Чем особо примечательно сновидение З. Фрейда «Об инъекции Ирме»?
Собственно тем, что именно на этом личном примере он демонстрирует свой оригинальный способ толкования сновидений в одноименной книге. Как сам отмечает Фрейд, он уходит от варианта рассмотрения нарратива сновидения целиком. Не прибегает он и к помощи имеющихся на тот момент сонников, а раскладывает само сновидение на фрагменты (21 фрагмент, буквально, – предложения как смысловые единицы нарратива сновидения) и ассоциирует относительно них, выстраивая причинно-следственные связи на базе и дневных остатков, ставших триггерами сюжетной линии сновидения, и определенных личных историй, в которые так или иначе были вовлечены основные персонажи сновидения, образованные как результат действия механизмов смещения и сгущения. Всё это подтвердило мысль Фрейда о том, что любое впечатление, даже самое незначительное, оставляет неизгладимый след в психике человека. Сновидение замещает мысли галлюцинациями и, в свою очередь, создает из этих образов ситуацию и драматизирует мысль.
Что значит истолковать сновидение как симптом, согласно Фрейду? Это значит раскрыть его смысл, заменить его чем-то, что в качестве полновесного, равноценного звена включается в цепь наших душевных действий.
Ознакомился в начале с текстом самого сновидения, который Фрейд приводит в книге "Толкование сновидений" (1900)/
СНОВИДЕНИЕ(23/24 ИЮЛЯ 1895 ГОДА)
Большой зал — много гостей, которых мы принимаем. Среди них Ирма, которую я тотчас отвожу в сторону, словно хочу ответить на ее письмо, упрекнуть ее в том, что она до сих пор еще не приняла «решения». Яговорю ей: «Если у тебя по-прежнему боли, то только по твоей вине». Она отвечает: «Если б ты знал, какие у меня боли в горле, в желудке и в теле, меня буквально сжимает». Я пугаюсь и смотрю на нее. Она выглядит бледной и отечной; мне приходит в голову мысль, что я проглядел какое-то органическое заболевание. Я подвожу ее к окну и осматриваю ей горло. При этом она слегка противится, как все женщины, которые носят вставную челюсть. Я думаю, что ей-то этого не нужно. Рот открывается, и я вижу справа большое белое1 пятно, а чуть дальше — непонятные сморщенные образования,напоминающие носовую раковину, удлиненные серо-белые струпья. Я тотчас подзываю доктора М., который повторяет осмотр и подтверждает мое мнение... Доктор М. выглядит совсем не так, как обычно; он очень бледен, хромает и почему-то без бороды... Мой друг Отто тоже стоит теперь рядом с ней,а друг Леопольд производит перкуссию ее легких и говорит: «У нее приглушенные звуки слева внизу». Он указывает также на инфильтрированный участок кожи на левом плече (несмотря на одежду, я ощущаю его, как и он...). Доктор М. говорит: «Несомненно, это инфекция. Ничего страшного: у нее будет дизентерия,и яд выйдет...» Мы сразу же понимаем, откуда эта инфекция. Недавно, когда она себя почувствовала нездоровой, приятель Отто сделал ей инъекцию препарата пропила—пропилена... пропиленовой кислоты... триметиламина (его формулуя отчетливо вижу перед глазами)... Такие инъекции нельзя делать столь легкомысленно... По всей вероятности, и шприц не был чист.
По сравнению со многими другими это сновидение имеет одно преимущество. Сразу понятно, с каким событием прошедшего дня оно связано и какой темы касается. Информация об этом приведена в предварительном сообщении. Слова, которые я услышал отОтто о состоянии Ирмы, история болезни, которую я писал до поздней ночи, занималимоюдушевную деятельность и во время сна. Тем не менее никто, ознакомившись с предварительным сообщениеми с содержанием сновидения, не сможет догадаться, что означает мой сон. Я этого и сам также не знаю. Я удивляюсь симптомам болезни, на которые жалуется в сновидении Ирма, ибо они совсем не похожи нате, что я у нее лечил. Я улыбаюсь бессмысленной идее об инъекции пропиленовой кислоты и утешению, высказанному доктором М. В конце сновидение кажется мне более туманным и непонятным, чем в начале. Чтобы выяснить значение всего этого, я должен решиться на подробный анализ.
Итак, рассмотрим предлагаемые Фрейдом фрагменты сновидения.
1. Большой зал и много гостей на приеме.
Это реальный особняк, с большими залами, где одно время проживал Фрейд вместе со своей семьей. Действие происходит накануне широкого празднования дня рождения беременной жены Фрейда. Возможно, этот особняк – метафора грандиозности личности Фрейда.
2. Упрёк Ирме.
Ирма отказала Фрейду в его решении ее вопроса. Она выбрала неверное решение. Переложение ответственности Фрейдом с себя на Ирму.
3. Жалобы Ирмы.
Боли в горло, желудке – их нет в реальности. В реальности – тошнота и дурнота. Как будет очевидно далее, – это симптомы других людей.
4. Бледность и отечность Ирмы.
В реальности – это не симптомы Ирмы. Это симптомы беременной жены Фрейда, боявшейся боли в желудке.
5. Испуг Фрейда (проглядел органику).
Желание ошибки в диагнозе, дабы устранить упрёк в неудачном лечении. Перевод на органику (другая компетентность, хотя, настолько ли другая, учитывая, что Фрейд вообще-то врач по образованию), а не на то, что он не умеет лечить истерию, что психоанализ – неверная теория.
6. Ирма у окна для осмотра горла. Она противится, у нее вставная челюсть. Ей это не нужно. Вставная челюсть.
Также нереальная ситуация с Ирмой. В реальности у окна стояла ее подруга – тоже вдова, вероятно, истеричка, также с приступами удушья как и Ирма, но она более интеллектуально развита. У нее дифтеритные налеты в горле (ее лечит доктор М.). По предположению Фрейда, она была бы лучшей его пациенткой, т.к. умна и «откроет рот» и примет решение Фрейда, а значит – излечится. Вставная челюсть отсылает к реальной гувернантке, у которой при осмотре была обнаружена вставная челюсть. Вероятно, этот элемент был введен в сновидение как то, что сделает образ Ирмы еще более отталкивающим. Вставная челюсть – агрессия, вероятно, метафора «зубастая вагина».
7. Белое пятно, серые струпья в горле.
Отсылка к дифтериту подруги Ирмы. Струпья в горле Ирмы как беспокойство за собственное горло (Фрейд заболел раком). История с лечением кокаином, которым Фрейд снимал отечность носа, и порекомендовал это же своей другой пациентке, что по итогу привело к некрозу слизистой носа и упрекам в адрес Фрейда как врача. Некроз – внутреннее разложение.
8. Фрейд зовет доктора М.
Поддержка этого высоко репутационного врача для Фрейда очень важна. При этом вспоминается еще одна история профессиональной неудачи Фрейда с пациенткой, которой он прописал сульфонал, что привело к тяжелейшей интоксикации и вынужденному обращению к опытным коллегам.
К слову, имя этой пациентки совпало с именем дочери Фрейда (Матильда), которая заболела впоследствии дифтерией, и это было воспринято Фрейдом как кара, возмездие (око за око). И это можно рассматривать как возможность упрекнуть самого себя в недобросовестности.
9. Доктор М. бледен, без бороды и хромает.
В реальности без бороды и хромает старший брат Фрейда.
10. Отто и Леопольд рядом с Ирмой.
Оба – ассистенты Фрейда, нередко конкурируют и в жизни. Леопольд намеренно противопоставлен Отто как более осмотрительный, от кого можно получить поддержку, нежели, чем от Отто. И именно Леопольд при осмотре выявляет органические симптомы, что в пользу оправдания Фрейда.
11. Инфильтрованный участок кожи на левом плече Ирмы.
Отсылка к ревматизму Фрейда: «Я ощутил его, как и он…». В собственном теле, несмотря на одежду.
12. «…несмотря на одежду…
Об особенностях медицинского осмотра женщин.
13. Доктор М.: «Это инфекция. Наступит дизентерия и яд выйдет».
Ассоциативная цепочка: дифтерит – дифтерия – дизентерия. Общая инфекция по всех 3х случаях (подруга Ирмы – дочь Фрейда Матильда – Ирма).
14. «Ничего страшного».
Боли Ирмы от тяжелого органического поражения, что избавляет Фрейда от чувства вины, ибо нельзя психотерапией излечить дифтерит. Более того, абсурдно данное утешение из уст авторитетного доктора М.
15. Дизентерия.
Очищение, избытие инфекции Ирмы через кишечник. Плюс, реальный случай из практики Фрейда, снова неудачный. Пациент имел проблемы с дефекацией, Фрейд его не хотел лечить и отправил в путешествие в Египет, где у того случилась дизентерия и к психическому расстройству добавилось еще и органическое. И вновь, упрёки в адрес Фрейда.
16. «Мы понимаем, откуда инфекция».
Посмеяться над доктором М., как он сам недавно смеялся над коллегой (белок в моче выйдет сам с мочой). Вероятно, это насмешка Фрейда над доктором М. как несведущим в истерии.
Версии:
a) Месть Ирме: я не несу ответственности, это по ее вине. Ирма непослушна, ее Фрейд заменяет идеальной подругой, интеллектуально более развитой, готовой «открыть рот», и принять в себя его решение.
b) Месть доктору М.: через абсурдное утешение. Он невежа. И он отказал в чем-то важном Фрейду в реальности. Значит, нужно в сновидении апеллировать к более значимому мужчине – другу из истории про сексуальность и триметиламин.
17. Инъекция Отто.
Отто делал инъекцию в реальности другому человеку, будучи в гостях у Ирмы. Также это напоминание о несчастном друге Фрейда, который умер от инъекции кокаина (хотя рекомендация Фрейда была иной – принимать во внутрь). Почему еще этот друг? Образования в горле Ирмы похожи на носовые раковины.
18. Пропил, пропиленовая кислота.
Подарок Отто, ананасовый ликер, был испорчен, пах сивухой, отсылка из-за запаха амила к органической химии.
19. Триметиламин
Формула перед глазами, связана с разговорами о химической сексуальности с хорошим другом, автором идеи о связи носовых раковин и женских гениталий. Почему сексуальность? Потому что ее расстройстве лежит корень истерии.
В немецкоязычном варианте этого сновидения Фрейд употребляет слово «losung», что переводится и как «решение», и как «инъекция». Примечательно то, что Фрейд ни в сновидении, ни в своем собственном анализе такового, не озвучивает, в чем же состояло его решение, которое не приняла Ирма, вероятно, настолько, по тем временам, непристойно оно звучало.
20. Нельзя делать такие инъекции легкомысленно
Отсылка к Отто, который легкомысленно присоединился к осуждающему Фрейда мнению Ирмы. Но это еще и про раскаяние от случая неудачной терапии пациентки Матильды.
21. Шприц не чист.
Упрек Отто. Сам Фрейд ни разу не допустил инфильтрата. Он добросовестен. Также воспоминание о тромбозе вен в этот период у беременной жены.
Версия: месть Отто за легкомыслие, за плохой ликер.
Интересна тут обонятельная ассоциация, ибо запах пропила – это запах аммиака, продукта, возникающего при распаде спермы. А сам шприц – фаллический символ, инъекция – пенетрация. Отто заразил Ирму, он виноват. Инъекция Фрейда (точнее, его решение), чистоплотного и добросовестного, излечила бы Ирму. Плюс, у Лакана можно обнаружить продолжение ассоциирования об инъекции как струе, что отсылает к раннему детству Фрейда, который пИсал в комнате родителей (в кровати или в горшок – история умалчивает). Ситуация благополучно разрешается (избавление от незаслуженных упреков), психическое напряжение снимается через замены:
Ирму – на ее подругу
Отто – на Леопольда
Доктора М. – на друга (триметиламин)
Скользя от фрагмента к фрагменту, Фрейд отметил свои намерения, которые реализовались через сновидение и стали его мотивом, и оно исполнило определенное желание – доказать, что он невиновен в сохранившемся недуге Ирмы. Более того, сновидение отомстило Отто, обернув его упрек против него самого. Сновидение освободило Фрейда от ответственности за самочувствие Ирмы, изобразив положение вещей именно так, как желал того Фрейд. Таким образом, его содержанием стало исполнение желания, а мотивом – само желание.
Стоит также отметить, что уточнение некоторых биографических деталей жизни самого Фрейда значительно обогащает анализ данного сновидения.
Женские персонажи сновидения:
Ирма – Анна Хаммершлаг-Лихштейм, крестная младшей дочери Фрейда.
Подруга Ирмы – София Швабпанет, крестная средней дочери Фрейда.
Третья женщина – Матильда Брейер, жена Йозефа Брейера, крестная старшей дочери Фрейда
Примечательно то, что все три дочери Фрейда были намеренно названы в честь своих крестных – участниц данного сновидения. Этот момент выяснился благодаря любопытству Карла Абрахама относительно скрытых смыслов этого сновидения. Фрейд писал, что сам настаивал, чтобы имена его детей выбирались в память о людях, которыми он восхищался. Согласно его мнению, их имена превратили детей в призраков. На основании этого Абрахам заключил, что в данном сновидении прослеживается скрытая мегаломания самого Фрейда. Все три женщины – крестные его дочерей, и все они «принадлежат ему», и они непременно должны быть излечены от вдовства.
Соответственно, этот сон – оправдание необузданной сексуальной фантазии. При этом, это не про инцест и промискуитет для Фрейда, а про теорию соблазнения: сексуальное использование ребенка как триггер истерии, станут ли мои дочери истеричками, подобно крестным?
Мужские персонажи сновидения:
Доктор М. – Йозеф Брейер, главный авторитет для Фрейда в этот период времени, наставник и соратник, соавтор «Штудий истерии».
Отто – Оскар Рай, семейный врач, педиатр детей Фрейда.
Леопольд – Людвиг Розенштейн, доктор и партнер Фрейда по игре в карты.
Друг, оказывающий поддержку, когда Фрейду одиноко (+триметиламин) – Вильгельм Флисс, маяк Фрейда, верный друг, идейный соратник, с которым он долгое время состоял в переписке, отоларинголог, автор идеи о связи носовых полостей с женскими гениталиями.
Отметим основные механизмы данного сновидения.
Смещения:
Ирма – ее подруга София («идеальная» пациентка для Фрейда)
Вставная челюсть Ирмы – вставная челюсть гувернантки
Бледность, отечность Ирмы – симптомы жены Фрейда
Бледное пятно в горле Ирмы – дифтерит Софии
Струпья в горле Ирмы – некроз тканей от кокаина и пациентки Фрейда + ошибка Флисса
Инфильтр. участок кожи у Ирмы – ревматизм Фрейда
Дизентерия – дифтерия – локальный дифтерит
Легкомысленная инъекция Отто – смертельная инъекция кокаина друга Фрейда
Легкомысленная инъекция Отто – легкомысленность Ирмы и Отто
Грязный шприц – инфекция Ирмы – воспаленные вены пожилой
пациентки – тромбоз вен жены
Ассоциативные цепочки:
Ананасовый ликер → триметиламин (сексуальное химическое
вещество) → Флисс
(Инъекция + пропил) → Триметиламин → сексуальность → излечение истерии вдовы.
Сгущения:
Ирма = Анна Хаммершлаг-Лихштейм + жена Фрейда + Матильда Брейер + Эмма Экштейн (ошибка Флисса)
Доктор М. = Йозеф Брейер + старший брат Фрейда (Эммануил) – раскрытие кастрационной темы.
Относительно Йозефа Брейера стоит отметить, что на этот момент у Фрейда были достаточно сложные с ним отношения на почве ряда теоретических несогласий. Поэтому, в целом, это уже противоречивая фигура в восприятии Фрейда, и становится понятным, почему в этом сновидении на долю доктора М. выпадает вынесение абсурдного вердикта относительно болезни Ирмы – высмеять, продемонстрировать его некомпетентность, понизить авторитет Брейера.
Отто и Леопольд целенаправленно сталкиваются друг с другом в намеренном конкурентном противопоставлении Фрейдом для обличения легкомысленности и несостоятельности Оскара как врача.
Относительно Флисса вырисовывается наиболее интересная картина. У Фрейда была реальная пациентка, Эмма Экштейн, также вдова, ровесница Ирмы, истеричка – клинический двойник Ирмы), страдавшая от носовых кровотечений. Именно Флисс оперировал ее нос, но имел неосторожность оставить в нем тампон, что привело к тяжелейшим осложнениям, едва не приведшим к смерти пациентки. В результате случился большой скандал. Фрейд проявил себя как истинный друг и оказал огромную поддержку и защиту Флиссу. Таким образом, идеальный друг в сновидении оказался неидеальным, совершившим серьезную профессиональную репутационную ошибку. На основании этого можно сделать гипотетическую интерпретацию, что сновидение об инъекции Ирме имело цель оправдать друга, а не самого Фрейда – это сновидение-перевертыш, сновидение- перенос.
Эрик Эриксон, на основании вышеизложенного факта о Флиссе, предлагает также собственную интерпретацию, поясняющую появление в данном сновидении Флисса, – это интерпретация конкурирующих беременностей: жены Фрейда (беременна Анной на момент сновидения) и «беременность» Фрейда идей психоанализа, где Флисс, как предполагается, – отец психоанализа. Совместный творческий акт как бессознательный фантазм о мужской духовной беременности. Соответственно, это дополняет идею сновидения-переноса сублимированной гомосексуальностью.
Вообще, мужские фигуры в этом сновидении поднимают довольно серьезные темы для самого Фрейда как анализанта, естественно не обнажаемые им самим в предложенном анализе этого сновидения: это и Эдип (смешенный образ доктора М. – Йозеф Брейер + старший сводный брат Фрейда, ровесник его матери, который часто беседовал с ней на глазах у Зигмунда), и символическая кастрация (высмеивание Брейера), и нарциссизм (опять же Брейер, задетая профессиональная идентичность Оскаром), и даже объектные отношения с женщинами, если рассмотреть данное сновидение еще и как неудачную попытку Фрейда контролировать женское истерическое желание (сопротивление Ирмы).