О судьбе Александра Есипова, чьи предки жили в Путятино и где он был арестован в 1928-м году. Сей доклад был прочитан в октябре 2021 года, в Свято-Успенском женском монастыре г. Александрова.
С тех пор многое удалось узнать, уточнить некоторые факты. Однако статья публикуется в первоначальной редакции с минимальными правками.
Вступление
Семейная легенда гласит, что Шура, так звали в семье Александра Есипова, в конце Первой мировой войны "горел в самолёте". И дал обещание – если выживет, то посвятит оставшуюся жизнь Богу.
Первую мировую войну Александр встретил в чине подпоручика. Буквально накануне войны он закончил Казанское военное училище. И, сразу же после выпуска, отправился на фронт в составе 190-го Троицко-Сергиевского полка. Менее чем через год после начала боевых действий он был ранен. Долго лечился. После выздоровления перевёлся в Эскадру Воздушных Кораблей, где и служил до конца войны.
Сам же Александр лётчиком не был. Служил он в должности командира нижних чинов в лётной школе. И по каким причинам он вдруг оказался в самолёте, что именно произошло, нам достоверно неизвестно. Да и было ли это событие в действительности? На этот вопрос ответ нам может дать только внимательное изучение архивов.
Но одно нам известно точно – с Александром произошло нечто такое, что перевернуло его жизнь. И этому были найдены пусть косвенные, но подтверждения.
В 1937 году Александр Есипов проживал в селе Покров Юрьевского района, в то время Ивановская промышленная область, а ныне – Владимирская область. 19 апреля к нему пришли с ордером на арест. В доме прошёл обыск, Александра арестовали. Ему предъявили обвинение в антисоветской агитации, в распространении провокационных слухов о войне, кончине мира и падении советской власти.
Один из свидетелей на допросе показал, что, работая вместе с А. С. Есиповым на пасеке, Александр говорил ему о некоем видении, и даже чуде, после чего он, А. С. Есипов и стал религиозным (так в деле). Что это было за видение, когда оно произошло, какие ещё истории рассказывал Александр, об этом в деле нет никакой информации.
Но вряд ли стоит сводить всё к этим двум историям. Вряд ли стоит говорить о том, что «на пустом месте», вот так вот вдруг, внезапно, возникла его вера.
А что, если обратиться ко всей истории его жизни? И не только его, но и его предков? Сумеем ли мы там найти ответ на вопрос – почему Александр хотел «стать попом» (так в деле) некоей пустынной церкви, к которой он принадлежал и от имени которой действовал?
Семья Александра Есипова
Родился Александр в Вышнем Волочке, Тверской губернии. Его отец , Сергей Сергеевич, после окончания Московского Императорского Университета, восемь лет служил земским врачом в разных местах нашего Богохранимого Отечества. Начал он службу в Костромской губернии, затем – Юрьев-Польский и Вышний Волочёк. Именно там, в Вышнем Волочке, у Сергея Сергеевича и его жены, Евгении Александровны, 11 мая 1895 года родился четвёртый сын, Александр.
Рассказывали о том, что все в семье Сергея Сергеевича были верующими, говорили и то, что сам он пел в церковном хоре. Подробностей никто не помнил, но за достоверность – ручались. И тому нашлось достоверное подтверждение.
В 1892 году «Владимирские епархиальные ведомости» писали в корреспонденции из города Юрьева:
«В городе Юрьеве, в церкви Покрова Пресвятой Богородицы – церкви довольно бедной, недавно организовался ещё небывалый здесь любительский хор».
Организовал хор и руководил им ветеринарный врач Н. И. Любимов. Городовой врач Сергей Сергеевич Есипов – участник этого хора.
Не случайно и, опять же, «не на пустом месте» и не вдруг, возникла такая мысль у нескольких человек. Все они хорошо знали друг друга, собирались вместе, обсуждали события окружающей их жизни. Для них было важным не только регулярно ходить к церковной службе, для них была важна и красота самой службы.
Церковь, как пишет корреспондент, была бедной. Скорее всего, настоятель не мог позволить себе содержать церковный хор на те скудные средства, что приносил приход. И тогда искренне верующие люди, а иными они не могли быть, бескорыстно создали свой хор.
Обязательно надо сказать – кто они, участники церковного хора.
- Провизор аптеки С.В. Семёнов
- Учитель Н.В. Семенов
- Учительница, дочь местного исправника В.В. Маслова
- Л.А. Аляева и В.А. Аляев (муж и жена)
- Судебный следователь А.Е. Култашев
- Акцизный чиновник П.А. Виноградов
Этот рассказ свидетельствует о том, что Александр рос в семье искренне и глубоко верующих людей. Что, конечно же, не могло не оказать на него серьёзное влияние.
Но и отец его, Сергей Сергеевич Есипов, традиции своей семьи строил на тех основаниях, что принял от своего отца и от других своих родственников.
Пока скажем лишь то, что отец Сергея Сергеевича, капитан Сергей Васильевич Есипов, с 1878 по 1884 годы был церковным старостой Петропавловской церкви села Мякишево Александровского уезда. Именно в этой церкви капитан Есипов крестил своих детей, здесь же венчалась его дочь.
Чуть более чем через год после рождения Александра, вся семья перебралась в Симбирск. Именно в Симбирске Александр вырос, там же закончил коммерческое училище и за два года до Великой Войны, как тогда называли Первую мировую, поступил, как и его двое старших братьев, в Казанское военное училище. Он закончил училище летом 1914 года, за месяц до начала войны.
Первая мировая война и первые годы Советской власти
В первый же год войны он был тяжело ранен в полость живота и бедро. После лечения вновь вернулся на фронт. Был награждён орденами св. Анны IV степени и св. Станислава III степени. Закончил войну в чине поручика.
В 1917 году, сразу же после Октябрьской революции, он приехал в Сергиев, такое имя носил тогда город Сергиев Посад. Здесь, в собственном доме, жила его мать и младшая сестра. Увы, отец его, старший врач Симбирского госпиталя Красного креста, умер от апоплексического удара в 1915 году, в Киеве.
В Сергиеве Александр пробыл недолго. По неведомым причинам, уехал он в Полтаву, где работал на пчеловодческой пасеке. В конце 1918 года его попытались было призвать в Добровольческую Белую армию, но он был освобождён по болезни. Потом он лечился, где-то работал и вновь вернулся в Сергиев в 1922 году.
Александр поселился на хуторе, вблизи деревни Путятино, где вёл хозяйство его старший брат Сергей. Часть земли в Путятино тогда ещё принадлежала его матери, Евгении Александровне. Место это, находящееся в дали от оживлённых дорог, и сейчас тихое, спокойное и уютное. Может именно потому и захотел он поселиться в таком месте, вдали от всех тревог и напастей?
Но Александра не обошли стороной события того времени.
Дело агитпропа Костомарова. 1928 год
В середине двадцатых годов прошлого века в Сергиеве, вокруг Троице-Сергиевой Лавры, жили монахи, священники, прихожане множества храмов, лица дворянского происхождения и духовного звания. Вряд ли Александр оставался в стороне от церковной жизни того времени. Он не мог не быть знаком с теми, кто ещё оставался предан православной вере и Христу.
В конце мая 1928 года в городе Сергиев арестовали порядка восьмидесяти человек по делу антисоветской группы черносотенных элементов. Среди арестованных были отец Павел Флоренский, дочь Саввы Мамонтова – Александра, и так называемые «бывшие» (лица дворянского происхождения и духовного звания): профессора Московской Духовной Академии, монахи, священники и прихожане церквей. Среди арестованных был и Александр.
Арестам предшествовала громкая газетная кампания. «Рабочая газета» опубликовала статью, в которой разоблачалось «Гнездо черносотенцев под Москвой». Говорилось о том, что в городе Сергиев, «в укрытии музея Троице-Сергиевой Лавры», под видом музейных работников и служащих, скрываются «бывшие» - князья, дворяне, священники, монахи и прочие. Звучали призывы разрушить это гнездо. К «Рабочей газете» присоединился журнал «Безбожник у станка». В своей статье он опубликовал список «бывших» людей и церквей, прихожанами которых они были.
Говорили, что аресты связаны с якобы покушением на некоего товарища Костомарова. В те времена он был заместителем заведующего агитпропа. Будто бы в него стреляли, и стрелял кто-то из этих самых, из «бывших». Потом вроде как выяснилось, что произошёл обычный бытовой скандал, чуть ли не из-за любовницы. А вот связаны ли аресты с этим событием, нет ли – доподлинно пока не установлено. Возможно, что это был повод, но не более. Скажем лишь то, что это дело ещё ждёт своего вдумчивого исследователя.
В 2014 году, в журнале «Энтелехия», была опубликована глава из книги отца Андроника, в которой сделана попытка более подробно разобрать то самое дело.
Александра Есипова обвинили в антисоветской агитации. В некоторых источниках говорится о том, что практически всем было предъявлено обвинение в покушении на Костомарова. Так ли это или нет – ответ на этот вопрос можно получить после детального изучения всего дела. Равно как и ответ на вопрос – почему практически в один день арестовали столько человек? Одно известно точно. Александру не было предъявлено обвинение в покушении на убийство.
Следствие было быстрым и заняло чуть более двух месяцев. Практически всем задавали один и тот же вопрос: «Ваше отношение к Советской власти?».
Ответ Александра был следующим.
Я никаких политических убеждений не имею, так как я религиозный человек. К соввласти я отношусь как к законной власти и подчиняюсь ее распоряжениям. Против советской власти я никогда ничего не говорил, т.к. я считаю, что всякая власть от Бога, а если от Бога, то говорить против власти, установленной от Бога это быть против Бога.
Для многих приговор был один – ссылка, лишение права проживания в Москве, Ленинграде, Харькове, Киеве, Одессе и Ростове-на-Дону и в означенных губерниях, с прикреплением к определённому месту жительства сроком на три года. Три года ссылки Александр провёл в Твери.
Тридцатые годы - дело о пустынной церкви
Вернувшись из ссылки в 1931 году, Александр поселился в селе Покров, Юрьевского уезда. Некоторое время работал в колхозе, заведующим пасекой. В 1936 году с этой должности его сняли, после чего он занялся приусадебным пчеловодством.
В 1933 году в Варварино вернулся из ссылки священник Сергей Иванович Измалков. Александр познакомился с ним в Бутырской тюрьме, в 1928 году, после ареста в Сергиеве.
Как сказано в деле 1937 года, Измалков и Есипов «решили организовать нелегальную группу церковников» (так в деле). А по факту отец Сергей Измалков у себя дома устроил нелегальную церковь, по благословлению епископа Николая (Добролюбова). Александр же передал для этой церкви всё необходимое, церковную утварь и книги. Возникает вопрос – откуда у Александра было «всё необходимое»? Священником он не был, года два как вернулся из ссылки…
Есть одна гипотеза, пусть и очень зыбкая, ожидающая тщательной проверки, но рассказать её имеет смысл.
Родной брат Александра, Михаил, вместе со своей семьёй жил в городе Сергиев, работал педагогом-обследователем в комиссии по делам несовершеннолетних. В его семье в 1922 и 1924 годах родились дочери. В 1928 году Михаил умер от тифа. Его жена, Татьяна Павловна, воспитывала дочерей одна. В марте 1934 года она умерла от воспаления лёгких. Дети одни не остались, их забрала к себе родная сестра Татьяны – Александра, по мужу Басова. Детей у них с мужем не было и всю свою жизнь она посвятила воспитанию своих племянниц, а в последствии – их детей, коих она по праву считала своими внуками.
Александра жила на окраине города на улице с названием Кукуевская набережная. Дом стоял почти на краю оврага, на другой стороне которого находился Кокуев погост. И там же, при кладбище – Всехсвятская церковь. В этой церкви с 1930 года служил настоятелем архимандрит Маврикий, в миру – Михаил Владимирович Полетаев. В доме Александры Павловны Басовой, родной сестры Татьяны, он снимал угол.
Есть все основания полагать, что Александр Есипов мог быть знаком с отцом Маврикием. Александр не мог не принимать участие в судьбе своих племянниц. Возможно, помогал в меру своих сил, приезжал в дом к Александре, проведать детей и побеседовать с ней о вере. Сама тётя Саша, как звали её в семье, веру имела твёрдую и несокрушимую. Именно в её доме Александр мог познакомиться с отцом Маврикием, мог беседовать с ним.
Осенью 1935 года отца Маврикия арестовали. Произошло это в доме Александры Басовой. Его обвинили в организации «контрреволюционной монархической группировки». Александра несколько раз ездила в Бутырскую тюрьму, отвозила передачи. Отца Маврикия приговорили к трём годам лишения свободы и отправили в Карагандинский лагерь. В 1937 году, будучи в лагере, он был обвинён в создании контрреволюционной группы и 4 октября – расстрелян. В двухтысячном году архимандрит Маврикий канонизирован как священномученик.
Вполне возможно, что Александра Басова передала оставшиеся после отца Маврикия вещи и церковную утварь Александру. Время было тревожное и неоднозначное. Тётя Саша очень пеклась о безопасности своих племянниц. Но и готова была порадеть за дело Александра.
Но продолжим о тридцатых годах.
О существовании пустынной церкви Александр узнал от некоего епископа Виктора, с которым вместе сидел в Бутырской тюрьме в 1928 году. Спусти почти десять лет Александр узнал о том, что и отец Сергей Измалков принадлежит к этой церкви. Неизвестно, принимал ли участие в деятельности пустынной церкви сам Александр - в период с 1928 года до встречи с отцом Сергием Измалковым. Но в своих показаниях он сказал: «Мы с Измалковым решили, как единомышленники, организовать нелегальную группу церковников, которую, как более опытный, возглавил Измалков».
Что же на самом деле скрывалось за сухим, официальным названием, «контрреволюционная группа церковников»? И сам ли священник Измалков был инициатором создания такой группы? На этот вопрос есть ответ в деле.
На одном из допросов следователь задал Александру вопрос: «Вам известно кто и где производит посвящение в попы? (так в деле)». Александр рассказал о том, что сам хотел стать священников. И что некая Екатерина Александровна, фамилии которой он не знает, знакома с одним тайным епископом, который поможет Александру в исполнении его желания. И этот тайный епископ готов оплатить проезд туда и обратно. Но Александр не смог поехать к нему, потому что «работал на пасеке и с работы не отпустили».
А через десять дней следователь спрашивал о тайном соборе и его участниках. Следователя интересовало – кого из них знает Александр Есипов.
«Измалков мне говорил только о следующих: епископ Серафим, Николай, Афанасий и Иосиф. Называл ли он кого из епископов, я не помню. Решений малого собора мне Измалков не показывал и читать мне их не давал», - именно так записано в деле.
Сам же отец Сергей Измалков, вернувшись из ссылки, организовал «ряд нелегальных контрреволюционных групп церковников» по указанию (или же по благословлению) епископа Николая Добролюбова. Может быть епископ Николай был одним из тайных епископов пустынной церкви?
В 1933 году Александр девять месяцев жил в Суздале, где познакомился со своими единомышленниками. И там, в Суздале, усилиями Александра Есипова появилась своя «группа церковников». По возвращении из Суздаля в село Варварино он вёл с ними активную переписку.
Из Москвы в Варварино приезжала некая Александра Ивановна, рассказывала о том, что делается среди церковников в Москве, как и за что выслан Иосиф, и что он говорит.
И возникает вот какая мысль. А что, если мы прикоснулись к неизвестной странице истории о жизни православной церкви? Возможно, что и существовала в тридцатых годах прошлого века в СССР тайная пустынная церковь, со своим малым и, вероятно, большим собором, со своими епископами, священниками и прихожанами. Речь может идти об иосифлянах, во главе которых стоял митрополит Ленинградский Иосиф (Петровых). В 1931 году он был выслан на пять лет в Казахстан. Не о нём ли вела речь Александра Ивановна?
В апреле 1937 года Александр Сергеевич Есипов был арестован. Вместе с отцом Сергеем Измалковым и Анной Петровной Старостиной он был обвинён в том, что вёл среди колхозников агитацию против мероприятий партии и правительства, распространял провокационные слухи о войне, кончине мира и падении советской власти. Виновным он себя признал частично. Осуждён по статье 58, пункты 10 и 11. Особым совещанием при НКВД приговорён к высшей мере наказания – расстрелу. 25 сентября 1937 года в 23 часа расстрелян в г. Иваново. Реабилитирован в 1989 году.
Из семейной истории Александра Есипова
До сих пор во Владимирской губернии живёт своей жизнью село Гагино, равно как и деревня Яковлево, что приютилась рядом, на пригорке. Всего в паре-тройке километров от Гагино стоит то самое сельцо Путятино, где в 1928 году был арестован Александр Есипов.
Вряд ли местные дачники, что приезжают сюда на выходные, задумываются об истории здешних мест, о тех, кто жил здесь.
С середины восемнадцатого проживали здесь потомки дворянского Чулковых. Три дочери, Екатерина, Анна и Ольга. После смерти своего отца и по раздельному акту, учинённому их матерью, они получили в наследство свои части имения.
Екатерина Васильевна достаточно рано вышла замуж, родила сына. Муж её, отставной капитан Кондратьев-Барбашев, вскорости умер. Более замуж Екатерина не вышла, она хранила верность покойному мужу.
В 1845 году, на свои собственные средства, в селе Гагино она строит церковь. А за сто лет до этого события, на месте обветшавшей деревянной церкви, родной брат её прадеда, Чулков Василий Иванович, генерал-аншеф и кавалер, построил каменный храм.
В 1872 году «почтеннейшая старица», так об этом сказано в официальных документах, и вновь на собственные средства, строит богадельный дом для бесприютных вдов и сирот и даёт ему название «Барбашевский», в честь своего покойного мужа. При богадельне построили храм, открыли лечебницу и школу для крестьянских детей. Существовал богадельный дом под покровительством государыни Марии Фёдоровны.
На склоне лет Екатерина Васильевна в своём родовом имении обустроила место, в котором могла свободно творить молитвы и добрые дела. После её смерти смотрителем богадельни стал её сын, а после его смерти – её внучка.
В 1841 году прадед Александра Есипова, титулярный советник Василий Алексеевич Есипов, в Вознесенской, что при Троице-Сергиевой Лавре, церкви, крестил своего сына, Николая. Восприемником был Свято-Троицкой Сергиевой Лавры Наместник Спасо-Вифанского монастыря Архимандрит Антоний.
В последние годы жизни архимандрита Антония Е.В. Кондратьева-Барбашева пожертвовала земли на поддержание Лаврской Боголюбской киновии. Но архимандрит Антоний и схимонах Филипп скончались, и десять лет прошло, прежде чем эти земли закрепились за обителью.
Екатерина Васильевна была родной тёткой деда Александра Есипова, отставного капитана Сергея Васильевича Есипова. Рядом с Екатериной Васильевной, рука об руку, трудилась и помогала во всех делах Надежда Васильевна Есипова, родная сестра капитана Есипова.
На протяжении как минимум трёх веков семью Есиповых с православной верой и церковью связывали крепкие и нерасторжимые узы. И эта незримая связь помогала и укрепляла в вере исповедника Александра Сергеевича Есипова.
Род Есиповых своими корнями исходит из Владимирской земли и тесно с ней связан. Ещё в середине семнадцатого века Иван Дмитриев Есипов владел сельцом Шадрино Юрьевского уезда. Отец и дед Александра родились и выросли здесь, в Александровском уезде. И на Владимирской земле закончил свой земной путь сам Александр Сергеевич Есипов.
И для меня большая честь здесь, в Успенском монастыре, рассказать о своих предках. В месте, где чтят и помнят Александра Есипова. Своим предкам я и посвящаю это выступление. И от всего сердца, искренне, благодарю вас за возможность поведать сию историю.