– Эй, женщина, вы в порядке? Что с Вами? – к остановке подходил молодой мужчина. – Я вот издали вас увидел. Лежите на земле. Слава богу, живая. Что случилось?
– Где я? – прошептала Вера.
– Понятно. Курортница?
Вера неуверенно кивнула.
– Я так сразу и понял. Кто еще будет здесь лазать в такой дорогой одежде. Это ведь настоящий «Адик», не индпошив[1]?
Мужчина приблизился к Вере и протянул руку, помогая подняться. Гуля тихо заворчала, выражая неодобрение, но вмешиваться не стала.
– Вы отчего упали‑то? Давление? Или сахар?
– Давление, – соврала Вера. – Так где мы, ответьте, пожалуйста? Что это за место?
– Эх, а я‑то думал, Вы мне скажете, Пятигорский автобус был уже или нет… Как Вам сказать, где… Ну, Иноземцево здесь недалеко. До электрички, остановки «Бештау» – минут пятнадцать пешком. А Вы по лесу, наверное, бродили и заблудились? Очень опасно. С лесом, да еще и в горах, шутить нельзя. Вам, курортникам, кажется, что тут все понарошку, для вашего развлечения… Что в лесу‑то делали?
– Вот, собаку искала, – быстро ответила Вера, прекрасно понимая, что вранье получилось очень глупым.
– Собаку, значит… Вот эту? – мужчина перевел взгляд на сидящую под лавкой Гулю. Было ему лет тридцать пять. Сероглазый шатен совершенно обычной внешности. Вид вызывал доверие. Одет незатейливо – джинсы, ветровка, старые кроссовки… И словоохотлив весьма.
– Дайте‑ка угадаю… Я часто правильно информацию про людей вижу и еще кое‑что умею. Думаю, может, я экстрасенс, типа как Лонго или Чумак? Итак… – Мужчина пристально посмотрел на Веру. – Вы приехали из Москвы. И Вы поссорились со своим мужчиной, когда вы с ним ходили подниматься на гору. Он Вас бросил прямо в лесу, ушел с вещами и деньгами, а Вы из чувства гордости сразу за ним не побежали. А когда опомнились – опаньки. Куда идти – непонятно. Заблудились. И бродили здесь несколько часов со своей псиной. Похоже?
– Очень, – буркнула Вера. – И я теперь без вещей, денег и документов.
– Вот! Я же сказал. Точно, я – экстрасенс! Надо на телевиденье наше пятигорское написать. Вы откуда заходили? Небось из Железноводска. Оттуда проще всего подниматься.
– Не знаю… Я плохо здесь ориентируюсь. Недавно я здесь.
– А он – наверняка местный… Меня, кстати, Анатолием звать.
– Вера, – представилась Вера. – А это – Гуля.
– Очень приятно. Это же пинчер, верно? У меня у соседки такой есть. Вы, Вера, не расстраивайтесь сильно. Из леса благополучно вышли, автобус на Пятигорск сейчас должен быть. Вам же в Пятигорск? Или в Железноводск?
– В Пятигорск, – обреченно выбрала Вера первый названный вариант. Она ни разу не была на курортах Кавминвод, хотя, конечно же, о них слышала.
– Вот и отлично. За проезд я заплачу, не беспокойтесь. Человек человеку брат! Или сестра. В общем, людям надо помогать. Меня родители так учили. Сегодня вот весь день потратил на сеструху и ее пацана.
– Анатолий, а у Вас есть телефон? Мне очень надо позвонить дочери.
– Откуда же тут телефон? – Анатолий удивленно дернул бровями. – Таксофоны только в поселке. Или на станции.
То подозрение, которое все это время подспудно и неуклонно формировалось в голове Веры, получило финальный мощный удар. Не пространственный портал! А пространственно‑временно́й! Вторично она не грохнулась на землю, очевидно, лишь потому, что нервная система и так была близка к параличу и новые потрясения должным образом уже не отрабатывала.
Точку в вопросе поставила очередная реплика собеседника:
– Ну, и как там у вас в Москве? Бурлит страна, от телевизора не оторвешься. Ельцина позавчера избрали… Интересно, вот два президента теперь у нас, непонятно, кто главнее и кого слушаться? Я так думаю, добром это не кончится.
– Не кончится, – угрюмо поддакнула Вера и принялась вспоминать, когда же избрали Ельцина. Вроде, президента РСФСР выбирали в девяносто первом году. Летом. И ясно, что до мятежа ГКЧП. Значит, она попала в лето девяносто первого. Боже! Тридцать лет назад! А в какой точно день? Ладно, как говорится в том анекдоте, «к черту подробности».
А общительный Анатолий между тем продолжал:
– Вот телевизор же раньше скучный был. Что смотреть? А сейчас – не оторвешься. И тебе «120 минут», и «Взгляд», и телемосты всякие… Сегодня вот, у меня выходной, думал буду целый день сидеть перед телевизором… Так нет! Как следопыт юный по лесу бегал, пацана нашего вылавливал.
Поймав недоумевающий взгляд женщины, Анатолий пояснил:
– Сестра младшая у меня здесь в поселке. Живет без мужа, с сыном, дом тут у них. Мужик ее бросил с больным ребенком. Сволочью он всегда был! Я ему дважды морду бил. И еще набью, если увижу. Да только он слился куда‑то, вроде на севера отправился, за большими деньгами. А Наталья одна с Виталиком мучается. Умственно отсталый он у нее родился. Сейчас четырнадцать лет, так совсем трудно стало. Чуть Наталья не уследит, он из дому убегает. А она все боится, что беды какой натворит – бугай‑то вырос уже большой. И кидается к автомату мне звонить, рыдает в трубку, мол, приезжай помоги. И как тут не помочь? Сеструха у меня хорошая, да так вот ей не повезло в жизни… Еле нашел сегодня Витальку. Пока привел, пока то да се. Здесь вот сижу. К программе «Время» теперь точно опоздал.
– Мальчик сегодня был в лесу? – встрепенулась Вера. – Я, наверно, его видела. Как он выглядел? Белобрысый с малиновой челкой?
Анатолий расхохотался:
– Нет, ну он, конечно, дебил, но не клоун же. Да, белобрысый, но челка нормальная. Эх, чувствую, добегается он! Я все сестру уговариваю в интернат его определить, но она уперлась. Болезненный он, говорит, чуть сквознячок – у него простуда… – мужчина безнадежно махнул рукой.
– А золотой зуб? На переднем зубе золотая коронка есть?
– А это, кстати, да. Бабка его по отцу, когда жива была, у частника ему золотой зуб поставила. Тоже мальца любила по‑своему. Он тогда у деда в сарае звезданулся об арматуру, зуб и сломался. Надо же! Похоже, действительно он Вам повстречался?
– А челка?
– Может, в крови измазал? Но сам‑то вроде не поранен был, когда я нашел. И челка была нормальная…
– Вот что, Анатолий, – решилась Вера, – очень Вас прошу, отведите меня к сестре. Мне надо увидеть мальчика. Возможно, он сможет мне сильно помочь. Мне надо найти то место, где мы с ним встретились.
– Э‑э‑э, – протянул Анатолий. – Вряд ли Виталик кому‑то в чем‑то способен помочь. Он же дебил и говорит еле‑еле.
– Мне надо попробовать. Это очень важно! – Вера почувствовала, как глаза наполняются слезами, вместе с которыми опять зачем‑то полезла странная ложь: – Там моя собака‑а‑а.
– Вторая, что ли? – оторопел Анатолий. – Такая же? Ну так сожрут ее там, если еще не… Эх! Не судьба мне сегодня нормально добраться до дома. Ладно! Вы, Вера, не плачьте. Раз хотите – пойдем в поселок, познакомлю с Натальей и племянником. Но шансов чего‑то от него добиться нет, сразу предупреждаю.
Вера подхватила Гулю на руки, и они куда‑то пошли. Вера не следила за дорогой, в этом для нее не было никакого смысла. Минут через пятнадцать они оказались перед линией небольших и опрятных домиков, окруженных заборами.
– Сюда, – Анатолий приблизился к крашеной в зеленый цвет деревянной калитке и нажал на кнопку. Звонок сопроводил криком:
– Наташ! Это я опять. Дело срочное есть!
Прошло немного времени, и калитку открыла женщина.
– Кто это? Кого ты привел? – удивилась она, увидев за спиной брата незнакомую женщину.
– Ты свет включи, не видно ни хрена. Познакомься вот… это Вера, случайно встретил на остановке. Она не местная, курортница из Москвы, заблудилась тут у нас…
– Ну а я здесь при чем? – грубовато перебила брата Наталья, включив, однако, фонарь перед входом в дом. В круге света перед Верой предстала бледная, понурая и, видимо, безмерно уставшая женщина. Пожалуй, она выглядела постарше Веры, хотя, безусловно, была намного моложе.
– Понимаете, Наталья, – вступила в разговор Вера, – мне кажется, я сегодня видела Вашего сына на том месте, которое мне очень важно найти, понимаете – очень, очень важно! Я потеряла там очень ценную вещь. И если бы он хоть как‑то мне помог…
– Ничего не понимаю, – недовольно проговорила Наталья. – И что вы там делали с моим сыном? Он что‑то украл?
– Нет, что Вы! Нет! Я просто подумала, что он мог бы мне показать…
– Собака у нее там потерялась, – пояснил Анатолий.
– Еще одна?
Женщина с недоверием уставилась на Гулину морду, торчащую из Вериной ветровки. И хотя это была чистой воды ложь, но сама мысль о том, что она могла потерять собаку, так потрясла Веру, что она вновь разрыдалась. И это помогло.
– Ладно, не реви. Разберемся. Виталик сейчас уже заснул, будить не стану. Да и смысла нет – тьма на улице. А завтра попробуем. Вы вообще чего на ночь‑то пришли? Ночевать будете?
Вопрос был адресован обоим гостям. И ответили они по‑разному.
– Нет‑нет, – спешно вскричал Анатолий. – Я побегу, с вашего позволения. По идее, успеваю на последнюю электричку. Хотя бы «Взгляд» посмотрю.
– А мне идти некуда, – сказала Вера. – И сил больше нет. Может, дадите какое‑нибудь ненужное покрывало. Я здесь прикорну. Я заплачу, Вы не думайте. Денег нет, но вот, – Вера схватилась за цепочку на шее. Она золотая. Можно сдать в ювелирку.
– Заходи, разберемся, – фыркнула Наталья. Похоже, «разберемся» было одним из ее любимых слов. – Внутри прикорнешь. А ты, Толян, давай двигай в темпе, если собираешься.
– Пока, сестренка. Позвони потом, расскажи обо всем. А Вам, Вера – успехов. – Анатолий чмокнул сестру в щеку и растворился в ночном пространстве.
[1] Индивидуальный пошив – услуга пошива одежды на заказ по меркам и пожеланиям заказчика. Но в Пятигорске со времен перестройки индпошивом называлась одежда и обувь, произведенная в мелких местных кооперативах, а не на государственных фабриках, и Анатолий имеет в виду скорее это.
Читать далее (отрывок 4) на канале Путешествие Гули и Веры
Читать начало истории
Книга полностью представлена на ЛитРес, Ridero, WB, Ozon
В печатной версии книга доступна по ссылкам: WB, Ozon, Ridero
