Сижу, значит, на скамейке в парке, в очередной раз пытаясь понять, что вообще происходит в этой жизни. Вот сижу и думаю, что мне не нравится, когда люди постоянно говорят о том, что жизнь — это не фильм. А ты ж, по сути, даже сам часто так говоришь, мол, «жизнь — это не Голливуд». Все эти умные фразы, которые на каждом углу можно услышать, уже из ушей лезут. Типа да, жизнь не Голливуд, но разве она не напоминает фильм? Иногда такие вещи происходят, что даже не веришь, что это не сценаристы накидали.
Так вот, сидел я тут, размышлял, а рядом ко мне подошёл этот парень, с которым пару раз пересекался в жизни. Зовут его Игорь, хотя я ему всегда говорил просто — Игор. Ну потому что чего тут мудрить. Такой парень, вроде бы немного странный, но это как раз и цепляло. Он всегда говорит такие штуки, что, знаешь, не знаешь, то ли смеяться, то ли задуматься. Тот ещё мудрец, если его слушать.
— Ты как тут, брат? — спрашивает он, присаживаясь рядом. — Что-то я тебя давно не видел.
— Да вот, Игор, сам не знаю, что и думать, — отвечаю. — Сижу, думаю, что вообще происходит в этом мире.
Он ухмыляется и кивает головой. Я и не знаю, что в его глазах. То ли оно, то ли он. Словно какой-то сверхчеловек, который на грани вообще всех этих материй и реальностей.
— Ты, похоже, опять в своих размышлениях. Давай-ка лучше о чём-то более приземлённом.
— Вот и говорю, что мне не нравится этот наш мир, Игор. Вроде и не хуже, чем на бумаге, а всё равно что-то не так. Какие-то… нереальные моменты происходят. Бывает, с кем-то пообщаешься, и ощущение, что он не здесь, а где-то в другом измерении.
Игорь задумывается. Чувствую, что сейчас опять будет фраза, после которой нужно сидеть и думать. Он всегда такой.
— Ты знаешь, что в мире, как и в любом фильме, всегда есть какие-то тонкие грани. Грани, которые делают происходящее либо фильмом, либо жизнью. Ты же сам видел, как сложно порой понять, где реальность, а где что придумано.
Я немного опешил. Ну да, Игорь всегда был в курсе всяких фишек. Но что-то в этот раз его слова как-то слишком сильно въелись в голову. И вдруг я вспомнил — так ведь, может, и правда, вся наша жизнь — это просто тонкая линия между тем, что реально, и тем, что мы придумали? Где эти грани?
— Ты о чём это? — спросил я его.
— Я тебе расскажу, — сказал Игорь, и, словно осознавая, что вот он, момент, когда можно взорвать всё в один момент. — Знаешь, что в нашей жизни чаще всего становятся реальностью какие-то странные истории. Это как с теми людьми, которые говорят тебе, что они тебя знают, а ты их вообще ни разу не видел.
Я прищурился. Это его очередная провокация или на самом деле он что-то серьёзное говорит?
— Как ты это понимаешь? — интересуюсь.
— Давай я тебе расскажу одну историю. Был у меня один знакомый. Парень-то он с виду вроде нормальный, но вот как-то так вышло, что он всегда попадал в такие странные ситуации. Приехал в одну деревню, а там — никто его не ждал, но все начинают к нему обращаться, будто давно знакомы. Притом, что он сам этих людей никогда не видел. Вот, например, соседка, которая так и не представилась, говорит ему: «Ты не забыл, как мы с тобой весной на даче были?».
Я задумался. Да ладно, не может быть, думаю, чтобы так случайно совпало. Но Игорь продолжает:
— Ты думаешь, что он испугался? Нет, он, наоборот, сказал, что, мол, не помнит, но всё нормально. Вроде как ситуация пустяковая, но ты знаешь, мне всегда было интересно, как такие истории возникают. Иногда кажется, что кто-то решает, что ты должен с ними знакомиться, а ты и не помнишь этого.
— Слушай, Игорь, ты реально за грань реальности ушёл, — говорю я. — Это ж как вообще понять? Кто-то из параллельных миров пришёл и подменил людей, или мы с вами тут все путаемся?
— Путаемся, брат. Все мы путаемся. Это и есть наша жизнь. Вроде всё на месте, а тут раз, и ты уже не понимаешь, что с тобой происходит. А потом встречаешь кого-то, и всё становится на свои места, хотя ты не можешь точно сказать, что же именно стало на место.
Игорь замолчал, а я в этот момент почувствовал, как будто границы между реальностью и выдумкой стали невидимыми. Понял, что я тоже попал в эту странную сеть, где ничего не точно. Всё вокруг такое... зыбкое.
— Я тебя понял, — сказал я, вставая. — Надо двигаться дальше. Где-то там, наверно, мои ответы.
Он кивнул, как всегда, по-своему, и ушёл. А я остался стоять, вспоминая его странную историю, пытаясь найти свою границу, по ту сторону которой я уже не был бы тем, кем был. И где-то в глубине я понял, что, наверное, именно в этих моментах и заключается смысл всего. В этих тонких гранях, которые мы с вами так часто упускаем.