружие в ножны, то есть обратно во мрак, Боэн случайно свалился с дворцовой лестницы, свернул себе шею и при этом разбил магический кристалл, с помощью которого он управлял призванной им нечистью.
Победивший было наследник императора погиб от лап жуткой твари одним из первых, а потом в Равеллуме началась настоящая бойня. Сопротивляться бесам, убивавшим всех подряд, было уже некому. Мало кому удалось бежать из погибающей империи. На территорию Равеллума в ту пору не смел ступить ни один человек.
Большинство чудовищ, подчиняясь только им известным правилам, не пересекли границы Равеллума и, уничтожив оставшееся население страны, вернулись в свой мир. Впрочем, за шесть веков некоторые монстры проникали в граничащие королевства, сея ужас и смерть. И именно тогда для борьбы с ними в соседних королевствах были созданы ордена церковников и Инквизиторов.
Со временем стычек с бесами становилось все меньше, и церковь решила избавиться от боевого крыла — ордена Инквизиторов, воины которого в отсутствие их прямого назначения привлекались наёмниками в обычные войны. До эпопеи с ведьмой Эрлон как раз служил в валлийском ордене Инквизиторов. Скорбные обезлюдевшие территории Равеллума, усыпанные скелетами людей, оставались запретным местом.
Однако искателей приключений было в достатке, и выжившие несли в цивилизованный мир невероятные истории о столице погибшей страны, её подземных лабиринтах, набитых несметными сокровищами. Правда, рассказывали они это в придорожных тавернах, выпрашивая мелкие монеты за истории, потому доверия таким байкам у посетителей не было.
Такой была история земель, на которые направлялись бывший рыцарь-инквизитор и ведьма. Выбора у беглецов не было, поскольку могучие церковники могли достать их в любом из пограничных государств. Однако если бы им удалось пройти проклятые земли и добраться до далёкого княжества Бамерсдор, то они были бы спасены. Нельзя всю жизнь сражаться и бежать...
Об этом и многих других вещах думал Эрлон, глядя на спящую Найлинду. Завтрашним утром им предстояло покинуть землю Валлии и две недели двигаться по проклятым местам. Устроившись возле костра, он уснул, не убирая ладони с рукояти меча. В Беронском лесу могли пожаловать любые гости…
Летняя короткая ночь среди ветвистых исполинов прошла без приключений, хотя Эрлон несколько раз просыпался от неясного шума, раздающегося недалеко от их ночлега. Ему показалось, что он видел несколько белёсых худых фигур, исчезающих, едва рыцарь протирал заспанные глаза, чтобы оглядеться.
«Вейраны», — безошибочно определил парень потусторонний вид человекоподобных лесных тварей, внешне безобразных и пугающих, но практически безобидных. Правда, вейраны иногда воровали у спящих путников еду. Эрлон помнил предание о том, что вейранами становятся трусы, бежавшие с полей битв в беронские чащи, и поморщился. Постыдная и печальная участь спасённой позором жалкой жизни.
Проснувшись раньше Найлинды, он растолкал её, и пока та, как кошка, потягивалась, разделил оставшуюся провизию на двоих. Завтрак вышел очень скромным, два куска чёрного хлеба, два печёных яйца и съедобная зелень, собранная ведьмой по пути. На обед у них оставалось полбутылки красного вина и засохшая сладкая коврижка. Для длинного перехода через весь Равеллум им нужно обязательно раздобыть еды, в чём Эрлон надеялся на Найлинду, поскольку охотиться на быструю лесную и степную дичь с одним мечом и ножом он не умел. В тоже время он был прекрасным стрелком из лука, но подходящих материалов для его изготовления не было.
— Мы найдём еду, — улыбнулась девушка, прочитав мысли рыцаря. Хелингтонские ведьмы могли не только подчинять Голосом врагов, но и ловить мысли людей, правда, только на близком расстоянии. Эмоциональная связь усиливала эту возможность. Связь у Найлинды с Эрлоном была, и не только из-за отчаянной схватки беглецов с врагами и проведённых вместе ночах. Парень не представлял себе уже жизни без обожаемой им ведьмы. Та тоже тепло относилась к Инквизитору, но всё чаще в ней Эрлон замечал легкое лукавство, впрочем, не перечёркивающее чувства. Характер настоящей ведьмы — ничего не поделаешь…
Собрав пожитки, парочка двинулась сквозь дубраву к далекому выходу из леса. По пути им встретились несколько вейранов, не сумевших чем-нибудь поживиться у них ночью. К их присутствию можно было привыкнуть. Они держались на расстоянии, а потом шипя убегали. Пройдя около двух часов, Эрлон со спутницей остановились, изучая округу. Здесь Беронский лес начал редеть, скоплений шарообразных кустов между стволами гигантских деревьев стало гораздо меньше, и местность просматривалась минимум на полсотни шагов, там, где обзор не перекрывали многовековые дубы. Именно тогда Эрлон заметил серый силуэт, напоминающий огромного жука размером с буйвола.
Как называлось это лесное существо, Эрлон не знал, свитки и трактаты не упоминали такого чудовища. На всякий случай рыцарь обнажил меч, приготовившись к схватке.
Однако жук-переросток рванул с места, необычайно быстро перебирая тремя парами тонких конечностей, и догнал одного из удирающих вейранов. Мощные жвала сдавили жертву, хруст и шипение перетекли в предсмертный свист.
Эрлон поначалу не мог оторвать взора от этого зрелища, а потом они устремились с Найлиндой прочь от хищника. Мало ли что решит делать чудовище, пожирающее несчастного вейрана. Вдруг решит разнообразить ассортимент пищи и попытается полакомиться человечиной. Оставив жука поглощать добычу, люди пересекли оставшийся участок с деревьями и покинули Беронский лес, спасший их от погони и в то же время крайне опасный.
Перед ними теперь раскинулась бесконечная холмистая равнина, усеянная развалинами домов и остовами сторожевых башен. Их встречали бесформенные каменные насыпи, некогда бывшие роскошными жилищами, трактирами и казармами. Руины поросли вездесущим зелёным плющом, низенькая шелковистая трава тоже пыталась захватить часть территории, претендуя развалины. Ни одного высокого куста, ни одного деревца не было видно, насколько хватало взора…
В последний раз окинув взглядом лесной массив, Найлинда и Эрлон пошли в сторону маячащего на горизонте величавого остова дворца, когда-то бывшего резиденцией магов. Шли туда целенаправленно. Там ведьма рассчитывала пополнить запас магических сил, отыскать тёмные кристаллы и провести несколько ритуалов, понимание которых, как она высказалась, «дело не рыцарского ума». Эрлон рассеянно кивнул, не собираясь вникать в тонкости предстоящих дел. Его интересовало иное: питьё и еда были на исходе. Кроме того, было важно, чтобы ведьма восстановила Голос, которым она могла воздействовать на противников, если те попадутся им на равнине.
Они двигались между руин, мягко ступая по изумрудной траве, с опаской поглядывая на зияющие мрачной пустотой провалы входов в подземные этажи зданий Равеллума. С тех пор как они вошли на территорию развалин, воцарилась тишина, изредка прерываемая писком юрких зеленых ящериц, удирающих при виде людей в свои подземные убежища. С голубого безоблачного неба пригревало солнце, а среди руин порой срывался освежающий ветерок.
— Неплохое местечко, — оценил обстановку Эрлон. — Я думаю, что проклятые времена для этих мест прошли. А ты как считаешь?
— Я не знаю, — ответила Найлинда, в её голосе проскочила плохо скрываемая тревога. — Я ощущаю… печаль, ярость и силу, природу которой я не могу понять.
— Надеюсь, что ты преувеличиваешь, — самоуверенно заявил парень. — Мне здесь нравится всё больше. Я давно не бывал в настолько мирных местах.
Вместо ответа, ведьма остановилась и пнула носком сандалии низенькую травяную кочку. Оттуда вывалился оскаленный человеческий череп и уставился на спутников пустыми глазницами. На теменной части черепа явно были видны симметрично расположенные отверстия — следы укуса сильных челюстей. Эрлон скривился, но повторил, что проклятые времена Равеллума миновали, а теперь это безопасная территория, хоть и усеянная человеческими останками.
Еще три часа ходьбы среди безмолвия, казалось, не приблизили их к цели — развалинам дворца на горизонте. Резиденция магов, будто мираж, оставалась недостижимой. Эрлон чуть приотстал от ставшей молчаливой ведьмы и думал о том, стоит ли спросить Найлинду об их отношениях или повременить с этим. Спутница вела себя странно, иногда всей душой отдаваясь Инквизитору, но в другой раз становясь безучастной и холодной ко всему.
— Найлинда! — позвал девушку парень, наконец решившись.
Ведьма повернулась на его оклик и … почва под её ногами разверзлась, открывая чёрную воронку. Найлинда с криком провалилась под землю. Рыцарь кинулся ей на помощь, но не успел схватить девушку и только топтался на краю осыпающейся, увеличивающейся пропасти, в которую он чуть сам не свалился. Из дыры тянуло холодом и затхлостью, послышался звук, похожий на топот толпы, затем раздалась чья-то тяжелая поступь. Далёкий крик Найлинды долетел до Эрлона, а потом ему вторил жуткий рёв, заглушивший всё остальное. Тотчас рёв перешел в жуткий хриплый смех. Рыцаря передёрнуло. Он сначала отскочил от провала, а потом решительно отбросив дорожную суму, взял в обе руки меч в ножнах и прыгнул в яму, следуя за своей возлюбленной.
Прыжок мог стоить ему жизни, поскольку Эрлон не знал ни глубины ямы, ни на что он упадет при приземлении. Лишь инстинкт подсказал ему, что раз он слышал топот, то дно подземелья находится не слишком глубоко, максимум три его роста. А прыжки с такой высоты для тренированного Инквизитора, лишенного доспехов, были пустяковым делом.
Мягко приземлившись и при этом умудрившись не наткнуться на собственный меч, молодой человек тут же вскочил на ноги, напряженно озираясь в полутьме, охватившей его после дневного света.
Эрлон быстро оценил подземную полость, в которой оказался. Это был неплохо сохранившийся арочный тоннель с местами обвалившейся кладкой, однако на вид ещё довольно крепкий. В потолке тоннеля зияла светлая дыра, в которую провалилась ведьма и куда прыгал рыцарь. К его удивлению, темнота на удалении от него по обоим концам тоннеля рассеивалась от света крупных многогранных зелёных кристаллов, замурованных в стену через каждые несколько шагов.
Эрлон обрадовался, поскольку у него не было с собой никакого факела или иного источника света. Он прислушался. Воя, топота и криков ведьмы больше не доносилось, но пыльный пол тоннеля был истоптан трёхпалыми широкими отпечатками. Рыцарь наступил ногой в один из следов. Таинственный отпечаток был на треть больше подошвы его сапога. Опытным глазом Эрлон определил по количеству следов, что существ было не меньше десятка. Крови на полу не было, а значит обитатели тоннеля просто утащили свалившуюся им на головы девушку.
Кто эти трехпалые? Куда потащили и зачем? Пока это было неизвестно. Раз не слышно ни криков похищенной, ни топота, выходит, враги быстро перемещаются и находятся уже далеко. Эрлон сжал меч и ускорил шаг, соблюдая осторожность и заглядывая по пути в боковые коридоры, отходящие от главного тоннеля.
**************************
Он шёл целый час по совершенно одинаковому тоннелю, уже повернувшему трижды и совсем потерял исходное направление. Его ориентиром были цепочки следов, расстояние между которыми сократилось. Это значило, что похитители либо приблизились к цели своего продвижения, либо выдохлись.
Пройдя еще сотню шагов, рыцарь остановился. Прислушался. До него донеслось монотонное пение, выводимое десятками голосов. Слова неразборчиво сливались, пение переходило в вой, однако в нём все равно слышалось подобие осознанной песни, может быть — молитвы. Вой становился громче, нагнетал тяжелые ощущения, и рыцарь был уверен, что как только звучание достигнет максимума, то спасать уже некого будет. Он побежал что было сил через анфиладу зелёных коридоров.
Хлипкая ширма, сплетённая из резко пахнущих трав, не остановила его. Она занавешивала вход в огромный прямоугольный зал, освещенный растущими прямо на стенах тысячами жёлто-чёрными цветов, напоминающих гигантских ос. Вдоль одной из стен высилось несколько каменных статуй демонов.
Эрлон проскользнул внутрь и спрятался за одним из уродливых постаментов, послужившим убежищем. Цветы на стенах и потолке наливались жёлтым мертвенным светом, неплохо освещая помещение. Эти растения разгоняли темноту лучше, чем зелёные кристаллы переходов, и достаточно освещали всё происходящее в подземном храме.
В центре зала, вокруг белоснежного круглого алтаря, двойное кольцо непомерно высоких, мускулистых людей, покрытых блестящей чешуей, плавно покачивалось в такт заунывного пения рядом с обездвиженной жертвой.
Найлинда была связана, а из её рта торчал травяной кляп. Полуящеры-полулюди додумались заткнуть девушке рот, чтобы она не могла использовать магический Голос.
Эрлон, присмотревшись к монстрам, понял, что в них человеческого меньше, чем доли пресмыкающихся. Покрытые крупной зеркальной чешуей, с хищными мордами, вытянутыми и сильными трехпалыми верхними и нижними конечностями, они бы привели в ужас любого воина цивилизованного мира. Но не Инквизитора, повидавшего всяких ужасов и бившегося с самыми невероятными противниками. К тому же у него в руке был меч, а полтора десятка его противников хотя и выглядели грозно, однако не были вооружены.
Молитва мутантов затихла, и Эрлон приготовился к атаке. С ножом в одной руке и с мечом в другой, он обрушился на опешивших тварей. Рыцарь беспощадно колол рубил и ящеров, используя их недолгое оцепенение, и по меньшей мере пятеро из его врагов пали мёртвыми возле алтаря. Под чешуйчатыми телами расплывались белёсые лужи.
Вскоре уцелевшие ящеры отступили, перестроились и, собравшись толпой, приготовились напасть на воина. Тот не теряя времени разрезал путы на руках и ногах ведьмы, а также вытащил кляп. Ведьма Голосом заставила ящеров замереть на месте. Вдвоем они расправятся с этой шипящей компанией!
— Эрлон, бежим отсюда! — совсем не героически закричала Найлинда, уставившись куда-то за спину рыцаря.
— Что? — опешил рыцарь, жаждущий схватки. А потом и он услышал, как заскрипели каменные квадратные плиты за его спиной, почувствовал едкий мускусный запах, от которого сразу закашлялся.
Эрлон развернулся и увидел, как в тёмном стенном проёме, в который могла проехать карета, загорелись два белых глаза, без зрачков, и каждый размером со столовое блюдо. Потянуло щиплющим горло дымом и нарастающим жаром.
— Да скорее же! Это огненный дракон, нам с ним не сладить! — ведьма схватила за руку парня.
— Но ведь драконы благородные и… — начал было возражать Эрлон, когда ведьма потащила его за собой в сторону массивной двустворчатой двери на противоположной от них стороне зала.
— Не этот… — шикнула Найлинда, когда они миновали замерших полулюдей. — Атакуйте дракона! — приказала она чешуйчатым монстрам, показывая на нового врага.
Одного взгляда, быстро брошенного через плечо, хватило Инквизитору, чтобы понять, что девушка всё правильно делает. Выползшее из стены чудовище не походило на величественных, изящных драконов с картин. Утратившая крылья за века подземной жизни, бледно-серая туша размером с ланнарского слона с трудом протолкнула себя в жертвенный зал. Чешуя, кое-где покрывавшая монстра, слезла с него сразу в нескольких местах, гниющие раны черной цепочкой шли вдоль горбатого хребта. Он больше походил на нежить. Но дракон это был или нет, а монстр разинул клыкастую пасть, и в глотке у него засветился оранжевый увеличивающийся ком — верный признак того, что чудище сейчас изольётся смертельным огнём.
Найлинда визгнула, и они с Эрлоном успели в последний момент открыть тяжелую двустворчатую дверь, проскочить и тут же захлопнуть ее за собой. Металлические створки, покрытые загадочными рунами, застонали под напором драконьего пламени, заполонившего жертвенный зал, едва люди покинули его.
Они бежали по новой паутине коридоров. Теперь Найлинда, словно что-то узнав, без сомнения вела спутника к уже близкой резиденции магов, откуда она хотела открыть портал, способный перебросить их на границу с Бамерсдором. Достаточно с них приключений в Равеллуме, не помешает хотя бы временное пристанище!
К вечеру они достигли нужных развалин. Во дворце магов необходимые кристаллы отыскались быстро, и ведьма состряпала магический обед проголодавшемуся рыцарю. Запеченная румяная курица с внушительной бутылью, наполненной ягодным морсом, выглядели настоящими, а запах издавали такой, что Эрлон даже думать не хотел о наставлениях Найлинды, что волшебная пища питательна лишь на треть от настоящей. Он уплетал еду, пока его спутница разбиралась с открывшимся разноцветным порталом.
— Ты наелся? — усмехнулась ведьма и поцеловала его в щеку, отблагодарив за спасение. — Скоро мы будем на пограничье Бамерсдора. Понятия не имею, как там нас примут, но идти больше некуда. Надеюсь, ты договоришься с одним из их рыцарских орденов. Вы же коллеги по наёмному делу.
— Ага, — кивнул Эрлон, взирая на свою спутницу влюбленными глазами.
Ему всё равно было куда идти — лишь бы она была рядом…
Автор: Дмитрий Чепиков