Молодая женщина просыпается, набрасывает на роскошное тело шёлковый халат, раздёргивает шторы — в комнату ударяет солнечный свет, — снимает платок с клетки с попугаем, который щурится от солнца; включает кофеварку, набирает телефонный номер и говорит: "Котик, это я. Когда ты приедешь?.. Почему нет?.. Ну и пожалуйста!" Она сердито выключает кофеварку, накрывает платком клетку с попугаем, задёргивает шторы, сбрасывает шёлковый халат и нагишом ныряет обратно в постель, а из-под платка слышится голос попугая: "Чё-то как-то совсем короткий денёк получился".
Вот и моя поездка в Молдавию вышла куцей.
Утром 24 января 2018 года я прилетел в Кишинёв — и пограничная полиция отказалась пропустить меня на территорию страны. Через несколько часов офицеры назвали причину: я не смог подтвердить цель приезда.
Целью была встреча с читателями. Роман "Тайна трёх государей" в 2017-м стал русскоязычным бестселлером №1, самой продаваемой книгой страны, и другие мои литературно-сценарные подвиги тоже привлекали внимание аудитории. По приглашению Международного медиа-клуба я уже побывал в Эстонии, Латвии и Литве, теперь на маршруте оказалась Молдавия.
Было у меня приглашение от местной общественной организации на красивом бланке, была бронь в солидном столичном отеле, авиабилеты туда-обратно и прочие документы, — по мнению полиции, недостаточные для подтверждения цели приезда...
...хотя об этой цели меня никто не спрашивал.
Отдав пограничникам паспорт, я ответил на их единственный вопрос: доводилось ли мне раньше бывать в Молдавии? Зато в течение последующих суток я ответил на тысячу вопросов и сотню звонков, дал с десяток интервью и получил по почте целый ворох ссылок на сообщения информационных агентств, например:
https://www.kp.ru/daily/26785/3819663/
https://ren.tv/news/politika/268050-vlasti-moldavii-ne-pustili-v-stranu-rossiiskogo-pisatelia-miropolskogo
https://russian.rt.com/ussr/news/473773-moldavia-miropolskii-nedopusk
https://ria.ru/world/20180125/1513306679.html
и так далее.
Слава, которая вдруг обрушилась на мою голову, напомнила ещё одну историю — про горца, сказавшего:
Я в одиночку, собственными руками построил единственную мельницу во всей округе — и все охотно стали ею пользоваться, но никто не назвал меня Строителем Мельниц.
Я в одиночку, собственными руками вырастил огромный сад, который снабжает всю округу фруктами-ягодами, но никто не назвал меня Добрым Садовником.
Я в одиночку, собственными руками построил мост через бурную реку — люди стали ходить с берега на берег напрямую за несколько минут, а не за день через горы, но никто не назвал меня Воздвигателем Мостов.
Зато стоило всего один-единственный раз трахнуть ослика...
У швейцарского драматурга Фридриха Дюрренматта есть интересная мысль: кого угодно можно без суда и следствия посадить на десять лет — и в глубине души он будет знать, за что.
Меня не ловили на употреблении допинга и не объявляли в международный розыск, у меня нет тайных счетов на Каймановых островах и явных в Швейцарии, я не призывал что-то запрещать или с кем-то воевать. Но, взглянув на свою биографию глазами пристрастных сотрудников сигуранцы — службы безопасности Молдавии, вынужден согласиться: я не самый обычный персонаж и заслуживаю пристального внимания. Причём дело не в специфическом армейском опыте, не в создании современных медиатехнологий, не в разнообразных бизнес-партнёрах и даже не в моих книгах или фильмах по моим сценариям.
Молдавия для меня с давних пор — это песня "Смуглянка" в фильме Леонида Быкова, это Ион Суручану и Надежда Чепрага по радио, это душевные застолья с Валерием Негруцей — руководителем ансамбля народного танца "Жок", и сам ансамбль; это лучшие в СССР сигареты "Космос", убойные студенческие напитки "Мэрцишор", "Стругураш" и портвейн "Молдавский розовый"; это родина добрых товарищей — и задорных мелодий, это столица в зелёном Кишинёве — и престол цыганского короля; это книжное издательство "Картя Молдавеняскэ" и 101 способ кулинарного приготовления гогошар, это виноделие с 7000-летней историей и миллионы граждан, говорящих минимум на двух языках...
Я не был в Молдавии больше четверти века и не знаком с нею как независимой страной. Хотел составить представление — не получилось: меня не пустили.
Если от моего задержания хорошим людям стало лучше, я только рад. Если безопасность суверенного государства укрепилась от того, что я не переступил его границу, — пусть Кишинёв спит спокойно и видит добрые сны.
24 января 2018 года я прилетел не к тем, кто решали — пустить меня или нет, а к читателям, которые ждали нашей встречи. У меня нет огульных претензий ни к Молдавии, ни к её гражданам. Когда снова позовут — снова туда полечу. И снова, и снова.
Кстати, к назначенному времени читатели заполнили конференц-зал в отеле Jolly Alon, и нам всё же удалось пообщаться. Интернет в аэропорту Кишинёва работал вполне прилично, макбук у меня всегда с собой — и оставалось ещё часа полтора до рейса: я возвращался через Москву, поскольку самолёта в Петербург пришлось бы ждать больше суток. Видеоконференция состоялась, из-за моего задержания никто серьёзно не пострадал, ущерб свёлся к минимуму.
Единственный снимок Кишинёва я сделал через два стекла, разделённых коридором шириной метра два. Чтобы увидеть хотя бы это, надо было протиснуться в щель между оградкой детского уголка и какой-то странной перегородкой.
А вообще аэропорт очень милый. Чистый, уютный, хорошо оборудованный, компактный... Шесть из восьми часов я провёл на втором этаже в единственном здешнем кафе, откуда сфотографировал главный и единственный зал вылета. Оттуда же пообщался по видеосвязи с читателями, которые так и не дождались меня живьём, и через ворота №3 — на заднем плане в центре — покинул Молдавию, в которой де-юре так и не побывал.
Земной поклон Ирине Иванченко, с которой я так и не встретился в Кишинёве, и Галине Сапожниковой, с которой я так и не встретился в Москве: обе они постоянно были на связи и делали всё возможное для того, чтобы скрасить мою своеобразную отсидку в аэропорту под присмотром сотрудников сигуранцы.
То, чем я занят многие годы, относится к области культуры, задача которой — объединять, а не разделять. Поэтому я легко обхожусь без обид и злопыхательства, и призываю окружающих: не нагнетать атмосферу, играя на руку тем, кому не надо. Я не обижен, не огорчён, не обозлён — и повторяю, что ездил и буду ездить туда, где меня ждут как писателя и сценариста.
До встречи!
P.S.
Позже выяснилось, что сигуранца решила задержать меня из-за провокаторов, которые прилетали в Молдавию из России на протяжении предыдущих нескольких дней и начинали гадить прямо в аэропорту. Обстановка сложилась напряжённая, поэтому служба безопасности, изучив мою богатую биографию и послужной список, предпочла не пустить меня в страну, чем расхлёбывать то, что я мог натворить. Всё понимаю и не возмущаюсь...
...а недовольных тем, что я по привычке называю страну Молдавией вместо Молдовы, приглашаю взглянуть на заметку по этой ссылке. И повторю, что надеюсь в обозримом будущем нанести дружественный визит в Молдавию, которую помню и люблю.
ВНИМАНИЕ!
Возможность комментировать наиболее занимательные и острые публикации, а порой и вступать в переписку с автором с начала 2025 года получают подписчики аккаунта "Премиум".
Подписка от сотни рублей в месяц — недорого и приятно. Идёт селекция, естественный отбор. Чем тоньше сито, тем более интересная публика соберётся и тем более увлекательным будет общение. А за это и цену пачки дешёвых сигарет не жалко заплатить.
Подписывайтесь, потолкуем.
★ "Петербургский Дюма" — название авторской серии историко-приключенческих романов-бестселлеров Дмитрия Миропольского, лауреата Национальной литературной премии "Золотое перо Руси", одного из ведущих авторов крупнейшего российского издательства АСТ, кинотелевизионного сценариста и драматурга.
Иллюстрации из открытых источников.